Готовый перевод The Bitter Melon's Sweet Thirst / Горький плод на десерт: Глава 15

Тань И — человек с виду безупречный и соблюдающий все правила, но на самом деле необычный.

Пережив крещение фонтанами слюны Директора Лю, Тань И с абсолютно равнодушным выражением лица вышел из кабинета. Стоило ему поднять взгляд, как в поле зрения попал Цюй Чэнкэ, прислонившийся спиной к стене коридора и упершийся локтями в перила. Стоило им встретиться глазами, как Цюй Чэнкэ улыбнулся ему.

Этот оживленный, сияющий вид заставил Тань И вспомнить щенка из зоомагазина, куда он пару раз захаживал: та собака позволяла ему погладить себя по голове, но домой он ее так и не забрал, однако при следующей встрече она все так же восторженно виляла хвостом.

Непонятно почему, но выражение лица Тань И немного смягчилось.

— Я купил твою картину, а ты не взял деньги, так позволь хотя бы угостить тебя обедом?

Говоря это, Цюй Чэнкэ нагнал Тань И и зашагал рядом с ним в ногу. Он бросил это предложение просто так: в прошлый раз история с пианино, казалось, сильно разозлила Тань И, и тот ни за что бы не согласился, не говоря уж о нынешнем моменте. Цюй Чэнкэ вовсе не питал никаких надежд.

— Можно.

Цюй Чэнкэ резко повернул голову и увидел, что Тань И смотрит прямо перед собой: на первый взгляд его выражение лица ничуть не изменилось, но уголки губ были плотно сжаты.

Стоял пасмурный день. Цюй Чэнкэ ненавидел пасмурные, сырые и дождливые дни, но в тот раз хлынувший в конце занятий ливневый дождь заставил его ненавидеть их чуточку меньше.

Цюй Чэнкэ проснулся от холода. В последнее время он плохо спал по ночам, а днем его клонило в сон; он не только заснул у двери Тань И, но и продолжил спать, растянувшись на его полу. Стоял знойный летний день, и он никак не должен был замерзнуть от холода — судя по всему, в какой-то момент включили кондиционер.

Вздрогнув от озноба, он открыл глаза. Первым делом в поле зрения попали серые домашние тапочки, стоявшие друг на друге крест-накрест. Цюй Чэнкэ еще не до конца проснулся и машинально перевел взгляд выше, прямо столкнувшись с лишенными всякого тепла глазами Тань И.

Мысли Цюй Чэнкэ о том, что змеи и ящерицы идеально подошли бы Тань И в качестве домашних питомцев, не были злым умыслом — порой взгляд Тань И и впрямь напоминал хладнокровное животное вроде змеи.

Казалось, еще секунда — и холодный раздвоенный язык прижмет его к самому горлу.

В комнате витал тонкий, с легкой горчинкой аромат чая. За окном уже стемнело, и Цюй Чэнкэ понятия не имел, сколько он проспал, тем более не знал, когда вернулся Тань И и как долго тот сидел с чашкой чая, закинув ногу на ногу, и наблюдал за тем, как он спит на полу, развалившись словно бродяга.

Собака выбежала из комнаты, зажав в зубах игрушку и виляя хвостом, словно пропеллер, и тем самым хоть немного разрядила неловкую обстановку.

Какая же понятливая собака, подумал про себя Цюй Чэнкэ.

Он еще раз потрепал песика по голове и поднялся на ноги:

— Эм... раз уж ты вернулся, я тогда пойду.

Никто ему не ответил.

Цюй Чэнкэ подхватил куртку и натянул ее. Его светлые волосы, свежепокрашенные пару дней назад ради съемок клипа, сбились в растрепанные колтуны, так что ему пришлось кое-как пригладить их руками и надеть бейсболку.

Пока он совершал эти манипуляции, Тань И смотрел на него исподлобья. В его глазах, казалось, не было ничего, и в то же время — словно было всё. Точно так же классный руководитель мог вызвать тебя к себе в кабинет на переменке и, ничего не объясняя, просто смотреть в упор, заставляя мучительно гадать: то ли ты сделал что-то недозволенное, то ли не сделал чего-то должного.

В этот самый момент Цюй Чэнкэ чувствовал себя тревожно и беспокойно, точь-в-точь как школьник, вызванный в учительскую в ожидании какого-то приговора.

Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем Цюй Чэнкэ заметил, что Тань И словно бы в знак формального согласия кивнул.

Почувствовав себя так, будто с него сняли смертный приговор, он бросился к выходу, в три счета преодолевая расстояние в бесшумных бахилах.

Собака с грустью и тоской последовала за ним, и перед уходом Цюй Чэнкэ присел на корточки, чтобы ее погладить.

Выйдя из кондиционированного помещения на улицу, похожую на раскаленную печь, Цюй Чэнкэ тут же покрылся липким потом.

Тань И — настоящее проклятие его жизни, как в прошлом, так и в настоящем.

Впрочем, эта работа на содержании оказалась донельзя простой: всего-то присматривать за собакой, а поскольку он и сам любит животных, унизительным это назвать было нельзя, не говоря уже о том, за это еще и платили. Почему бы и нет.

Если так пойдет и дальше, пожалуй, это даже неплохо, сказал себе Цюй Чэнкэ.

Стоило Цюй Чэнкэ в тот же вечер вернуться в компанию, как Гао Жуй, едва завидев его в тренировочном зале, тут же язвительно протянул:

— Ой-ёй, чего это наш молодой господин так быстро вернулся? Я-то думал, раньше завтрашнего утра тебя и не увидишь.

Цюй Чэнкэ пропустил его слова мимо ушей и перекинулся парами фраз с Лу Жовэнь.

Гао Жуй не желал упускать столь редкую возможность уязвить Цюй Чэнкэ, подошел ближе, прикрыл рот рукой и с усмешкой произнес:

— Капитан, ты тоже не расстраивайся понапрасну. Для старого мужчины бессилие — дело вполне нормальное, где уж ему тягаться с молодежью. Расскажи нам, а чем он занимается? Из какой он компании?

Цюй Чэнкэ с усталым видом шумно выдохнул, а затем, криво усмехнувшись, ответил:

— Двадцать с небольшим — это уже старый мужчина? Тогда позволь спросить, а кто же ты?

Лицо Гао Жуя мгновенно переменилось, раздувшиеся яблочки щек словно бы задрожали, после чего он натянуто улыбнулся:

— Двадцать с небольшим? Капитан, ты кого обманываешь?

Цюй Чэнкэ пожал плечами и направился в раздевалку.

Тань И был старше Цюй Чэнкэ на полгода.

Если подумать, добиться таких успехов в двадцать пять лет и впрямь невероятно — вероятно, темпы развития его жизни превосходят девяносто девять процентов сверстников.

Судя по экспонатам в кабинете Тань И и кубкам на книжных полках, Цюй Чэнкэ уже примерно обо всем догадывался. Перед возвращением в компанию он даже расспросил Лао Я, но тот ответил, что подробностей не знает, однако в настоящее время основным занятием этого господина Тань является ювелирный дизайн. К тому же он довольно популярен, сотрудничал со многими известными зарубежными брендами на модных показах, да и на отечественном рынке сейчас пользуется большим спросом.

Дизайнер ювелирных украшений.

Наверное, никто из прежних одноклассников и друзей Тань И и помыслить не мог, что он, убежденный технарь, вдруг станет ювелирным дизайнером.

Если бы Гуань Цзюнь и Чжань Цзытун узнали об этом, то от удивления наверняка попадали бы челюсти, но сам Цюй Чэнкэ в тот момент отнесся к новости лишь с легким удивлением. Когда-то он по праву считался человеком, который понимал Тань И лучше всех на свете, в конце концов, они встречались. Впрочем, есть ли у Тань И кто-то другой сейчас, он не знал.

В четверг вечером Цюй Чэнкэ, умаявшись после тренировки до полусмерти, чувствовал себя на удивление легко и радостно.

В последнее время он целыми днями пропадал в тренировочном зале — делать все равно было нечего, а дома изредка можно было застать лишь Цюй Ваньцян, которая усердно подтягивала английский, да Цзян Хэмей, уходившую на работу и отсутствовавшую дома, поэтому он предпочитал лишний раз не возвращаться и не мешать им.

После выхода клипа неожиданно поднялся довольно живой отклик: причиной послужило то, что некоторое время назад в фандоме просочились слухи о распадающейся группе BLESS, из-за чего в суперчатах поднялся всеобщий плач. Многие старые фанаты смонтировали и выложили на различных платформах видеоролики, где в открытую давили на жалость, и на этой волне группа даже попала в небольшие тренды поисковиков. Эта безнадежная группа впервые за тысячелетие предстала перед широкой публикой.

http://bllate.org/book/27578/3352868