Ся Линьси озадаченно переспросил:
— А?
— Ой, я забыл представиться, — Чэн Фэн протянул руку: — Меня зовут Чэн Фэн, я друг Шэнь Цинхэ.
— Вот оно как, — Ся Линьси протянул руку и пожал её Чэн Фэну. — Рад познакомиться, доктор Чэн, я Ся Линьси. Управляющий семьи Шэнь уже сообщил генеральному директору Шэню, он должен скоро приехать.
Стоило Ся Линьси договорить, как у Чэн Фэна в кармане зазвонил телефон. Доктор взял трубку и взглянул на экран: как и ожидалось, звонил Шэнь Цинхэ.
Чэн Фэн слегка потряс телефоном и извинился:
— Прошу прощения, мне нужно отлучиться.
Ся Линьси вежливо ответил:
— Доктор Чэн, пожалуйста, не стесняйтесь.
Когда Чэн Фэн ушёл, Ся Линьси зашёл в смотровую. Хэ Чжи всё еще крепко спал на больничной койке, но его лицо выглядело далеко не так плохо, как представлял себе Ся Линьси.
У окна в коридоре Чэн Фэн вкратце обрисовал ситуацию Шэнь Цинхэ. Собираясь уже возвращаться назад, он заметил у противоположного угла несколько человек, которые что-то скрытно снимали, и сразу понял, что дело нечисто. Если бы у входа в приёмный покой не дежурила охрана, эти люди, пожалуй, уже давно бы ворвались внутрь.
Мрачный Чэн Фэн направился к ним и рявкнул:
— Эй! Вы чем тут занимаетесь?
Чэн Фэн был высокого роста, с суровой внешностью, а вид имел такой, будто собирался с кем-то подраться. Одним своим появлением он мгновенно распугал толпившихся у входа молодых людей.
Вспомнив, кем является Хэ Чжи, Чэн Фэн озадаченно подумал: с чего это вдруг здесь появились папарацци? Неужели фанаты Хэ Чжи?
Судя по тому, что он знал о популярности Хэ Чжи, тот вряд ли мог похвастаться столь бешеной известностью на родине.
Не успел Чэн Фэн сделать и двух шагов обратно, как до него внезапно дошло: раз Ся Линьси дружит с Хэ Чжи, то он вполне может быть человеком из шоу-бизнеса, и объектом скрытой съёмки вполне мог стать именно он.
Так как пациент в смотровой еще не пришёл в себя, Чэн Фэн прислонился к стене и открыл браузер, намереваясь вбить имя Ся Линьси в поиск. На главной странице ему тут же выдало пост с крайне взрывным заголовком: [Сенсация! Похоже, раскрыт роман известного участника мужской группы Ся Линьси! Причиной отгула в собственный день рождения оказалась поездка с любовником в больницу!]
Чэн Фэн со множеством вопросов в голове прокрутил пост вниз. На прикрепленной в самом низу фотографии действительно был запечатлен Ся Линьси, который нёс Хэ Чжи на руках в больницу.
Современные СМИ готовы сочинять любую чушь... — мысленно усмехнулся Чэн Фэн, собираясь повнимательнее изучить, как жёлтая пресса стряпает очередную ложь, но в следующее мгновение система выдала уведомление, что пост удален.
Почему удалили?
Сначала Чэн Фэн подумал, что люди Шэнь Цинхэ сработали оперативно и надавили на СМИ через свои связи, заставив удалить клеветнический пост. Однако стоило ему обновить страницу, как лента подкинула ещё несколько новых публикаций о тайном романе Ся Линьси.
Если новые посты и отличались от первоначального, то лишь тем, что на всех последующих фотографий лицо было видно только у Ся Линьси, а снимки Хэ Чжи без исключений замазали пикселями.
— Чэн Фэн!
В этот момент в нескольких метрах раздался голос Шэнь Цинхэ. Пока Чэн Фэн убирал телефон, Шэнь Цинхэ уже подбежал к нему и с тревогой спросил:
— Чэн Фэн, он пришёл в себя?
Чэн Фэн повёл Шэнь Цинхэ в сторону смотровой:
— Пока нет. Раньше чем через полчаса точно не проснётся.
Когда они вошли в палату, Ся Линьси с мрачным лицом отложил телефон, направился к выходу и произнёс:
— Генеральный директор Шэнь, у меня тут возникли личные дела, мне нужно идти.
Шэнь Цинхэ кивнул:
— Хорошо, большое спасибо за сегодняшнюю помощь.
Ся Линьси дежурно ответил и поспешно покинул смотровую.
Чэн Фэн стоял у дверей и провожал взглядом удаляющуюся фигуру Ся Линьси. Только когда тот совсем скрылся из виду, Чэн Фэн повернулся к Шэнь Цинхэ и завёл разговор:
— Послушай, Цинхэ, этот парень всё-таки вовремя доставил твою сладенькую булочку в больницу, а ты смотришь только на своего милашку и совершенно не обращаешь на спасителя внимания. Тебе не кажется, что это немного неблагородно?
Шэнь Цинхэ перевёл взгляд с лица Хэ Чжи на Чэн Фэна, не до конца уловив смысл его слов:
— Какое ещё благородство?
— Хватит уже притворяться со мной, а. Вот, глянь сам, — Чэн Фэн протянул ему свой телефон. — У тебя нашлось время заставить кого-то наложить цензуру на лица, почему бы тогда не довести дело до конца и не прикрыть сплетни целиком? Хоть бы меньше грязи на парня вылили.
Шэнь Цинхэ нахмурился:
— Я этого не заказывал, впервые об этом слышу.
— Не ты? А у кого ещё хватит на такое влияния? — удивился Чэн Фэн. — Неужели семья Хэ постаралась? У них что, есть такие связи, чтобы дотянуться до материка?
В то же время Ся Линьси успешно довёл машину до подземной парковки компании Чаолэ.
В эту минуту здание компании уже осаждали толпы журналистов и радикальных фанатов. Не успел Ся Линьси сделать и шагу в кабинет директора, как ему прямо в грудь бесцеремонно швырнули пачку документов.
Ся Линьси неторопливо закрыл дверь, на его лице не дрогнул ни один мускул — гнев директора был абсолютно предсказуем.
Когда он только начинал свой путь, он вовсе не планировал становиться айдолом в составе бойбэнда. С малых лет у него была лишь одна мечта — прославиться как талантливый певец.
Что касается вокальных данных, у него были все шансы. Вернувшись на родину ради карьеры, Ся Линьси нацелился прямиком на ведущие музыкальные компании материкового Китая.
Вот только тогда он был никому не известным новичком, а его авторские треки из-за нехватки раскрутки так и не взлетели. Единственное, чем он мог похвастаться, — это смазливое лицо да диплом престижного музыкального вуза.
Будучи самым известным музыкальным гигантом в стране, компания Лэтянь всегда придерживалась принципа опираться исключительно на реальные таланты, поэтому его кандидатуру, естественно, отвергли.
Ся Линьси тогда едва перешагнул порог совершеннолетия, умом еще не до конца дорос, а потому, охваченный жаждой поскорее воплотить свою мечту в жизнь, по наущению некоего агента в тумане подписал контракт с нынешней компанией.
Сначала компания Чаолэ была совсем крошечной. Директор обратил внимание на внешность Ся Линьси и изо всех сил попытался слепить из него топ-звезду, не пожалев средств на создание эксклюзивной команды специально под него. Все лучшие ресурсы компании, без сомнений, отдавались ему в приоритетном порядке.
Прошло два года, и компания Чаолэ преобразилась до неузнаваемости: из безвестной контровки она превратилась в весьма влиятельное предприятие.
Можно сказать, что львиная доля популярности Чаолэ держалась исключительно на Ся Линьси — не будь его, не существовало бы и сегодняшней компании.
Ся Линьси наивно полагал, что, добившись успеха, обретёт почту и средства, чтобы вновь погоняться за прежней мечтой, однако кто же в Чаолэ позволит золотой курице, несущей золотые яйца, упорхнуть?
Опираясь на тот самый двадцатилетний контракт, который Ся Линьси подписал в молодости по глупости, директор компании наотрез отказывался оформлять мирный разрыв отношений. Если же Ся Линьси вздумает расторгнуть договор в одностороннем порядке, его ждал астрономический штраф за нарушение условий.
Почти целый год, стремясь сбить с него спесь, директор Чаолэ запрещал ему писать любые песни и по собственной воле нагрузил горой рекламных контрактов и коммерческих мероприятий. Ся Линьси давным-давно исчерпал свой лимит терпения, и открытый конфликт с компанией был лишь вопросом времени.
— Ся Линьси! — директор, стоявший за рабочим столом, от такого невозмутимого вида аж усами затрясся от злости и взревел: — Бесстыжая твоя рожа! Неудивительно, что ты изо всех сил рвёшься сбежать в другую контору — на стороне завёлся любовник, да? Выкладывай! Долго ты кувыркаешься с этой шлюшкой?!
Ся Линьси: ? [Вопросительный знак]
— Сомнения и страх — это нормально...
— Директор Сок, вы можете оскорблять меня, но прошу, проявите уважение к моему другу, — холодно и с достоинством произнёс Ся Линьси. — Он мой близкий друг, которого я считаю членом семьи, у нас с ним совсем не те отношения, что вам мерещатся.
— Смеешь ещё оправдываться, неужто думаешь, я поверю в твои бредовые сказки! — взъярился директор Сок и в приступе бешенства швырнул в него стоявший на столе стеклянный пепельница. Ся Линьси не успел увернуться, и уголком пепельницы ему рассекло лоб — оттуда мгновенно хлынула тёплая кровь.
Заметив сочащуюся по щеке Ся Линьси ярко-красную кровь, директор Сок тут же немного остыл. Рассудок подсказал ему, что ссориться с Ся Линьси вдрызг сейчас никак нельзя.
Иначе, если загнать парня в угол и он решит пойти ва-банк, вывалив в интернет всю подноготную и самые грязные секреты компании за эти годы, те самые фанаты, что обожают его, забрызгают их контору слюной и сравняют с землёй.
Ся Линьси поднял руку и коснулся лба — пальцы тут же измазались в липкой жидкости.
Директор Сок с легким чувством вины следил за его реакцией, не решаясь на новые резкие выпады.
Ся Линьси молча опустил руку и с бесстрастным выражением лица шагнул ближе к письменному столу.
— Ты... — инстинктивно отпрянув назад на пару шагов, директор Сок испугался, что Ся Линьси пришёл с ним драться.
Старые кости да дряблые суставы — чего ему, кроме как показушно раздувать директорское величие, тягаться в силе с цветущим молодым Ся Линьси?
Ся Линьси остановился перед столом, проигнорировав его страх, самостоятельно вытащил из салфетницы пачку бумажных салфеток и прижал к ране. Во взгляде его леденело презрение:
— Накричались? Натешились? Чего ещё изволите?
Глас директора Сока заметно поубавил спеси, и в нём уже не осталось прежней высокомерной удали:
— Слушай сюда, мне плевать, какие у тебя с ним отношения и какими путями ты скрывал его личность. Короче говоря, единственный выход сейчас — переложить всю ответственность на него, пусть те, кто поливает тебя грязью, обрушат весь гнев на его голову. Только так ты сможешь сухим выйти из воды.
Услышав это предложение, Ся Линьси скривился от отвращения и, взбешенный, развернулся к выходу.
Как он мог согласиться подставить Хэ Чжи под удар и заставить его выслушивать ругань?
— Ся Линьси, стоять! — взвизгнул директор Сок. — Сколько сил и средств я вложил в твою раскрутку за все эти годы! Решил покончить с собой — так ещё и Чаолэ за собой потянуть хочешь? Мечтай!
Не сбавляя шагу, Ся Линьси решительно распахнул дверь кабинета.
— Ся Линьси! — разъяренный директор Сок бросился следом и загородил выход, голосом сорванным так, будто он готов был пробить перепонки: — Я разрешал тебе уходить? Ты что, бунт удумал?!
Ся Линьси отреагировал донельзя холодно, на контрасте со срывистым визгом директора Сок выглядел сумасшедшим.
— Убери руки, — ледяным тоном бросил Ся Линьси. — Если не уберёшь, я звоню в полицию.
— Полицию? Ишь ты, перья отрастил! Да я тебя сегодня так проучу, я —
http://bllate.org/book/27789/3371251
Готово:
