— Так будем мы драться или нет?..
— Жарко же до ужаса!
……
В конце концов эти вопросы так и остались без четкого ответа: кто-то неведомый позвонил в полицию, и прежде чем они успели во всем разобраться, все четыре компании дружно отправились в участок.
Внутри отделения работал кондиционер, и там было намного приятнее, чем на улице.
Хотя ту улочку и заслоняла от большей части солнечных лучей раскидистая густая крона дерева, температура все равно оставалась нешуточной — не говоря уже о толпе людей, сбившихся в кучу и переругивающихся наперебой.
Линь Минци думал: если бы они не загремели в полицию, то, пожалуй, схлопотали бы тепловой удар еще до начала драки.
И какому же идиоту пришло в голову назначить драку на такое время?
Народ в переулке толпился, но в полицию забрали не всех: помимо Линь Минци и Лю Ианя, туда попали те самые парни, что перепутали их в самом начале — симпатичный парень и круглостриженый, который только что лаялся с Лю Ианем.
Что же до паренька на спортбайке, у того, должно быть, имелся богатый опыт — он смылся быстрее всех, сиганув через забор.
Оставался еще один — тот самый противник, с которым Линь Минци и затеял драку.
Строго говоря, было вполне нормально, что Линь Минци не узнал собственного неприятеля, ведь сама эта встреча началась из рук вон плохо.
Они только-только закончили среднюю школу, а пару дней назад на встрече выпускников пошли в караоке и там столкнулись с парнями из бывшего параллельного класса. Отношения между классами и без того были не ахти, а тут они нос к носу встретились с Линь Минци на выходе. Те распустили языки, оскорбили Линь Минци, и вот так завязалась эта массовая драка.
Иными словами, по сути Линь Минци даже толком не знал, как зовут того хама — видел его всего раз, мельком глянул, и только.
Он помнил лишь, что у противника невысокий рост и мелкие глаза, поэтому, увидев перед собой вполне симпатичного парня, он и засомневался, тот ли это человек.
— Вот же мразь, мало того что драться лезет, так еще и опаздывает, — Лю Иань сидел рядом с Линь Минци, негромко, но предельно адресно бросив эту фразу в противоположную сторону.
— Ты это кому?! — мелкоглазый подскочил на месте.
— Кого заело, про того и говорю, — невозмутимо ответив, Лю Иань закатил глаза.
Чувствуя, что дело вновь идет к беспорядкам, приведший их полицейский сделал несколько шагов вперед и повысил голос:
— Вы что удумали?! В полицейском участке и то не сидится спокойно, а?
Лю Иань захлопнул рот, а мелкоглазый, хоть и зыркал сердито, тоже немного притих.
Линь Минци перевел взгляд на сидевшего напротив парня. Тот держался подчеркнуто тихо, с самого начала и до конца не обронил ни слова, а почувствовав на себе взгляд Линь Минци, лишь холодно глянул на него в ответ.
Подошедший полицейский занялся ими напрямую и велел всем следовать за ним вглубь участка.
После нескольких часов внушений и воспитательных бесед стороны пришли к примирению.
Что до того, почему сторон оказалось больше двух — так третья группа вообще ни с кем из них не была знакома.
В процессе допроса сотрудник полиции выглядел совершенно озадаченным:
— Ты их знать не знаешь, какого черта ты туда ввязался?
Парень ничего не объяснял, лишь молча выслушивал нравоучения дяди-полицейского.
Наконец, когда они вышли из участка, солнце светило все так же ослепительно — жаркое марево стало даже гуще, чем до того, как они вошли, разве что температура упала на бессмысленно-ничтожные доли градуса.
— Говорю же, до чего паршиво: и настроение боевое настроил, и драка сорвалась, так еще какой-то «доброжелатель» по пути полицию вызвал, в участок загремели — что за день вообще? — едва переступив порог околотка, Лю Иань вновь затараторил без остановки.
Линь Минци не ответил, лишь остановился и посмотрел на мелкоглазого:
— Ну что, продолжим?
Мелкоглазый выглядел откровенно шокированным:
— Ч-что продолжим?
— Проблему-то надо решать. Или на этом закончим? — предельно хладнокровно осведомился Линь Минци.
Мелкоглазый пошевелил губами, но сперва не смог вымолвить ни слова. Выглядел он так, будто его гордость растоптали в грязи, но поделать ничего было нельзя — оставалось лишь проглотить обиду. Задрав подбородок, он выдавил:
— Ну… пусть так. Тебе что, охота снова туда завалиться? Псих.
— Ты как разговариваешь… — Лю Иань ткнул в его сторону пальцем.
Линь Минци удержал его: в конце концов, они все еще стояли у входа в полицию, и привлекать к себе лишнее внимание ни к чему. Он посмотрел на мелкоглазого:
— Если проблему можно решить, я не против сходить туда еще раз.
Мелкоглазый никак не ожидал, что этот парень окажется настолько упертым и задиристым; в душе он слегка струхнул.
— Хватит, завязываем. На сегодня точка. Больше я туда возвращаться не намерен.
Бросив это, он круто развернулся и зашагал прочь, не замедляя шага — так, словно пробыв здесь еще хоть секунду, он рисковал расстаться с жизнью.
— Стой, и это весь его гонор? Пару дней назад, когда ругался, голос был такой зычный, и перед дракой петушился вовсю… — стоявший рядом с Линь Минци Лю Иань проводил взглядом торопливо удаляющуюся фигуру и выругался.
Два других парня, сидевших внутри вместе с ними, вышли чуть позже и окликнули их со спины:
— Эй, парни!
Линь Минци обернулся: это был тот самый парень с коротким ежиком волос, но теперь на его лице сияла открытая улыбка, не оставив и следа от недавней воинственности.
С этими словами он в два шага преодолел расстояние до них и закинул руку на плечо Лю Ианю:
— Простите за ту сценку! Я-то думал, вы из шайки Чжан Чжао, зла на вас не держу!
Лю Иань от природы не умел долго таить обиду, да и сам за словом в карман не лез — во время недавней ругани выражался от души. Услышав такие слова, он вдруг смутился и потрепал себя по волосам:
— Да ладно, проехали. Чисто те два дурня заварили кашу, вот все и переругались. Я ведь тоже не подарок на язык смотрю, так что не принимай близко к сердцу!
— Раз так, считай, познакомились в драке. Разрешите представиться: меня зовут Чжан Юньпэн, друзья обычно кличут Большой Птицей, — представился парень с короткой стрижкой.
— Ого! Птица-гэгэ! А я Лю Иань, прозвище… ну, пока что не обзавелся.
……
Слушая, как они наперебой болтают друг с другом, Линь Минци почувствовал легкое раздражение — шуму от них было больше, чем от цикад на деревьях.
Он бросил взгляд на человека, стоявшего в двух шагах позади Чжан Юньпэна. Выражение лица у того было ничуть не лучше его собственного. С самого отделения полиции и до сей поры он не произнес ни звука. Парень стоял в тени раскидистого дерева, но половина его плеча выступала на солнце; возможно, ощутив жгучий жар, он сделал шаг назад, укрываясь в прохладе.
http://bllate.org/book/27710/3364077
Сказали спасибо 0 читателей