Готовый перевод Moon Over Mirror Lake / Тень над озером: Побег от императора: Глава 4

Чи Ле открыл глаза, и его обычно ясные, теплые зрачки затянуло ледяной пеленой.

— При способностях Регента, если бы он действительно харкал кровью, он непременно постарался бы скрыть эту новость, а не раздувать её на всю округу, подрывая боевой дух армии.

— Ваше Высочество, вы хотите сказать…?

— Боюсь, это дело рук Чи Жуна — он пытается выведать, правда ли я мертв.

— Но зачем императору это понадобилось?

Зачем?

Чи Ле в душе горько усмехнулся.

Разумеется, потому что император обнаружил, что в детстве они с Регентом были не разлей вода, и, испугавшись, что они объединятся и пошатнут его трон, решил устранить его. И хотя юному императору едва исполнилось двадцать лет, он уже стал правителем подозрительным и ревнивым. Услышав весть о его смерти, он, скорее всего, сомневался, поэтому и распустил слух о том, что Регент харкает кровью, надеясь выманить его из укрытия.

— Я хотел задержаться в Великом Лэ подольше, но теперь это невозможно. Мы должны придумать способ и завтра же отправиться в путь, возвращаемся в Чанъань.

Даже понимая, что это, скорее всего, ловушка императора… ему нужно вернуться и убедиться во всем самому, только тогда он обретет покой.

…

За пределами заставы Ханьгу, город Синин.

Армия Красных перьев, возглавляемая Регентом Цзюнь Су, непрерывно маршировала день и ночь и теперь остановилась на небольшой отдых у берегов реки Сышуй.

Заместитель начальника конюшни Фэн Юйхэн, неся миску каши и лепешку с мясом, подошел к центральному военному шатру на берегу.

— Генерал, путь был утомительным, а нам предстоит скакать день и ночь, съешьте хоть немного.

В шатре стояла тишина, ответа не последовало.

Фэн Юйхэн позвал еще несколько раз, но его слова словно канули в воду, и он невольно нахмурился от беспокойства.

— Генерал выходил?

— Докладываю заместителю: генерал все время в шатре, не выходил.

Брови Фэн Юйхэна сдвинулись еще сильнее.

В армии входить в шатер без доклада — серьезное нарушение, но состояние здоровья Регента внушало опасения, в последние дни приступы участились, а сейчас, раз нет ответа, не исключено, что что-то случилось.

Взвесив все за и против, Фэн Юйхэн жестом приказал стражнику приподнять полог.

— Генерал, прошу простить за дерзость.

Войдя внутрь, он сразу же нашел взглядом Регента.

— Генерал!

Увидев, что Регент прислонился к опорному столбу шатра с плотно закрытыми глазами, Фэн Юйхэн испугался и тут же бросился к нему.

Стражник уже побежал за военным лекарем, а Фэн Юйхэн, приблизившись к Регенту, заметил, что дыхание того ровное и глубокое, а сердцебиение спокойное. Похоже, он просто выбился из сил и уснул, а не потерял сознание от приступа.

Фэн Юйхэн с облегчением выдохнул. Он как раз собирался поставить миску, чтобы накрыть Регента плащом и тот не простудился, как вдруг услышал едва уловимое бормотание.

— …Цин.

Фэн Юйхэн не расслышал, уловив лишь неясный звук, похожий на Цин.

— Генерал спрашивает про Цинчэн? Из Цинчэна еще не поступало вестей, возможно, через полдня… — он осекся, заметив, что Регент по-прежнему не открывает глаз, а его дыхание глубоко и мерно. Стало ясно, что тот не просыпался, а произнесенное было лишь бредом во сне.

Вспомнив, что Регент почти не смыкал глаз последние пять дней, Фэн Юйхэн замолчал, боясь разбудить его.

Он поставил кашу и лепешку на низкий столик, осторожно взял плащ и уже собирался бережно укрыть плечи Регента.

Внезапно.Мощная сила сдавила его горло с такой яростью, будто собралась раздробить кости и переломить железо, в одно мгновение перекрыв доступ к воздуху.

Фэн Юйхэн был на грани потери сознания. В его подернутом пеленой, расплывчатом поле зрения отразились темные, холодные, как у феникса, глаза, пронизанные густой сетью кровавых капилляров. Взгляд был пустым и тяжелым, а навстречу обрушилась липкая, давящая жажда убийства, пропитанная неистовой жестокостью, способной уничтожить всё живое.

Однако глубоко в этих на вид свирепых зрачках, скрытых плотной туманной дымкой, не было никакой фокусировки.

Стало ясно: Регент не проснулся по-настоящему. Его защитные инстинкты сработали во время сна, и он принял подчиненного, пришедшего накинуть на него одежду, за злоумышленника, вцепившись тому в самое уязвимое место.

Фэн Юйхэн был готов разрыдаться. Ему хотелось пнуть самого себя за дурные руки.

Как он мог забыть — к Регенту во время сна ни в коем случае нельзя приближаться. Он позволил обмануть себя этой хрупкой, беззащитной и красивой физиономией спящего князя и совершил столь фатальную ошибку.

Поскольку шею сжимала железная хватка, он не мог ни позвать Регента, ни позвать на помощь. Фэн Юйхэн чувствовал, как кружится голова, а грудь разрывается от боли.

Именно в тот момент, когда он уже решил, что из-за собственной неосторожности нелепо погибнет от рук собственного начальника, пальцы, стискивавшие его горло, внезапно разжались.

— Юйхэн? — раздался чуть хриплый голос, еще не до конца освободившийся от оков сна, свидетельствуя о спасении из пасти смерти.

Фэн Юйхэн, придерживая саднящую шею, горько усмехнулся. Пытаясь найти повод для шутки в столь тягостной ситуации, он проговорил:

— Хорошо, что Вы вовремя очнулись, генерал, а то моя шея сегодня закончила бы так же, как та утка вчера — свернули бы её и подали к вечерним напиткам.

Теплый утренний свет пробивался сквозь щели в верхушке шатра, оставляя на его стенах пестрые блики.

Немного солнечных лучей упало на лоб Регента Цзюнь Су, лишь подчеркивая его мертвенную бледность и изможденный вид.

Черные, как тушь, ресницы отбрасывали густые тени, скрывая усталость в глазах. Цзюнь Су прижал пальцы к ноющим вискам, дожидаясь, пока головокружение и недомогание хоть немного отступят, и лишь затем перевел взгляд на Фэн Юйхэна, поднимающегося с земли:

— Есть ли серьезные повреждения?

Фэн Юйхэн немедленно выпрямился:

— Я в порядке, кожа да кости, что мне сделается?

Он взглянул на лицо Цзюнь Су и осторожно добавил:

— Просто я потревожил Ваш сон, генерал, моя вина неоспорима...

— Неважно, — через мгновение Цзюнь Су уже отбросил всякую усталость, его взгляд стал острым, словно клинок. — Который сейчас час? Приходили ли какие-то особые вести из города Фэндань?

— Отвечаю генералу: уже первая четверть часа Чэнь, вестей из города Фэндань пока не поступало.

Вспомнив об оставленной в стороне еде, он поспешно добавил:

— Генерал, завтрак готов, я только что принес порцию, пожалуйста, поешьте скорее.

Он уже было протянул руку, чтобы передать еду, но Цзюнь Су остановил его.

— Мне не к спеху, сначала раздай еду солдатам...

— Генерал, — вспомнив наставления других помощников генерала, Фэн Юйхэн почувствовал, что на его плечи легла нелегкая ноша. — Вы и так за последние дни почти ничего не ели, а до этого целый месяц пробыли без сознания. Если Вы не будете больше есть, в условиях тяжелого похода...

http://bllate.org/book/27884/3380543