Улица Ваньцзиньлу считается весьма неплохим районом даже в Юйчэне, и цены на жилье там никак не опускаются ниже сорока тысяч за квадратный метр.
Двадцать семь лет — лишь начало жизненного пути, а у него уже есть жена и собственная квартира. При любых раскладах такие условия превосходят положение большинства сверстников.
Если из-за этого ещё и лезть в петлю, то зачем тогда жить остальным?
Син Минъюэ украдкой вытащила из кармана оставшуюся половину парового пирожка и запихнула в рот — стоило ей добраться до тела, как аппетит пропал бы напрочь. Стараясь поскорее проглотить еду, она зачитала последние новости:
— Раньше он был учителем математики в старших классах Школы Чжицин, уволился сразу после Нового года.
— …Где?! — На красный свет светофора Пэй Сянь резко ударил по тормозам. Син Минъюэ едва не подавилась куском пирожка, застрявшим в горле. Стуча себя в грудь и с трудом переводя дыхание, она сдавленным голосом повторила:
— В Чжицине. В той жуткой школе, где вечно кто-то погибает.
Школа Чжицин — частное учебное заведение, некогда переживавшее период расцвета. Местные жители почти все слыхали о ней: примерно с десяток лет назад ее начальные, средние и старшие классы гремели на весь Юйчэн.
Требования при поступлении были суровыми, процент поступления как в отечественные, так и в зарубежные вузы — высоким, а переход из средней школы в старшую гарантировал стопроцентное зачисление. Именно поэтому многие родители, едва их дети заканчивали начальную школу, готовы были расшибиться в лепёшку, лишь бы пристроить их в Чжицин.
Под уклон школа покатилась примерно три-четыре года назад. Теперь требования для поступления стали полностью формальными, плата за обучение резко снизилась, а следом упал и процент поступающих. В последние годы о ней почти ничего не было слышно — можно сказать, она превратилась в самую заурядную старшую школу.
А жуткой ее прозвали потому, что три или четыре года назад один из учителей покончил с собой, оставив предсмертную записку. В ней утверждалось, что с момента основания школа замяла бесчисленное множество случаев самоубийств среди учеников, намекая на кроющийся за этим темный секрет. Это громкое дело, тянувшееся целое десятилетие, после обнародования вызвало широчайший резонанс.
Тогда в интернете наперебой все это обсуждали; кто-то даже составил таблицу, согласно которой за неполные двадцать лет существования Школы Чжицин погибли в стенах учебного заведения или покончили с собой после выпуска в общей сложности более ста человек. До того момента наружу не просачивалось ни единого звука.
Впрочем, обсуждения этой истории быстро сошли на нет всего за три дня — очевидно, за кулисами кто-то дергал за ниточки.
После того случая за Школой Чжицин прочно закрепилось клеймо жуткой школы, где постоянно умирают люди.
Пэй Сянь, впрочем, услышал об этом прозвище впервые.
Он помнил о Чжицине лишь по двум причинам.
Во-первых, его самое первое самостоятельное дело касалось как раз самоубийства учителя из старшей школы Чжицин.
Во-вторых, в том деле он познакомился с Ци Яном.
— Наконец-то прибыли, гляньте сами на досуге. Падение вышло... Тсс, в общем, мы вас ждали.
Капитан Чэнь по имени Чэнь Жун, справивший незадолго до этого тридцать четвертый день рождения, снял фуражку, чтобы немного остыть на невыносимой жаре. Было заметно, что волосы на его молодой голове уже подают тревожные сигналы. Когда Пэй Сянь и Син Минъюэ надели защитное снаряжение и прошли к месту происшествия, он кивком указал Пэй Сяню на тело неподалеку.
Территорию уже огородили сигнальной лентой, но зевак разом разогнать не удавалось: проходящие мимо горожане испытывали одновременно страх и любопытство. Некоторые даже нарочно доставали из сумок очки и вытягивали шеи, уставившись на бездыханное тело.
— Эй, ну-ка хватит пялиться, разошлись, живо разошлись.
Осматривать труп предстояло Пэй Сяню, а Чэнь Жун ждал, пока подчиненные успокоят жену погибшего, чтобы приступить к первичному допросу. Сидевшую перед ними женщину поддерживали за плечи две молодые сотрудницы полиции, но та продолжала рыдать уже несколько минут подряд.
— Когда вы сегодня утром уходили из дома, с ним всё было в порядке? — не стал дольше ждать Чэнь Жун и прямо задал вопрос.
— …Да, он тогда только проснулся, нет… он встал раньше меня. Когда я проснулась, он сидел вон там и курил. У него сильная никотиновая зависимость, по утрам ему обязательно нужно выкурить сигарету, чтобы прийти в себя. — Женщина всхлипывала, слова давались ей с трудом, и выглядела она так, будто застряла в пучине глубочайшего горя.
— За последнее время в его поведении было что-то необычное? — Чэнь Жун кивком велел женщине-полицейскому протянуть ей салфетку, чтобы утереть слёзы.
— Нет, всё было совершенно нормально. — Женщина взяла платок и промокнула глаза.
— Он потерял работу? — спросил Чэнь Жун.
— Он… — Женщина замолкла, нахмурившись, словно ей не понравилась сама постановка вопроса. — Да какая это была хорошая работа… Уволился и уволился, у него образование высокое, работу найти легко.
— Такая крупная частная школа, да еще и старшие классы, наверняка платили прилично, — заметил Чэнь Жун. — С чего бы это не хорошая работа?
Услышав это, женщина перестала плакать, подняла на него взгляд:
— Зарплата-то высокая, но вот фэншуй…
— Фэншуй? — Чэнь Жун уловил ключевое слово.
— …
— Судя по словам двух офицеров, вы всё это время твердили, что он ни за что не мог покончить с собой.
— …
— Говорите.
— …
— Он сбросился с крыши восемнадцатого этажа. Согласно осмотру места происшествия, на кровле находился только он один. Почему это не самоубийство? Каковы ваши основания? Зачем утаивать это от полиции в такой момент?
— … — Женщина прятала глаза и упорно отказывалась смотреть на него.
— Капитан Чэнь, — позывая, Пэй Сянь стянул испачканные перчатки и подошел ближе. Школу Син Минъюэ, следовавшая по пятам, зажала в зубах колпачок от ручки и на ходу яростно строчила что-то в блокноте.
— Судя по состоянию посмертного окоченения крови и переломам в нескольких крупных суставах, предварительно можно утверждать — это суицид, а конкретно… — Пэй Сянь забрал блокнот из рук Син Минъюэ и только собрался доложить подробности, как доселе молчавшая женщина резко вскинулась, охваченная бурной эмоцией:
— Нет! Не он!
Пэй Сянь равнодушно бросил на нее взгляд:
— Вы из наших коллег?
Женщина сглотнула слюну, перевела умоляющий взгляд на Чэнь Жуна и, словно приняв какое-то решение, подалась вперед, заговорив дрожащим голосом:
— Нет, это не самоубийство. Мне кажется… мне кажется… Я слышала, что у них в школе…
Ее охватила еще большая дрожь, и стоявшие по бокам полицейские принялись поглаживать ее по спинам, утешая.
— Там водятся призраки!
— Призраки? — Ци Ян замер на полушаге. С приближением ночи поднялся легкий ветерок, колыхнувший его хлопчатобумажную рубашку.
Пэй Сянь легонько потянул его за руку, давая понять, что нужно идти дальше.
— Мм. В той школе и правда водятся призраки?
Пэй Сянь сегодня снова ушел с работы вовремя — расследованию этого дела отдали весь день, и судмедэксперты сделали всё от них зависящее. Вернувшись домой, он, как и планировал, отправился на прогулку с Ци Яном. Ци Ян обычно не проявлял особого энтузиазма к таким вылазкам, но Пэй Сянь почему-то вдруг вспомнил утреннюю возню, которую с натяжкой можно было назвать делом, имеющим к нему хоть какое-то отношение.
http://bllate.org/book/27718/3364866
Готово:
