Готовый перевод The Veteran Actor Who Mastered Self-Love / Тайный дневник «старого» императора: как не влюбиться в кинозвезду: Глава 4

Изначально всё было так: Чэнь Чанъань и Цзян Байцин застряли в лифте, будучи одетыми в одинаковые костюмы, из-за чего не смогли выйти на красную дорожку.

Однако теперь причинно-следственная связь превратилась в нечто иное: Чэнь Чанъань и Цзян Байцин пропустили красную дорожку ради того, чтобы покрасоваться в парных нарядах, что и привело к их заточению в лифте.

— Неужели в наше время все горячие темы в Вэйбо пишет деревенский портной? Играют в смешение стилей и коллажи?

Чэнь Чанъань, зажмурившись и снова открыв глаза, дрожащими пальцами нажал на эту строчку.

Развлекательная барышня: Сегодня на красной дорожке мероприятия Тяньхуа двое звездных мужчин не появились, хотя подтверждали свое присутствие. Наткнулась на новости из криминальной хроники: их двоих вызволили из одного и того же лифта, причем в абсолютно идентичных костюмах. Говорят, они просидели там вдвоем целых два часа. Если так, то можно ли считать свидание, ради которого они продинамили организаторов, сорванным? [Хихикающий смайлик]

В ответ на это в игру немедленно вступили различные стороны, озвучив свои версии событий.

Фанаты актерского мастерства Цзян Байцина: Не распространяем слухи, не верим в сплетни. Отказываемся от пиара за счет короля хайпа. Ждем новый фильм нашего киноимператора.

Фанаты внешности Чэнь Чанъаня: Не распространяем слухи, не верим в сплетни. Вежливо отклоняем попытки старика поучать молодежь. Наш братец — эталон красоты.

Внезапно появившаяся толпа фанатов пары: У-у-у, ты сказал, что хочешь парные наряды, и я ради этого пропустил красную дорожку, чтобы сбежать с тобой! Это так мило!

Фанаты обеих сторон: ...Не кажется ли вам, что сюда внезапно пролезло что-то странное, нарушающее строй и лишенное всякой морали?

Следом маркетинговые аккаунты выложили два снимка из новостей:

На первом спасатели тянут сверху, но дохляк Чэнь Чанъань не может залезть, и Цзян Байцин беспомощно подталкивает его за бедра. На втором — уже спасенный Чэнь Чанъань стоит в стороне и смотрит, как карабкается Цзян Байцин.

Круг сплетен: Чэнь Чанъань, в те двадцать секунд, пока ты смотрел, как Цзян Байцин выбирается наверх, о чем ты думал? О сорванной красной дорожке или о том, как сбежать с ним на край света?

Чэнь Чанъань ответил: Я думаю... я этого не хочу.

Он поспешно позвонил Сяо Вану: Разве мы не договаривались раскручивать образ братьев? Почему вы не действуете быстрее?

— Мы уже действуем.

— Где? Почему я ничего не вижу?

— Развлекательная барышня, Круг сплетен, Сплетница... — Сяо Ван сверялся со списком. — В любом случае, если открыть первую строчку в топе, самые залайканные блогеры — это все наши люди.

— Вы, ребята из индустрии, называете это братской дружбой?!

— Ну да, — невозмутимо ответил Сяо Ван. — В индустрии братскую дружбу именно так и раскручивают.

Чэнь Чанъань дрожащим голосом проговорил: У тебя еще остались деньги? Перестань это делать, верни остаток.

— Ни копейки не осталось, — радостно отозвался Сяо Ван. — На последние средства я заказал вам десять тысяч фанатов пары.

Чэнь Чанъань был в такой ярости, что у него заболело всё: печень, желчный пузырь, легкие и почки.

Одинаковые костюмы превратили в парные, а невольное падение — в интимную сцену.

С таким развитием событий завтра Цзян Байцин точно придет лично открутить ему голову.

***

Первоочередная задача — убрать тему из топа.

Ради спасения собственной шкуры Чэнь Чанъаню пришлось нанести визит главному злодею этой истории — Чжэн Жунъюю, дяде его персонажа, с которым они не были связаны кровными узами.

В книге Чэнь Чанъань был лишь безмозглым пушечным мясом, и то, что он так долго продержался рядом с Цзян Байцином, было заслугой финансовой поддержки Чжэн Жунъюя.

Родители Чэнь Чанъаня рано умерли, доверив его младшему брату их соседки — Чжэн Жунъюю. Тот относился к «оригиналу» по принципу вольного выпаса: деньги перечислял ежемесячно, а вот чувств не питал никаких.

Сам же Чжэн Жунъюй был злейшим врагом Цзян Байцина в бизнесе. Они вели борьбу более двухсот глав, пока в конце концов Цзян Байцин не одержал рискованную победу, обнаружив финансовую дыру в компании Чжэн Жунъюя и отправив того за решетку.

Чэнь Чанъань успел нафантазировать себе образ крутого дядьки с татуировками дракона и тигра, но при встрече обнаружил изысканного, зрелого делового элитария, который вместо мордобоя преспокойно дегустировал чай.

— Дядюшка Жун. — Как и было описано в книге, Чэнь Чанъань осторожно обратился к нему.

Чжэн Жунъюй перешел прямо к делу: Снова натворил дел или опять нужны деньги?

Чэнь Чанъань серьезно задумался: ...А можно этот вопрос сделать с несколькими вариантами ответов?

— Говори уже. — Чжэн Жунъюй, очевидно, не удивился.

— Можете вы замолвить словечко и помочь мне убрать ту тему из топа? — Чэнь Чанъань следил за его реакцией. — Ну, ту, что про меня и Цзян Байцина в лифте отеля.

Услышав имя своего заклятого врага, Чжэн Жунъюй слегка замер и приподнял бровь: Вы с Цзян Байцином, оказывается, в лифте...

Чэнь Чанъань засуетился: Это, это, это всё недоразумение! У нас с ним ничего не было!

Чжэн Жунъюй бросил на него глубокий взгляд: Взрослые люди должны принимать меры предосторожности и отвечать за себя сами.

— Просто скажите, можете убрать или нет? — Чэнь Чанъань сдался и перестал оправдываться.

— Два миллиона перевел на твою карту. Только в этот раз, в следующий раз не будь таким импульсивным. — Чжэн Жунъюй, печатая сообщение, с сожалением добавил: — В следующий раз я обязательно очерню Цзян Байцина так, что его родная мать не узнает.

Чэнь Чанъань мысленно поставил свечку за упокой Чжэн Жунъюя.

Ох, злодей, злодей, как бы ты ни был богат, если идешь против главного героя, хорошим это не кончится!

— Спасибо. — Чэнь Чанъаню стало неловко, он помедлил и решил немного помочь Чжэн Жунъюю. — Дядюшка Жун, у вашего финансового директора фамилия случайно не Фу?

Чжэн Жунъюй отложил телефон и поднял взгляд: Да, а что такое?

— Увольте его. — Чэнь Чанъань сморщил нос. — Я ходил к предсказателю, он сказал, что между вами и им две кармические связи: одна хорошая, другая плохая. С какой начать?

— Давай с хорошей. — Чжэн Жунъюй остался невозмутим.

— Хорошая в том, что он будет вас кормить.

— А плохая?

— Он будет кормить вас тюремной баландой.

Чжэн Жунъюй хмыкнул, а затем, встретившись взглядом с Чэнь Чанъанем, внезапно расхохотался — да так, что слезы из глаз потекли.

У Чэнь Чанъаня дернулось веко: Вы мне не верите?

— Верю. — Грудная клетка Чжэн Жунъюя сотрясалась от смеха, он едва переводил дыхание. — Завтра же велю ему собирать вещи и проваливать.

http://bllate.org/book/27835/3375929