Готовый перевод Lucky Star Shines Bright / Счастливая звезда: Удача на кончике пальца: Глава 14

— Ох, работа… — Лань Тянь, взвалив на плечи свой узелок, выглядел совершенно растерянным. После инцидента с Костяной демоницей та работа, которую обещал устроить Шэнь Тяньюй, разумеется, накрылась медным тазом.

— А-а, грабят! — раздался пронзительный крик. Лань Тянь обернулся и увидел юношу с желтыми волосами, бегущего в его сторону, а следом за ним, тяжело дыша, гналась женщина, прижимавшая к себе ребенка. Лань Тянь потер нос и, когда грабитель поравнялся с ним, невозмутимо выставил ногу, ловко вырвал сумочку одной рукой, а другой — с размаху пнул негодяя прямо в пах.

— А-а-а-а! — движения Лань Тяня были настолько быстрыми и жесткими, что грабитель не успел уклониться и, схватившись за промежность, завыл от боли.

— Ненавижу таких, как вы. Средь бела дня, открытый грабеж — никакой фантазии, — у Лань Тяня и так было скверное настроение, так что выместить зло на подвернувшемся подонке было святым делом.

— Я тебя не прощу! — взвизгнул грабитель.

Лань Тянь хмыкнул, наступил ему на руку, а затем достал телефон и набрал Ван Фэна. С момента их последней встречи они ни разу не общались. Лань Тянь не хотел терять друга, но всё никак не мог подобрать нужных слов. Сожалел ли он о том, что встал на сторону Костяной демоницы? Очевидно, нет. Наконец-то выпал шанс, и Лань Тянь радостно нажал на вызов:

— Брат Ван, я тут поймал грабителя.

— Что? Ты, малец, сколько раз тебе говорить — будь осторожен! Если что-то случилось, звони в полицию… — раздался в трубке знакомый рык Ван Фэна. Лань Тянь довольно улыбнулся: как же хорошо, что брат Ван больше не сердится.

— Молодой человек, спасибо вам, огромное спасибо! — молодая женщина забрала сумочку и принялась горячо благодарить его.

Лань Тянь отмахнулся:

— Ничего страшного, это мой долг.

Женщина с благодарностью добавила:

— Там были все мои сбережения. Если бы их забрали, мой малыш остался бы голодным. Даже не знаю, как вас отблагодарить.

— У-у… — ребенок на руках у женщины радостно потянулся к Лань Тяню.

— Какой милый, — Лань Тянь моргнул и осторожно ткнул малыша в нежную щечку. Мягкая кожа подарила ему приятное чувство умиротворения.

— Ха-ха, нам уже восемь месяцев, — улыбнулась женщина.

— Очень милый. Вы такая счастливая, — Лань Тянь почесал затылок.

Женщина окинула взглядом рюкзак Лань Тяня и, призадумавшись, спросила:

— Тебе нужна работа?

Лань Тянь моргнул:

— Да, нужна.

Женщина посмотрела на своего ребенка и с улыбкой поинтересовалась:

— Тебе уже исполнилось восемнадцать?

— Да, — поспешно ответил Лань Тянь.

Женщина хихикнула:

— Тогда как насчет того, чтобы побыть папой моего сына?

— А? — Лань Тянь озадаченно замер.

******

Пути господни неисповедимы, и Лань Тянь нашел новую работу, хотя… весьма странную. Мать-одиночка наняла его в качестве папы для своего ребенка на неопределенный срок. Что касается того, не боялась ли она, что Лань Тянь может что-то выкинуть… эта мать-одиночка, хлопая ресницами, заявила: у Лань Тяня честные глаза, сразу видно — хороший человек, к тому же он способен вступиться за слабого и дать отпор грабителям. Так что Лань Тяню ничего не оставалось, как начать добросовестно выполнять роль отца.

— Дорогой, возвращайся пораньше, — проворковал сладкий голосок.

У Лань Тяня дернулся уголок рта. Он крепче обнял ребенка и обреченно пробормотал:

— Сестрица Шуаншуан, можно не называть меня так?

От этих слов у него по коже побежали мурашки.

Из комнаты высунулась красивая женщина и с усмешкой ответила:

— Ой, наш младший братик Лань Тянь застеснялся?

Лань Тянь вздохнул:

— Сестрица Шуаншуан…

— Ха-ха, ладно-ладно, не буду тебя дразнить, а то твой будущий возлюбленный еще приревнует, — рассмеявшись, Шуаншуан спряталась обратно.

Лань Тянь мог только вздохнуть. Лу Сюэшуан была матерью-одиночкой, немного эксцентричной, но очень интересной женщиной. Она работала писательницей, строчила романы изо всех сил, чтобы прокормить ребенка, и, когда нервничала, любила поддразнивать Лань Тяня, чтобы найти вдохновение. В итоге прогулки с ребенком, покупка продуктов и готовка легли на плечи Лань Тяня.

— Шуаншуан, я ушел, — сказал Лань Тянь, выходя с ребенком на руках.

— Иди-иди, — из комнаты донесся стрекот клавиш.

— Малыш, мы пошли, — голос Лань Тяня звучал невообразимо мягко. Он и сам не знал, откуда в нем столько терпения к детям.

— О, господин Лань, вышли с ребенком погулять? — соседи были людьми приятными, хотя и любили посплетничать. Лань Тянь был молод, обладал довольно андрогинной и чересчур красивой внешностью, поэтому все с любопытством наблюдали за этим мезальянсом.

Лань Тянь улыбнулся и кивнул:

— Да, надо купить кое-что.

Хотя работа была временной, Лань Тянь относился к ней со всей серьезностью. Как главе семейства, ему не пристало быть легкомысленным, а наладить отношения с соседями — важная задача. Как говорится, дальняя родня не лучше ближнего соседа. Если полагаться на Лу Сюэшуан… надежды никакой: она была домоседкой, с людьми общего языка не находила, а сплетни соседских кумушек действовали на нее разрушительно.

— Ох, какой милый ребенок.

— Да, — кротко подтвердил Лань Тянь.

— Господин Лань, вы замечательный папа.

— Ха-ха, — Лань Тянь глупо улыбнулся и поспешил уйти. Он тоже боялся излишнего энтузиазма соседей.

Малыш вел себя отлично, улыбался всем встречным, был просто невероятно очарователен.

— Малыш, что ты хочешь? Папа тебе купит, — негромко сказал Лань Тянь.

— Ты и есть Лань Тянь? Муж Шуаншуан? — у обочины припарковался Ламборгини. За рулем сидел красивый мужчина с лицом человека, у которого денег куры не клюют.

Лань Тянь смерил его взглядом и с тоской осознал, что в нем проснулась классовая ненависть. Вот черт, хотел бы он быть таким же богатым:

— Я. В чем дело?

— Шуаншуан принадлежит мне, — холодно бросил мужчина.

Лань Тянь посмотрел в небо и невозмутимо ответил:

— Я отец ребенка.

— Это мой ребенок! — прорычал мужчина.

Лань Тянь пожал плечами:

— Не мне это говорите, а сестрице Шуаншуан. Я считаю, если вы любите сестрицу Шуаншуан, вы не должны позволять ей жить в таких условиях.

Хотя Шуаншуан молчала, они жили в одной квартире, и как Лань Тянь мог не замечать? Лу Сюэшуан часто тайком плакала, обнимая ребенка. Свою печаль она выплескивала только тогда, когда рядом никого не было. В остальное время она была бойцом, полным решимости, и ее энергия порой поражала Лань Тяня.

Мужчина осекся. Помолчав, он произнес:

— Сейчас нельзя. У меня дела. Как закончу, приеду и заберу Шуаншуан. Ты береги ее, если с ней что-то случится — ты труп.

Лань Тянь помолчал, а потом вдруг рассмеялся:

— Как забавно. Мужчина, который не защищает свою женщину сам, а просит об этом других… На месте сестрицы Шуаншуан я бы тебя бросил. Какой прок от мужчины, который не может защитить любимую женщину?

Лицо мужчины изменилось:

— У меня сейчас дела!

— Я знаю, что у тебя дела. И в будущем они тоже будут, — Лань Тянь прошел мимо него, бросив это через плечо. Все это было лишь оправданием. Лань Тянь понимал: для Лу Сюэшуан было бы лучше нести бремя невзгод вместе с любимым человеком, чем терпеть отчуждение, которое он называл заботой.

Слова Лань Тяня пронзили сердце мужчины, словно стрела. Он схватился за грудь, болезненно согнулся, бессильно глядя вслед удаляющемуся Лань Тяню, а затем перевел взгляд на дом Шуаншуан и забормотал:

— Прости, прости…

Шуаншуан сидела дома, увлеченно стучала по клавишам и была в отличном настроении, совершенно не подозревая, что отец ребенка объявился у их порога.

Лань Тянь добрался с малышом до ближайшего крупного торгового центра. Он неспешно прогуливался вдоль полок с детскими смесями и выделялся среди множества мамочек:

— Малыш, какой вкус ты любишь?

Стоявшая рядом женщина посоветовала:

— Деткам, конечно, нужно брать смесь Людин. Это национальный стандарт, очень питательная, дети от нее становятся умнее. Мой малыш только ее и ест…

— О? — Лань Тянь склонил голову набок.

— Да, наши дети все ее едят, — закивали остальные мамочки. Очевидно, молодой отец, покупающий детское питание, вызывал у них симпатию.

Лань Тянь кивнул:

— Рекламу смеси Людин крутят постоянно, не знаю, насколько она хороша.

— Это крупная компания, конечно, хорошая.

Лань Тянь подумал, что в этом есть смысл. Он сам в этом ничего не понимал, так что лучше следовать за большинством.

Лань Тянь потянулся к пачке смеси, и как только собрался положить ее в корзину, его улыбка застыла. В ушах раздался детский плач — такой пронзительный и полный боли.

— Чей ребенок плачет? — Лань Тянь огляделся вокруг.

— Никто не плачет, — остальные женщины тоже посмотрели по сторонам, их малыши вели себя тихо.

Лань Тянь нахмурился и поставил пачку смеси на место — плач прекратился. Взял снова — плач возобновился.

Мамочки рядом, наблюдая за странными действиями Лань Тяня, осторожно отступили. Бедняга, такой красивый молодой отец, а оказался психом.

Лань Тянь нахмурился и долго смотрел на смесь Людин, о чем-то размышляя. В конце концов он не стал брать Людин, а выбрал пачку другой, проверенной временем марки. Уходя, он бросил фразу:

— Смесь Людин, похоже, небезопасна.

Женщины провожали Лань Тяня взглядами и переглядывались. Хотя они его не знали, его слова заставили их задуматься.

— А можно ли ему верить?

— Не знаю, но мы же не знакомы, нет смысла нас обманывать.

— Но смесь Людин такая известная…

— Да, это правда…

…

Выйдя из супермаркета, Лань Тянь зашел в укромное место и негромко позвал:

— Черный Пес, иди сюда.

— Ты наконец соизволил призвать меня? А я уж думал, ты забыл, что я твой контрактный зверь, — Черный Пес недовольно сидел в углу.

— Я слышал детский плач, — Лань Тянь посмотрел на Черного Пса. — Ты знаешь, в чем дело?

Черный Пес равнодушно дернул хвостом:

— А для чего, по-твоему, нужны Небесные Глаза?

Лань Тянь нахмурился, активировал Небесный Глаз, и его пронзительный взгляд пронзил стены супермаркета.

На смеси Людин клубился зловещий иньский дух, вокруг летали сгустки черной энергии, напоминающие младенцев, и цеплялись за уходящих людей.

— Это… — глаза Лань Тяня пронзила боль, он отступил на шаг и схватился за лоб.

— Это Младенческий Дух, — сказал Черный Пес.

— Младенческий Дух? — нахмурился Лань Тянь. — Душа… младенца?

Черный Пес не ответил, продолжая пояснять:

— Младенцы — чистый лист, не знающий земной скверны, в них много жизненной ци, поэтому они могут существовать, они безвредны. Но обычно Младенческие Духи просто ищут мать и вскоре перерождаются. А вот те, что не перерождаются, а бродят вокруг… это очень интересно.

Лань Тянь обернулся, глядя на супермаркет, и произнес:

— Пошли.

— Ты не будешь вмешиваться? — с удивлением спросил Черный Пес.

Лань Тянь глухо ответил:

— Я не могу подвергать малыша никакой опасности.

http://bllate.org/book/27634/3359223