Готовый перевод Loved Fiercely by My Ex-Husband's Fiancée / Любовь, которой не должно быть: в объятиях жениха моего бывшего: Глава 12

— Разве? — Ланс перевёл взгляд на стопку мокрой одежды у руки Лу Фэйжаня.

На ней всё ещё в полном беспорядке висели самые разные украшения: ожерелья, цепочки на талию, браслеты — на месте было абсолютно всё.

Лу Фэйжань слегка смутился и чуть подался корпусом вбок, загораживая эту одежду.

Ланс тут же улыбнулся и больше не возвращался к теме женитьбы. Достав фен и встав позади Лу Фэйжаня, он мягко коснулся его влажных волос и спросил:

— Фэйжань, ты не смог найти фен? Давай я помогу тебе высушить.

Лу Фэйжань растерянно сидел на месте, не в силах отказаться от помощи Ланса.

Он чувствовал, как чужие пальцы с чёткими суставами непрестанно скользят в его коротких волосах, и те мгновенно высохли.

К счастью, тот не стал спрашивать, кто его муж.

Неизвестно почему, но Лу Фэйжань испытывал странный страх перед вопросами Ланса. Он всё время опасался, что эти вопросы сорвут с него все маски.

Но разве не было само собой разумеющимся дать тому узнать о его истинной личности?

Ланс убрал фен и опустил ресницы, казалось, с некоторым сожалением:

— Твой муж ждёт, пока ты вернёшься? Давай я попрошу водителя отвезти тебя. Прости, сегодня целиком и полностью моя вина, я отнял у тебя столько времени.

— Нет! — поспешно возразил Лу Фэйжань, его сердце забилось чаще. — Он меня не ждёт.

Он опустил голову, создавая видимость расстройства, а высохшие, ставшие пушистими волосы делали его мягким и словно созданным для того, чтобы над ним издеваться.

— Вот как? — Ланс уловил на лице Лу Фэйжаня тень боли и захотел вонзить пальцы прямо в эту рану, чтобы сделать ему ещё больнее. — Тогда оставайся ночевать у меня, Фэйжань.

Дом Ланса был огромным, комнат в нём насчитывалось множество, но кровать обнаружилась лишь в одной из гостевых.

Ночью Чжоу Цзыхуа получил от Лу Фэйжаня смс о том, что тот не вернётся домой, и тут же прислал ответное сообщение: «Завтра мы идём в Галерею Цюнчжу, не забудь».

Лу Фэйжань действительно чуть было не забыл о планах на выходные.

Чжоу Цзыхуа помог ему разыскать того студента художественного вуза, которого раньше содержал Чжай Цяньцэ, по имени Цзинь Чжань.

Несколько месяцев назад Цзинь Чжань только-только окончил учебное заведение. Он происходил из обычной семьи в небольшом городке, за душой не имел никаких богатств, разве что его навыки рисования можно было назвать неплохими, однако сразу после выпуска он взял на себя управление целой галереей.

Галерея Цюнчжу работала уже больше двух лет, и хотя прошло совсем немного времени, в профессиональных кругах она заслужила отличную репутацию.

Там не только выставлялись работы мировых величин, но и продавались картины множества современных авторов, причем полотна самого Цзинь Чжаня также числились в списке продаж.

Лу Фэйжань чувствовал, что в Галерее Цюнчжу определенно кроется какой-то подвох: слишком уж много примеров, когда под прикрытием обмена произведениями искусства на деле проворачивались незаконные сделки.

Лу Фэйжань ответил на сообщение Чжоу Цзыхуа, пообещав, что ничего не забудет, а затем заметил новое входящее от друга.

«Я тут слышал, что у Чжай Цяньцэ и Деви всё развивается просто замечательно? Есть ли у него вообще хоть капля стыда? Он же женатый человек!»

Лу Фэйжань замер, вспомнив слова Ланса о том, что Чжай Цяньцэ — всего лишь деловой партнёр.

Что значит «развивается замечательно»? Он действительно собирается стать женихом Чжай Цяньцэ?

В сердце Лу Фэйжаня закрались сомнения. Он приподнялся на постели и с внезапным испугом осознал, что находится в доме у Ланса.

Мог ли такой искренний и добрый человек его обмануть?

Лу Фэйжань написал в ответ: «Наверное, бесстыдных поступков на его счету немало. Не мог бы ты разузнать об этом поподробнее?»

Чжоу Цзыхуа: «С радостью послужу вашему сиятельству! Я зайдусь этим вопросом, а в крайнем случае сам выпытаю всё у юного господина Деви. Шутки в сторону, нельзя позволить Чжай Цяньцэ выйти сухим из воды!»

Лу Фэйжань тут же попытался его остановить: «Только не тревожь Деви! Сделай всё тихо!»

Возможно, семья и Чжай Цяньцэ уже достигли некоего соглашения, в то время как сам участник событий оставался в неведении.

Обменявшись с Чжоу Цзыхуа еще парой фраз, Лу Фэйжань незаметно для себя заснул.

Проснувшись на следующий день, Лу Фэйжань мысленно выругался: дело было скверно. Голова раскалывалась, во всём теле ощущалась странная тяжесть. Вчера он промок под ливнем, а сегодня слёг.

Превозмогая слабость в каждом суставе, он кое-как поднялся и неторопливо поплёлся из комнаты.

На часах было уже десять утра, когда в нос Лу Фэйжаню ударил манящий сладковатый аромат, немного прояснив его затуманенный лихорадкой разум.

Пойдя по запаху, Лу Фэйжань увидел Ланса, который в домашнем костюме с длинными рукавами хлопотал на кухне.

Лу Фэйжань впервые видел Ланса таким: ни тебе элегантного, сшитого на заказ делового костюма, ни тщательно уложенных волосков — лишь мягкие, пушистые пряди, спадающие на лоб.

Высоко парящая луна казалась теперь почти осязаемой.

Ланс обернулся и заметил одинокую фигуру Лу Фэйжаня, застывшего неподалёку со стеклянным взглядом, алеющими щеками и таким шатким видом, будто он готов рухнуть в любую секунду.

Он тут же вытер руки, подбежал и, взяв Лу Фэйжаня за плечи, усадил его.

Прохладная ладонь Ланса мягко легла на пылающий лоб гостя, и он, присев на корточки с виноватым выражением лица, произнёс:

— Прости, из-за меня ты заболел.

Взгляд Лу Фэйжаня непрерывно блуждал вслед за движениями Ланса, жар мешал ему мыслить здраво. Он непонимающе склонил голову набок:

— Прости?

— Спасибо, что вчера позаботился обо мне, из-за меня ты попал под дождь и теперь простудился, — в голосе Ланса звучало искреннее раскаяние. — Это моя вина.

Глядя на Ланса, Лу Фэйжань чувствовал щемящую тоску в груди.

Сколько людей причиняли ему боль, считая это само собой разумеющимся, но ни один из них никогда не удосужился выразить хотя бы капли сожаления.

Он сам никогда не думал, что Ланс должен перед ним извиняться, но почему-то постоянно слышал от него извинения.

Еще при первой встрече тот сказал, что вызвался помочь ему добровольно, по собственной воле.

Добровольно — это самое редкое слово на свете. Лу Фэйжань не верил, что кто-то способен искренне и бескорыстно окружить другого человека столь кропотливой заботой.

Ланс аккуратно поправил воротник пижамы Лу Фэйжаня, который тот замял во сне, и произнёс:

— Не хочешь еще немного поспать? А я пойду поищу лекарства.

Лу Фэйжань медленно покачал головой:

— У меня днем встреча, мне нужно идти.

Движения Ланса, поправлявшего воротник, замедлились. Он не стал отговаривать гостя, лишь принёс и поставил перед ним только что приготовленное угощение.

— Фэйжань, попробуй, что у меня получилось.

Свежеиспечённое пирожное ещё хранило тепло, оно было мягким и воздушным, и от одного укуса казалось, будто проваливаешься в облако.

Лу Фэйжань действительно проголодался и в два счёта умял целый кусочек.

Отложив телефон, Ланс принялся искать дома лекарства, но с удивлением обнаружил, что таковых у него вовсе не имеется.

Ощутив странное раздражение, он набрал знакомый номер.

Лу Фэйжань вышел к нему в пушистом воробьино-сером свитере. После умывания он чувствовал себя гораздо бодрее, хотя в голове всё ещё стоял туман.

Раньше всю его одежду подбирали помощники Чжай Цяньцэ. Впрочем, он редко куда-выходил, так что носил то, что давали.

Но теперь он отчётливо понял, как сильно ненавидел всю эту сковывающую одежду вроде рубашек и костюмных брюк.

Она создавала ощущение, что он всё ещё находится под чьим-то надзором.

Свитер и повседневные брюки, приготовленные для него Лансом, напротив, были невероятно удобными.

Лу Фэйжань знал, что ему следовало бы еще немного отдохнуть, но боялся, что Ланс решит, будто дело серьезно, и явится ухаживать за ним лично. Поэтому он упрямо уселся за обеденный стол, изображая вид полного здоровья.

Хотя признавать этого не хотелось, но стоило ему оказаться в поле зрения Ланса, как на душе становилось удивительно спокойно.

Раздался звонок в дверь. Лу Фэйжань поднял глаза на Ланса и тихо окликнул его пару раз хриплым голосом, но тот не услышал.

От напряжения голос отозвался болью в голове, и Лу Фэйжань решил подняться и открыть дверь сам.

На пороге стоял интеллигентный мужчина в очках. Увидев Лу Фэйжаня, он явно опешил, сделал шаг назад, чтобы перепроверить номер квартиры, и лишь после этого нерешительно шагнул внутрь.

— Здравствуйте, — тихо поздоровался Лу Фэйжань, отступая в сторону, чтобы пропустить гостя.

— Здравствуйте.

Чэн Мин был личным психотерапевтом Ланса, хотя сам он в одностороннем порядке считал их друзьями.

В те дни Ланс ещё не умел идеально маскироваться, и Чэн Мин, изучавший психологию, долгое время преследовал его как превосходный объект для научных изысканий. После выпуска Чэн Мин по счастливой случайности стал штатным психотерапевтом Ланса, и это наблюдение-исследование продолжалось по сей день.

Чэн Мин никак не ожидал встретить в доме Ланса постороннего. Он проследил взглядом за тем, как Лу Фэйжань вернулся к столу, потёр висок удлинённым рукавом свитера и обеими руками обхватил чашку с поднимающимся от неё паром — донельзя послушный и тихий.

Почувствовав себя неловко под чужим пристальным взглядом, Лу Фэйжань сделал глоток воды и направился к кухне:

— Я позову его.

Заметив, что гость болен, Чэн Мин мысленно переменил планы и преградил ему путь:

— Я врач, давайте я вас осмотрю.

Лу Фэйжань замер, с опаской оглянувшись на Ланса. Убедившись, что тот кивнул, он послушно опустился на диван.

Мало того, что Ланс оставил его ночевать, так теперь он ещё и врача вызвал — подобная забота и внимание переходили все разумные границы, вызывая у Лу Фэйжаня глубокую тревогу.

Они друг другу никто, Ланс был слишком добр к нему, даже для новоиспечённых знакомых это чересчур.

Оставалось лишь одно объяснение: Ланс по своей природе обладал невероятно добрым сердцем.

— Простите за беспокойство, — произнёс Лу Фэйжань.

— Никакого беспокойства, я Ла...

— Кхе-кхе! — Ланс громким кашлем прервал Чэн Мина.

Лу Фэйжань встревоженно посмотрел на него:

— Деви, ты тоже заболел?

Ланс лишь улыбнулся:

— Нет.

Чэн Мин же сообразил всё мгновенно: Ланс скрыл от этого парня свою истинную личность.

Вспомнив, что в этот раз Ланс вернулся на родину никого не предупредив, Чэн Мин предположил, что тот вновь промышляет делами под именем своего племянника Ноэна.

Вполне в его духе.

Чэн Мин достал принесённый по требованию Ланса градусник. Хотя он понятия не имел, почему психотерапевт должен выполнять подобные поручения, термометр он всё же тщательно продезинфицировал.

— Молодой человек, откройте рот, я измерю вам температуру.

Приблизившись к Лу Фэйжаню, Чэн Мин дождался, пока тот послушно приоткроет рот, и краем глаза наблюдая за Лансом, осторожно ввёл градусник.

http://bllate.org/book/27643/3360340