Хэ Фань как раз размышлял, как лучше устроиться с Цзян Дайчу, и между делом спросил:
— За этот стол уже заплачено?
Официант указал на человека, который уткнулся лицом в стол:
— Этот господин уже всё оплатил.
В этот момент Цзян Дайчу крепко спал, подложив одну руку под лоб, а другую расслабленно вытянув вперед. Его рука была слишком длинной, и запястье свисало с края стола, так что лицо оказалось наглухо закрыто такой позой.
— А ведь тебе еще бывает стыдно, — тихо пробормотал Хэ Фань, не сильно и не слабо толкнув его в плечо. Увидев, что тот никак не реагирует, он просто придвинул стул и сел рядом.
Стоило сесть, как возникло странное чувство — словно он снова в старшей школе, и они сидят за одной партой. Такое же близкое расстояние плечом к плечу, такая же небольшая школьная парта. Стоило ему во время написания контрольной случайно поднять голову, и он мог увидеть, как Цзян Дайчу точно так же спит, уткнувшись носом в стол.
Это ощущение было довольно приятным для воспоминаний, но нельзя же было вот так сидеть и караулить его сон до самого рассвета, к тому же бар скоро должен был закрыться.
Как утащить в машину пьяного вдрызг крупного мужчину — вот что сперва озадачило Хэ Фаня. Размышляя об этом, он полез в карман пальто Цзян Дайчу, висевшего на спинке стула, в надежде отыскать хоть какое-то удостоверение.
К счастью, хотя этот парень и не знал меры в алкоголе, вещи свои он взял все: водительское удостоверение лежало в среднем кармашке кошелька, и на нем был указан домашний адрес. В кармане также нашлась связка ключей, судя по всему, от его дома.
Он похлопал Цзян Дайчу по затылку и с сомнением спросил:
— Цзян Дайчу, ты сам идти сможешь?
Цзян Дайчу ответил ему затуманенным взглядом — на секунду приоткрыв глаза после шлепка и тут же снова их зажмурив: нет.
Хэ Фань бросил взгляд на часы: хочешь не хочешь, а ехать надо.
Ладно, придется попробовать дотащить волоком.
Хэ Фань совершенно не мог натянуть на Цзян Дайчу пальто, поэтому просто повесил его тому на предплечье, обеими руками подхватил Цзян Дайчу, закинул его руку себе на плечо для опоры и изо всех сил потащил на выход.
С тех самых пор, как они впервые встретились в десять лет, Цзян Дайчу был выше его на полголовы, и спустя шестнадцать лет он так и не смог его догнать.
Мало того что Цзян Дайчу сам по себе был тяжелым, так еще и пьяный человек — это сплошной мертвый груз, особенно неподъемный. К счастью, машина Хэ Фаня была припаркована недалеко, всего лишь перейти через дорогу, так что, то волоча, то подталкивая, он кое-как засунул его в салон.
Хэ Фань свернул пальто Цзян Дайчу, собираясь подложить ему под голову, но, покрутившись так и этак, понял, что если только не сложить Цзян Дайчу пополам, тот ни за что не поместится на заднем сиденье его дряхлой тачки, поэтому пришлось снова поднимать его, усаживать, пристегивать ремнем безопасности и набрасывать пальто на плечи.
Не прошло и нескольких минут после того, как машина тронулась с места, как Цзян Дайчу начал бессознательно мычать. Хэ Фань следил за дорогой, поглядывал на навигатор и при этом то и дело бросал косые взгляды на пьянчугу в зеркало заднего вида.
— Ты кто такой?
Внезапно выдал сидящий сзади Цзян Дайчу. Его слова прозвучали невнятно, но разобрать было можно. Какая-то часть его функций проснулась, но мозг всё еще плавал в алкоголе, никого не узнавая.
Хэ Фань бросил на него легкий взгляд и бесстрастно ответил:
— Торговец людьми.
— Угу.
Цзян Дайчу совершенно неожиданно громко икнул, прикрыл рот рукой в поисках места, куда бы его вырвать, но, покрутившись по сторонам и сообразив, что находится в машине, с трудом сдержался. От этого спазма в груди стало еще тошнотворнее, черты лица исказились, и он с недовольной протяжной нотой спросил:
— Куда едем-то?
Хэ Фань с облегчением выдохнул, радуясь, что тот ничего не изверг обратно, перевел взгляд вперед и ответил очень тихо:
— В одно местечко.
Слова Хэ Фаня прозвучали оборванно, и Цзян Дайчу, разумеется, не понял, что значит найти местечко, поэтому озадаченно протянул вопросительное угу.
— Найдем местечко, огреем по голове и вырежем почку.
Как раз приближаясь к перекрестку со светофором, Хэ Фань прибавил газу перед самым желтым сигналом, сохраняя на лице самое беззаботное выражение.
Вероятно, подобные сценарии в жизни случались нечасто, так что Цзян Дайчу не смог сходу сообразить, что это значит, но ему и не хотелось ломать над этим голову, поэтому он просто понимающе протянул «о-о».
Хэ Фань повернул направо по подсказке навигатора, а уголки его губ тронула легкая улыбка.
Ощущения на самом деле были неплохими: с самого утреннего выхода из дома и до сей поры он пробыл на ногах целый день, так что потешиться над пьяным можно было считать радостью посреди тягот.
Спустя двадцать минут езды оба прибыли по адресу из водительских прав Цзян Дайчу — это была высотка с бетонными стенами.
Цзян Дайчу не стал жить в том отдельно стоящем особняке, который ему купил Цзян Чжиюань. В прошлом году он полностью выплатил ипотеку, и с тех пор квартира пустовала, а на заработанные за последние годы излишки он в рассрочку приобрел двухкомнатные апартаменты и жил там, легко выплачивая ежемесячный долг. Во-первых, так было ближе к работе, а во-вторых, это считалось неплохой мелкой инвестицией.
Он прекрасно понимал: рассчитывать на Цзян Чжиюаня всю жизнь он не сможет.
Его истинная сексуальная ориентация была предопределена, а значит, ему не суждено жениться на женщине в этой жизни и тем более обзавестись потомством. Сейчас он еще мог отговариваться тем, что молод и не нагулялся, но рано или поздно тайное станет явным. Рано или поздно это вызовет недовольство Цзян Чжиюаня.
Поэтому, когда он узнал, что молодая новобрачная жена Цзян Чжиюаня рыщет по всему свету, гадает на судьбу и молится небожителям, желая родить перешагнувшему пятидесятилетний рубеж Цзян Чжиюаню позднего ребенка, он от всей души пожелал ей удачи. В худшем случае он просто добровольно уступит имущество Цзян Чжиюаня.
В половине второго ночи Хэ Фань, преодолев все препятствия, наконец дотащил Цзян Дайчу до его входной двери.
Слава богу, адрес и ключи совпали, иначе ему пришлось бы убить еще добрый час на поиски отеля для этого кадра.
— Есть кто дома?
Хотя перед этим он дважды нажал на звонок, Хэ Фань все же осторожно приоткрыл дверь лишь на узкую щель и громко окликнул хозяев, проверяя, не остался ли кто еще. Он не знал, живет ли Цзян Дайчу один, помня лишь, что Цзян Чжиюань и Фу Япин сейчас оба находились за границей, иначе он ни за что не осмелился бы заявляться сюда наобум.
Внутри царил кромешный мрак, и долгое время никто не отзывался. Тогда Хэ Фань на ощупь принялся шарить одной рукой в поисках выключателя, а другой продолжал придерживать Цзян Дайчу за руку, чтобы тот не брякнулся задом на пол.
При включенном свете взору Хэ Фаня предстало небольшое жилище со стильным, лаконичным ремонтом и безупречным вкусом.
Цзян Дайчу явно был из тех, кто ценит свой угол: стоило ему вернуться домой, как он на каком-то подсознательном уровне сообразил скинуть туфли и, шатаясь, направился в гостиную, где рухнул прямо на светло-серый кожаный диван.
Однако пока Хэ Фань вешал верхнюю одежду и искал домашние тапки, стоило ему на секунду выпустить друга из виду, как тот неизвестно где откопал бутылку виски, откупорил ее и приложился прямо к горлышку. Если бы Хэ Фань не выхватил ее вовремя, неизвестно, сколько бы тот успел в себя влить.
Жгучий крепкий алкоголь неожиданно хлынул в горло, заставив Цзян Дайчу зайтись в яростном кашле; он прижал руку к груди, а его лицо выражало крайнее мучение.
http://bllate.org/book/27730/3365795
Готово:
