Лю Цзин в этот день заснул рано и, когда его разбудили, как раз видел смутный сон.
В полусне он грезил о своем детстве: тогда ему было от силы лет восемь-девять, и он вместе с отцом сопровождал его на пир во дворец. Непонятно почему, но во время банкета он подрался с каким-то пареньком, который был почти на голову выше него, и при этом, оставшись совершенно невредимым, отлупил соперника так, что тот унес ноги с поджатым хвостом.
Избитый юнец оказался шестым сыном Императора и, заливаясь слезами, собрался идти жаловаться отцу. Лю Цзин же не боялся неприятностей и ни капли не чувствовал за собой вины. В этот момент неожиданно выскочил какой-то карапуз лет пяти-шести и о чем-то затараторил, шептя на ухо Шестому принцу; тот хоть и выглядел крайне недовольным, но передумал идти с жалобой.
Малыш был словно из нефти выточен, невероятно хорошенький и милый, однако Лю Цзин счел его слишком маленьким и возиться с ним не захотел.
Кто бы мог подумать, что при малом росте и коротких ножках у этого ребенка окажется железная воля — он принялся повсюду преследовать Лю Цзина, вовсе не жалуясь на усталость. В конце концов, замученный этим преследованием Лю Цзин потерял терпение и раздраженно бросил:
— Чего ты увязался за мной? Что тебе нужно?
Малыш в ответ лукаво улыбнулся и выпалил:
— Я помог тебе испугать Шестого принца! Раз он не пошел жаловаться, тебя не станут наказывать, так что ты должен научить меня драться!
— Я не умею драться, ищи кого-нибудь другого! — нетерпеливо отрезал Лю Цзин.
— Твой отец — главнокомандующий Северной экспедиционной армией, значит, ты молодой маршал. Не пытайся меня обмануть, — надув губки, заявил тот.
В резиденции Лю Цзина обычно звали просто юным господином, но это обращение он услышал впервые. В сердце невольно зародилась гордость, и он слегка загордился.
— Как тебя зовут? — наконец соизволил обратить на него внимание Лю Цзин.
— Меня зовут молодой господин Ян! — с абсолютно серьезным видом ответил малыш.
Лю Цзин рассмеялся от такой манеры держаться и протянул руку, чтобы потрепать его за макушку.
В этот миг перед глазами у Лю Цзина все поплыло, и хорошенький карапуз внезапно превратился в Лю Аня. Лю Ань улыбнулся ему, небрежно швырнул что-то прямо в руки, а когда Лю Цзин поймал предмет, то с удивлением обнаружил, что это слиток серебра.
— Молодой маршал, кажется, вы проиграли спор, — раздался полный веселья голос Лю Аня, превратив приятный сон Лю Цзина в настоящий кошмар.
Он резко проснулся и тут же услышал какой-то подозрительный шум снаружи.
Нынче ночью дул сильный ветер, и запах гари мгновенно разнесся со двора. Бдительная стража резиденции тут же заметила неладное, после чего кто-то завопил: Пожар! Ночь стояла тихая, и поднявшаяся суматоха быстро разбудила Лю Цзина. Не дожидаясь его расспросов, вбежал дозорный с докладом: в заднем дворе полыхает караулка, огонь разгорелся нешуточный, а из-за сильного ветра пламя перекинулось и на помещение для слуг!
Комната слуг? У Лю Цзина дернулось веко: кажется, тот сорванец Лю Ань как раз проживал в помещении для слуг?
Что за фокусы он опять удумал? Покою от него нет ни во сне, наяву!
Зимой воздух сухой, и пламя распространялось с невероятной быстротой. Хотя стражники среагировали вовремя, огонь за короткое время успел перекинуться на комнаты слуг, стоявшие с подветренной стороны от караулки.
К счастью, слуги отреагировали вовремя, и никто серьезно не пострадал. Вот только из-за поспешного бегства все выглядели растрепанными, словно среди ночи подверглись нападению воров, и теперь помогали страже тушить пожар.
К моменту прибытия Лю Цзина пламя уже удалось обуздать, однако во дворе все еще висел удушливый запах дыма. Подойдя ближе, Лю Цзин машинально окинул взглядом толпу, но не обнаружил там Лю Аня, отчего у него неприятно сжалось сердце — сам он не мог понять, что это за чувство.
— Все вышли? — окликнул он проходившего мимо стражника.
— Не знаю, были заняты тушением, еще не успели всех пересчитать, — ответил тот.
Хоть огонь и потушили, едкий дым еще не рассеялся, а в воздухе висело неотвязное чувство тревоги. Необъяснимая паника в душе Лю Цзина достигла предела, когда он услышал, что насчет пострадавших ничего не известно.
— Если вы сами не пойдете проверять, ждете, пока я за вас полезу? — раздраженно бросил Лю Цзин.
Лю Цзин не осознавал, насколько страшным было его лицо, но стоявший рядом стражник перепугался до полусмерти и не смел издать ни звука. Хэ Цин не понимал, с чего это его молодой маршал вдруг взбесился, и поспешил выручить подчиненного:
— Живо пересчитайте людей в комнатах для слуг, проверьте, нет ли раненых или пропавших!
Стражники не смели мешкать и бросились выполнять приказ. Сам же Лю Цзин от начала до конца стоял с мрачным выражением лица, излучая ауру более леденящую, чем зимний воздух. За исключением Хэ Цина, все остальные автоматически держались от него на расстоянии не менее двух чжанов, опасаясь навлечь на себя гнев.
Получасом ранее.
Заметив подозрительные силуэты снаружи, Цзинь Лушэн изначально собирался проверить, всё ли в порядке в караулке, но Лю Ань молча утащил его со двора прямо к плацу.
— Куда мы идем? Разве не нужно проверить, что там случилось? — недоумевал Цзинь Лушэн.
— Завтра нам выходить на плац, так что этой ночью мы нанесем визит генералу Яну! — заявил Лю Ань.
Цзинь Лушэн растерялся, но расспрашивать не стал и послушно последовал за Лю Анем. Едва завидев Лю Аня, Ян Чжэн вспомнил, как тот использовал его в своих целях и заставил схлопотать палок, и на душе у него тут же скрести кошки.
— Завтра настанет день, когда мы двое прибудем на плац, а сегодня мы пришли засвидетельствовать свое почтение генералу Яну, — с каменным лицом произнес Лю Ань, сложив руки в приветствии. Стоявший рядом Цзинь Лушэн с явной неохотой последовал его примеру.
— Хе-хе, — с натянутой улыбкой процедил Ян Чжэн. — О нет, мне до такого далеко. Как бы потом кто-нибудь снова не узнал и не подумал, что я притесняю новичков. Больше мне не хочется получать от молодого маршала порцию палочных ударов.
Лю Ань изобразил крайнее удивление:
— А? Генерал Ян получил палки от молодого маршала?
— Ты... — Ян Чжэн, глядя на его наивную физиономию, решил, что тот намеренно издевается над ним, и вмиг закипел от злости. Он холодно усмехнулся: — Смотрю я на тебя, ума палата. Неужели тебе в голову не приходило, что попади ты ко мне под начало, я стану сводить с тобой личные счёты?
Лю Ань сохранял невозмутимый вид и неторопливо ответил:
— С чего бы это Лю Аню и генералу Яну сводить личные счеты? Если генерала наказали из-за меня, я лично пойду к молодому маршалу и всё объясню.
— Хватит тебе уже увиваться за маршалом! — выпалил Ян Чжэн.
Солдаты, наблюдавшие за зрелищем во дворе, разразились хохотом, и на их лицах читалось предвкушение хорошего представления. Лю Ань держался спокойно, а вот Цзинь Лушэн снова покраснел до корней волос и злобно выкрикнул:
— Сам ты увиваешься за молодым маршалом! Слепец презренный!
— Ха-ха-ха-ха! — стоявшие рядом воины расхохотались еще громче, окончательно решив подлить масла в огонь.
Ян Чжэн за столько лет еще не слышал в свой адрес подобных оскорблений; он тут же ухватил Цзинь Лушэна за воротник, собираясь врезать, но Цзинь Лушэн без малейших колебаний впился зубами ему в руку, отчего Ян Чжэн взвыл от боли.
Под улюлюканье толпы они сцепились в драку. Поскольку Цзинь Лушэн дрался безо всяких правил, Ян Чжэню волей-неволей пришлось подыгрывать, и под общими зеваками двое мужчин сошлись в плотной, ожесточенной схватке...
Лю Ань даже не пытался их разнимать, однако его взгляд был прикован к направлению, где находились комнаты слуг.
Лишь заметив вдалеке первые языки пламени, он шагнул вперед и обратился к глазевшим вокруг солдатам:
— Братья, если они продолжат так драться, кто-нибудь пострадает. Будьте добры, помогите их растащить. Солдаты, к которым обратился Лю Ань, слегка смутились и дружно бросились разнимать дерущихся.
— Притесняешь младшего, какой же ты герой! — запыхавшийся, с разорванным воротом Цзинь Лушэн сверлил Яна Чжэня взглядом, готовый разреветься.
— И за что мне такое наказание! — вид у Яна Чжэня был жалкий: воротник разорван, головной убор съехал набок.
Тут воины наконец смогли оторваться от зрелища и с удивлением завопили:
— Смотрите, пожар!
— Ведра с водой, живо тушить огонь! — скомандовал Ян Чжэн, и солдаты мгновенно бросились врассыпную, мчась к охваченному огнем месту.
Тем временем Лю Ань с безмятежным видом поправил одежду Цзинь Лушэну и неторопливо произнес:
— Пойдем вслед за генералом Яном, глянем, кажется, горит со стороны комнат для слуг. Цзинь Лушэн перевел взгляд, и на его лице промелькнуло озарение.
Плац находился не так уж близко от комнат слуг, и к тому моменту, как Ян Чжэн и остальные заметили пожар, огонь уже вовсю бушевал. Поэтому, когда они добежали до места, пламя в основном было потушено.
Возле помещений для слуг толпился народ, а тушившие огонь стражники как раз докладывали обстановку Лю Цзину.
— Огонь вспыхнул не на кухне, и распространялся слишком быстро, дело явно не в стряпухах. Подчиненные подозревают, что кто-то намеренно использовал горючее масло для поджога, — доложил стражник. — Более того, в одной из комнат слуг как раз обнаружили сосуд из-под масла.
— Чья это комната? — спросил Лю Цзин.
— Новых слуг, Лю Аня и Цзинь Лушэна, — ответил стражник.
Брови Лю Цзина слегка сошлись на переносице, он молча стоял на месте, никак не выказывая своего отношения, пока стоявший рядом Хэ Цин не осведомился:
— А где они сами?
Стражник продолжил:
— Всех в комнатах пересчитали, кроме Лю Аня и Цзинь Лушэна, остальные здесь.
Взгляд Лю Цзина похолодел, и он сурово спросил:
— Куда они делись?
— Во всем поместье искали, как только начался пожар, их след простыл. Наверняка сбежали! — подал голос не кто иной, как Ван Цюань.
Лю Цзин бросил на Ван Цюаня косой взгляд, от которого тот невольно содрогнулся, но, пересилив страх, продолжил гнуть свое:
— Эти двое целыми днями работали спустя рукава, ленились. Днем я сделал им пару замечаний, никак не думал, что они затаят обиду и решат сжечь резиденцию главнокомандующего. Вот ведь наглецы!
Лю Цзин холодно хмыкнул:
— Разве резиденцию главнокомандующего так легко сжечь?
Ван Цюань неловко заискивающе улыбнулся:
— Разумеется, нет, разумеется, нет...
— Хэ Цин, даю тебе полчаса, разыщи Лю Аня и Цзинь Лушэна, — приказал Лю Цзин.
Хэ Цин уже отдал честь и собрался уходить, как вдруг за спиной раздался голос:
— Искать не нужно, они у меня.
Все дружно обернулись на звук и увидели приближающегося Яна Чжэня во главе отряда солдат.
Позади воинов плелись запыхавшиеся Лю Ань и Цзинь Лушэн.
Издали заметив Лю Аня, Лю Цзин почему-то почувствовал странное облегчение.
Еще не подойдя близко, Лю Ань начал украдкой разглядывать присутствующих. Заметив выражение лица Ван Цюаня, он сразу догадался о сути дела и принялся в уме просчитывать, как отразить чужие наветы. Впрочем, теперь, когда у него имелось алиби в лице самого Яна Чжэня, никаких серьезных проблем возникнуть не должно было.
Стоявший рядом Хэ Цин, уловив настроение маршала, обратился к Лю Аню и Цзинь Лушэну:
— Стража обнаружила в вашей комнате горючее масло. Что вы можете сказать в свое оправдание?
— Докладываю генералу: во-первых, я с Лушэном пределы резиденции не покидал, во-вторых, доступа к местам хранения масла мы не имеем. Понятия не имею, как оно оказалось в нашей комнате, скорее всего, кто-то перепутал место, — с абсолютно невозмутимым видом произнес Лю Ань.
— Хватит изворачиваться! Наверняка вы подкупили кого-то из слуг, чтобы вам достали масло! — встрял Ван Цюань.
— Если бы мы и подкупили кого-то в поместье, то непременно подбросили бы масло в твою комнату, чтобы подставить тебя, и не были бы столь глупы, чтобы оставлять его у себя, — возразил Лю Ань. — В конце концов, во всей резиденции главнокомандующего только у тебя есть зуб на нас двоих.
Услышав это, Ван Цюань смертельно испугался, его лицо то бледнело, то краснело, принимая крайне жалкий вид.
Уголки губ Лю Цзина непроизвольно изогнулись в улыбке, но, заметив это, он тут же напустил на себя суровый вид.
— Тогда с какой стати вы двое сбежали после начала пожара? Чистой воды чистосердечное признание в вине, — Ван Цюань уперся рогом, не жалея сил поливая обоих грязью.
Лю Ань меньше всего боялся перебраться языками, поэтому тут же парировал:
— Мы с Лушэном намеревались нанести визит генералу Яну, но генерал оказался столь гостеприимен, что заставил нас остаться и побеседовать. Нам было неловко отказывать в любезности, поэтому мы задержались. Если бы не зарево пожара, мы, пожалуй, еще не скоро бы вернулись.
Упомянутый в разговоре «гостеприимный» Ян Чжэн смущенно кашлянул, а Цзинь Лушэн свирепо уставился на него и шумно фыркнул носом. Взгляд Лю Цзина скользнул по обоим парням; заметив на них следы недавней драки, он мгновенно догадался, что скрывалось за этой беседой, и холодно покосился на Яна Чжэня.
Ян Чжэн мысленно взвыл от отчаяния, но ему пришлось подтвердить:
— Когда начался пожар, они вдвоем действительно... беседовали со мной. От плаца досюда путь неблизкий, если бы поджог устроили они, то к моменту возвращения половина резиденции уже сгорела бы дотла.
Цзинь Лушэн нахмурился, в упор глядя на Яна Чжэня, словно не ожидая, что тот станет выгораживать его и Лю Аня. Ян Чжэн, видимо, почувствовав этот взгляд, повернулся к нему, их глаза встретились, после чего оба синхронно закатили глаза и отвернулись.
Теперь подозрения с Лю Аня и Цзинь Лушэна были полностью сняты. Ван Цюань, должно быть, предполагал, что с Лю Анем придется трудно, но никак не ожидал встретить столь зубастого противника! Ян Чжэн являлся заместителем командующего у Лю Цзина, и раз уж он лично выступил свидетелем, переложить вину на этих двоих больше не представлялось никакой возможности.
— Хэ Цин, разбирайтесь с этим вместе с Яном Чжэнем. А этот Ван Цюань мало того что занимался оговором, так еще чуть не спалил всю резиденцию. Подобное нельзя оставлять без вразумительного наказания, — холодно бросив взгляд на Ван Цюаня, Лю Цзин развернулся и зашагал прочь, не оглядываясь.
— Второй молодой господин, я невиновен! — завопил Ван Цюань.
— Устраивать пожары посреди зимы — до такого додумается только круглый идиот, не боящийся запалить заодно всю столицу! Во всей резиденции, кроме тебя, некому творить подобные глупости, — бросил на ходу Лю Цзин и скрылся.
Поджог действительно был глупостью. Даже если бы у Лю Аня не было алиби, он бы не стал подозревать парня — столь умный человек не стал бы заниматься подобной чепухой. А затеял всё он лишь потому, что хотел посмотреть, как именно Лю Ань станет защищаться. Теперь же оказалось, что он и впрямь зря переживал: способности Лю Аня к самосохранению поражали воображение.
Пройдя пару шагов, Лю Цзин обернулся к Яну Чжэню:
— Как разберетесь, забери тех двоих к себе. Жить им здесь пока негде, пусть разместятся в твоем дворе — так вам будет удобнее «беседовать».
Ян Чжэн угрюмо кивнул, а взгляд, брошенный им на Лю Аня и Цзинь Лушэна, пыхал злостью.
Уходя, Лю Цзин напоследок окинул взглядом Лю Аня и почему-то вдруг вспомнил тот серебряный слиток из сна.
Как же сильно хочется разозлиться!
http://bllate.org/book/27598/3354797
Готово:
