Глава 1. Слепота (1)
Разгар лета в городе И, казалось, всегда приходил вместе с ливнями: каждый день по грозе, почти без перерыва. Только что светило яркое солнце, а через миг от края неба на глазах наползали клубящиеся тучи, сверкало несколько слепящих молний, грохотал гром — и ливень с шумом обрушивался на город, вымачивая до нитки людей, разбегавшихся по улицам.
Именно под таким проливным дождём Бай Кэ, держа над собой зонт, свернул в длинный переулок в конце улицы Сиду, зажатый между стенами двух дворов, и вдоль стены, где воды было поменьше, направился к серым жилым домам в другом конце переулка.
Это был самый старый район города И. Почти сплошь дома, построенные несколько десятилетий назад: грязные, беспорядочно громоздившиеся друг на друга, без всякого намёка на красоту, они сбились в жилой квартал, будто кто-то скомкал его и как попало бросил в юго-западном углу города.
За все эти годы городские власти не раз затевали перепланировку и реконструкцию, но почему-то каждый раз забывали именно об этом месте. Так что и спустя столько лет здесь всё было в том же жалком виде, а условия остались на уровне нескольких десятилетий назад. Единственное, что росло, — это мох в переулке, которого с каждым годом становилось всё больше. В такой дождь он просто подставлял прохожих, глазом не моргнув.
Навстречу торопливо бежал подросток, который забыл зонт и держал над головой рюкзак. Он неуклюже прыгал на бегу через лужи — и, как назло, всё-таки попался: наступил на мох, его повело вперёд, и он едва не врезался в Бай Кэ. Но Бай Кэ шагнул вправо, уступая дорогу, и заодно подхватил его под руку, не дав растянуться.
— Блин! Чуть зазевался — и угодил во вражескую засаду! Благодарю, молодой странствующий воин, что пришли на помощь! — Подросток похлопал себя по груди и перевёл дух, потом поднял глаза на зонт, который как раз оказался у него над головой, ничуть не стесняясь, хлопнул Бай Кэ по плечу и вздохнул: — А всё-таки хороших людей на свете больше…
Бай Кэ: «…»
Он даже бровью не повёл. Всё так же чуть склонив голову, он поднял зонт и зашагал прочь, оставив под ливнем подростка, который промок, наверное, до трусов.
Того в одно мгновение снова залило дождём, и он стал похож на мокрого поникшего цыплёнка — жалкого и ни в чём не повинного.
— А ты меня не проводишь? — опомнившись, подросток запрыгал, размахивая рюкзаком. Бай Кэ, успевший уйти довольно далеко, обернулся под дождём и с недоумением спросил: «У тебя на теле ещё осталось хоть одно сухое место?»
Подросток: «…» Похоже, нет.
Понурившись, он прошёл несколько шагов с рюкзаком над головой — и вдруг почувствовал, как в кармане у бедра что-то бешено вибрирует, так что даже нога пару раз дёрнулась. Он остановился, достал какую-то штуку, похожую на телефон, взглянул на неё, застыл и пробормотал: «Да ладно, вот так совпадение?!»
Сжимая эту штуку, подросток развернулся и снова запрыгал, размахивая рюкзаком:
— Молодой странствующий воин, вижу, кости у тебя необыкновенные, не хочешь ли пойти со мной…
Увы, на этот раз в переулке не осталось ни души.
— …прогуляться… Э-э, вот это он быстро бегает! — Подросток почесал в затылке, сник, развернулся и снова запрыгал через лужи, виляя из стороны в сторону. — Ладно, вернусь — потом разберёмся… Я даже лица не разглядел, блин!
А Бай Кэ, уже свернувший за угол в конце переулка, только тогда замедлил шаг и вошёл в ближайший старый дом.
Стены на лестнице облупились, в углах под потолком висела паутина, всё выглядело мрачным и обветшалым. На полу кучей валялись старые резиновые сапоги и красное пластиковое ведро с хламом, которые жильцы первого этажа бросили здесь неизвестно в каком году. Всё это покрылось толстым слоем пыли.
Бай Кэ, видно, привык и даже не взглянул на эту кучу. Он просто закрыл зонт и стряхнул с него капли. У него не было слов.
Шумный дождь почти заглушил крик того подростка, но слух у Бай Кэ от рождения был куда острее, чем у обычных людей, поэтому он прекрасно всё расслышал. Просто сделал вид, что не слышит.
Во-первых, божественная манера этого подростка выражаться напомнила ему другого типа, от которого у него болела голова, и связываться не хотелось.
Во-вторых, он боялся, что подросток и правда сломя голову бросится за ним, а потом перепугается его вида.
Бай Кэ поправил зонт в руке и поднял голову. Только теперь его лицо, всё это время наполовину скрытое в тени зонта и чёлки, — лицо, которое даже тот подросток не разглядел, — открылось полностью.
На самом деле Бай Кэ вовсе не был некрасив. Наоборот: чёткие красивые брови, прямой нос, худые щёки — природа дала ему хорошие черты. Только кожа была болезненно бледной, а бледные губы всегда плотно сжаты, и от этого он казался неприступным.
Но главное было не в этом. Всё дело было в его глазах.
Для всех, кто знал Бай Кэ, он был совершенно слепым — слепым от рождения, ни одного дня в жизни не видевшим света.
Глаза, скрытые в тени чёлки, с первого взгляда казались ненормальными: они всё время были плотно закрыты и вообще не открывались. А у внешних уголков обоих глаз темнели тёмно-красные родимые пятна странной формы. Сейчас, когда щёки были влажными от дождя, они до жути напоминали кровь, струящуюся из-под сомкнутых век.
Эти зловещие отметины и бледная синева под глазами, видимо от постоянного недосыпа, окутывали его чем-то мрачным, и он походил на утопленника, только что вышедшего из дождя.
Этот худощавый утопленник уже собирался подняться по лестнице, как вдруг наверху хлопнула дверь, а следом «бум-бум-бум» раздались далеко не лёгкие шаги. Они быстро спустились и вскоре свернули на лестничный пролёт прямо перед ним.
— Ох! — Человек, спускавшийся сверху, явно не ожидал, что внизу молча, не дыша, стоит кто-то, и от испуга резко втянул воздух. Шаги его заметно сбились. Сообразив, кто это, он похлопал себя по груди, пару раз сухо и немного смущённо хохотнул и сказал: — Сяо Кэ, ты чего молчишь, напугал меня.
— Дядя Ли, — поздоровался Бай Кэ и пояснил: — Только вошёл.
Голос у него был прохладный и очень приятный, негромкий, как у человека, который не любит тратить силы на разговоры.
— А, ага. — Дядя Ли спустился, похлопал Бай Кэ по плечу и сказал: — Иди наверх, не стой тут, ветром дождь задувает.
Хотя ему едва исполнилось восемнадцать и он ещё не до конца вырос, Бай Кэ был уже очень высоким, худощавым, но держался прямо. Он кивнул, слегка склонив голову, и стал подниматься.
Но едва он шагнул на первую ступеньку, как дядя Ли, уже раскрывший зонт и вышедший наружу, сказал:
— Ах да! Забыл сказать. Я недавно был на балконе и видел внизу человека без зонта: он быстро свернул за дом. Дождь сильный, я толком не разглядел, открыл окно, пару раз крикнул — он не обернулся. Сходи проверь, не Лао Бай ли это! Если его нет дома, позови Шэньшэнь, пусть поможет поискать, она дома. У меня срочные дела, я пошёл.
И, не дожидаясь ответа Бай Кэ, поспешно ушёл.
Бай Кэ: «…»
С зонтом в руке он большими шагами поднялся наверх, совсем не похожий на слепого, и в мгновение ока оказался у своей двери на третьем этаже. Достал ключ и открыл.
Окажись рядом кто-нибудь из знакомых, он бы от изумления проглотил собственный кулак: Бай Кэ, поджав губы, быстро огляделся и убедился, что отца, который восемнадцать лет его подставлял, дома нет.
Да… огляделся.
Совсем как обычный зрячий человек, он повернул голову и окинул комнату взглядом слева направо, потом с досадой отступил, запер дверь и так же торопливо, как поднимался, спустился вниз — быстрым уверенным шагом, ни разу не замешкавшись.
Конечно, к дяде Ли домой просить помощи у его дочери он не пошёл, как тот советовал, а сразу раскрыл зонт и вышел на улицу. Миновав четыре-пять старых домов, он нашёл того, кого искал, в парке, куда давно уже никто не ходил и где остались только засохшие цветы и гнилые листья.
Это тоже был высокий человек. Издали он совсем не походил на отца восемнадцатилетнего парня, скорее на стройного молодого мужчину лет тридцати, не больше. Он стоял под проливным дождём, вытянувшись в струнку и чуть запрокинув голову. Очертания его расплывались в водяной дымке, но жалким он вовсе не выглядел.
Если бы он так и стоял, в нём даже было бы что-то неуловимо притягательное.
Жаль, что сам он так явно не думал.
Бай Кэ быстро подошёл и уже протянул руку, чтобы его утащить, как вдруг сверкнула молния. Белый, чуть отливающий фиолетовым свет на миг озарил всё небо. Извилистая, изломанная, молния словно ударила прямо в землю.
— Не тащи! — Мужчина вырвал рукав из пальцев Бай Кэ, оттолкнул его в сторону, раскинул руки и, обратившись туда, где одна за другой сверкали молнии, заявил: — Время пришло! Видишь, какая сила? Сейчас грянет небесная кара! Отойди подальше, а то ещё зацепит!
Бай Кэ: «…»
Ему тут же вспомнился подросток примерно его возраста, которого он случайно встретил в переулке. Сойдись тот подросток с этим типом, что устроил представление под дождём, — им наверняка нашлось бы о чём поговорить.
Что тот подросток сказал? «Хороших людей на свете всё-таки больше…»
Почему же вокруг него собираются одни психи?
Бай Кэ две секунды молча смотрел на него без всякого выражения, а потом просто опустил зонт, подошёл и рубанул его ребром ладони по шее сзади. У мужчины закатились глаза, подогнулись ноги, и он начал валиться на землю.
Бай Кэ развернулся и ловко подхватил его на свою худую спину, закинул его руки себе на шею, поджал губы и понёс обмякшего человека обратно, шлёпая по лужам и холодно приговаривая: «Пап, пора пить таблетки».
Примечание автора: Эта новая история — снова сборник странностей~~ Заходите смело~ ＼(≧▽≦)／ ~~
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/27619/3377437
