Коричневая вода постепенно затягивала её. Река поднималась от талии к груди, а затем и к плечам. Холод понемногу проникал в тело, сменяясь за колючей болью онемением...
Под ногами чувствовалось неровное дно, сплошь зарослое по пояс водорослями. Даже сквозь плотную ткань штанов ощущалась их упругость и небывалая сила. Каждый шаг давался ей тяжело и медленно...
Вода хлынула в рот, заполнила нос и уши, с безжалостной холодностью и отчаянием разом обрубив последние вздохи...
После короткого просвета в сознании она принялась отчаянно барахтаться, закинув голову, изо всех сил пытаясь отступить назад или выплыть наверх...
Но её уже накрепко привязали ко дну реки, и в какую бы сторону она ни рвалась, сдвинуться с места было невозможно. Каждое движение рук походило на взмахи в густом желе, ноги больше не слушались, а те самые зеленые водоросли, что обычно ломались от легкого щипка, сейчас превратились в прочные путы...
Хотя до блестевшей наверху полоски воды оставалось каких-то три дюйма, в её легкие уже не могло проникнуть ни единого полувдоха...
Она словно вросла в речное дно и вместе с окружающими водорослями медленно покачивалась в течении...
За окном стояла тишина, лишь изредка рыбина плескалась у поверхности, уходя на глубину, а поднятый рыбьим хвостом всплеск в лучах ослепительного полуденного солнца навевал непреодолимую дремоту.
Юань У прислонился к лежащей сзади подушке, закурил сигарету, сохранил недописанный роман и закрыл ноутбук.
Это короткое праздное расслабление — словно восемнадцатилетний старый пес, свернувшийся у ног восьмидесятилетнего старика, сидящего на пороге, — перемежалось горой недоделанных дел, но мысль вроде «да и хрен с ним» вновь и вновь утешала его, принося глубокий умиротворяющий комфорт.
Не успел он докурить и половину сигареты, как снаружи раздались гулкие шаги. Кто-то бежал весело и очень тяжело, отчего доски лодки под Юань У слегка завибрировали.
Юань У закрыл глаза, вздохнул, сделал еще пару затяжек и затушил сигарету.
Шаги затихли как раз в нескольких метрах и неожиданно пропали.
Он немного подождал, поднялся, на цыпочках подошел к окну и резко вытянул руку вниз и влево от себя.
— А! — раздался звонкий, заливистый смех с детской ноткой в носу. — Опять поймал!
Вместе с рукой Юань У за шкирку поднялся мальчишка лет пяти-шести.
— Датоу, я тебе говорил: если твой интеллект продолжит развиваться в том же духе, в будущем ты в девяноста процентах случаев не сможешь найти себе девушку? — Юань У посмотрел на него. — У тебя что, других мест спрятаться не нашлось?
— Чего? — Датоу задрал голову.
Вообще-то Датоу рос довольно милым мальчиком, черты его лица совсем не походили на родительские, да и голова была не такой уж большой.
Возможно, такое прозвище дали ему в надежде на лучшее будущее, ведь, как подумал Юань У, глядя на водную гладь за окном, с большой головой утонуть точно труднее.
— Ничего, я к тому, что ты слишком тяжелый и топаешь громко. — Он вернулся к подушке и прислонился к ней.
— Сяо У-гэгэ, — Датоу обошел переборку и заглянул в каюту. — А знаешь...
— Зови меня дядей, — перебил Юань У.
— Дядя, — тут же исправился Датоу. — А знаешь...
— Сними обувь, — снова велел Юань У.
Датоу с ловкостью сбросил шлепанцы, подбежал к нему и примостился рядом: — А знаешь.
— Не знаю. — Юань У достал из стоявшего рядом мини-холодильника леденец на палочке и протянул ему.
— Тогда я тебе скажу, — Датоу придвинулся к самому его уху и прикрыл рот ладошкой. — У пристави снова кто-то утонул, там куча народу собралась посмотреть.
— Ты ходил смотреть?
— Нет, мама сказала, детям нельзя смотреть, а то утянет на дно, — очень серьезно ответил Датоу и после этого крепко сжал губы, выглядя крайне напряженным.
Юань У улыбнулся и вытащил из кошелька купюру: — Сходи к дяде за сигаретами.
— Угу, — Датоу взял деньги. — А можно мне сегодня бутылку молока?
— Ладно, и леденец тоже можешь съесть. — Юань У поднялся и направился к выходу из каюты.
— Ты куда? — спросил Датоу, шагая следом.
— За вдохновением, — ответил Юань У.
Он уже три дня не выходил из каюты. Сидя внутри, он этого совсем не замечал, но стоило выйти на палубу, как Юань У понял: сегодняшнее солнце необычайно буйное, и даже почти в пять часов вечера оно все еще светило ярко и ослепительно.
Он прищурился и поднял глаза к небу — сплошная белесоя пелена, от которой уже через десять секунд возникло ложное ощущение, будто летишь в небесах.
Он чихнул и отвел взгляд.
Отсюда до пристани было довольно далеко, идти предстояло минут семь-восемь.
Юань У не спеша двинулся вперед по доскам, переброшенным между двумя лодками.
Это место называлось Чэньцяо и представляло собой заболоченную низину на окраине города.
Через нее протекали две реки, оставляя после себя обширные водные пространства, соединенные друг с другом наподобие маленьких озер. Летом они густо заростали тростником, и лишь изредка то тут, то там из воды показывались участки суши размером в дюжину квадратных метров.
Место, где жил Юань У, представляло собой речной залив. После того как старую пристань забросили, здесь слой за слоем скапливались всевозможные старые судненки. Одни были бесхозными, другие — с хозяевами, которые ждали ремонта, но так его и не дождались. Они жались друг к другу в беспорядке, соединенные досками разной ширины, напоминая водный лабиринт, посреди которого чернело немало рыболовных садков.
Юань У жил здесь не один — помимо семейства Датоу с их соседями и сторожей садков, тут обитали те, у кого на берегу не было своего жилья, или те, кто просто привык ютиться на воде, хотя дом у них имелся.
Однако вряд ли нашлся бы еще хоть кто-то, кто поселился бы так далеко от пристани.
Еще в нескольких десятках шагов от старой пристани стало заметно столпотворение людей. Там же виднелись операторы с камерами — судя по всему, нагрянули телевизионщики.
Юань У не стал подниматься на саму пристань, а присел на носу стоявшей сбоку лодки и закурил последнюю сигарету из кармана.
Утопленника уже увезли, но зеваки до сих пор не расходились, обступив съемочную группу телеканала, бравшую интервью у местных рыболовов.
В этом обычно чересчур тихом и мирном месте любое событие способно вызвать у людей беспричинное возбуждение на добрую половину дня.
Юань У не знал всех подробностей, но утонувшие в Чэньцяо не были редкостью.
Чэньцяо считалось пригородной достопримечательностью, за исключением разве что этой половины со старой пристанью. Дорога туда была слишком далеко, вода узкая, а условия сложные, поэтому обычные туристы сюда не заглядывали, и пара местных фермерских ресторанов быстро прогорела.
Тем не менее, летом здесь все равно время от времени появлялись любители уединения, решившие искупаться вдали от толпы, и каждый год кто-нибудь, не разобравшись в подводной обстановке и выбрав не то место, всплывал со дна.
Послушав еще немного не утихающие споры зевак, он понял: человека, которого не подняли в прошлый раз, не стало три дня назад, а нашли его сегодня в районе Дуньвань.
Дуньвань находился в самом сердце тростниковых зарослей. Там раскинулись несколько роскошных лотосовых прудов и крошечные клочки суши, куда почти не ступала нога человека, за исключением крестьян, приплывавших на лодках пахать землю с быками.
Мать Датоу как-то раз загадочно спросила его: знает ли он, почему лотосы в Дуньвань растут так хорошо?
— Знаю, — кивнул Юань У. — Людей там много гибнет.
Мать Датоу пристально посмотрела на него: — Ну ты и странный, аж жутко.
— М? — Юань У тоже уставился на нее. — Не я же их в воду столкнул, чего тут страшного?
После того дня мать Датоу запретила сыну приходить на лодку к Юань У, хотя сам Датоу не пропускал ни единого раза.
Докурив сигарету, Юань У собрался уходить, но молодая телерепортерша с трудом запрыгнула на лодку и, покачиваясь, направилась к нему: — Здравствуйте, земляк! Можно задать вам пару вопросов?
Юань У промолчал.
— Земляк, вы ведь здесь живете? — снова спросила репортерша.
— Угу. — Юань У поднялся и повернул назад.
— Вы живете на лодке или в той деревне? — Девушка преградила ему дорогу. — Можно задать вам несколько вопросов?
— Нет, — коротко ответил Юань У, обошел ее и зашагал дальше.
— Тогда вы знаете, что в Дуньвань утонул человек? — Девушка оказалась совсем юной особой, судя по всему, недавно окончившей институт. Проявив завидное упорство, она снова увязалась за ним, засыпая вопросами: — В последние два года несчастных случаев на воде стало больше, чем раньше, как вы думаете, с чем это связано? Вы же местный житель, не могли бы дать туристам несколько советов по безопасности?
— Не знаю, не думал, не могу, — Юань У ступил на доски, связывающие две лодки, бросил взгляд под ноги семенившей рядом репортерше и протянул руку, чтобы её остановить: — Осто...
— Что? Я... — не желая упускать шанс записать интервью, девушка бездумно шагнула вперед, пренебрегая предостережением, и тут же издала короткий визг: — А!
Юань У попытался ухватить её за руку вместо того, чтобы останавливать, но промахнулся: — ...рожно.
Дощатый настил из старых, перекроенных досок пролежал здесь уже порядочно времени, иные планки давно сгнили. Репортерша угодила ногой точно в такое место: не успев договорить, она уже бултыхнулась в воду.
На пристани раздался взрыв хохота. Вода у берега была мелкой, но внезапное падение изрядно потрепало девушку. Она шумно завизжала, забарахталась и лишь после нескольких попыток сумела встать.
Юань У вздохнул и молча удалился.
Под всеобщий смех коллеги вытащили репортершу на берег, и она окончательно оставила мысль об интервью, больше за ним не гонясь.
Вернувшись на свою лодку, Юань У застал Датоу, который сидел на носу с пачкой сигарет в руках, а рядом лежал большой тыквенный сосуд-горлянка.
Заметив его возвращение, мальчишка издалека взмахнул рукой: — А я купил!
Юань У молча поднял большой палец.
— Ты видел утопленника? — сгорающее от любопытства слово так и рвалось у Датоу с языка.
— Нет, — Юань У накинул ему на спину веревку с привязанной горлянкой. — Иди домой.
— Не хочу домой, — заерзал Датоу. — Хочу с тобой поболтать.
— Нам не о чем с тобой разговаривать. — Юань У выхватил у него из рук сигареты и забросил их в каюту.
— Ой. — Датоу только и смог что отреагировать.
Юань У зашел внутрь, вытащил из пачки сигарету, зажал в зубах и перед тем как чиркнуть зажигалкой, бросил взгляд наружу: Датоу по-прежнему сидел на носу.
— Эй, Датоу, — Юань У достал из кармана пустую пачку от сигарет и швырнул её на горлянку за спиной у мальчика.
Датоу нашарил рукой горлянку и обернулся к нему.
— Домой, — сказал Юань У.
— А что такое общие темы? — спросил Датоу.
— Ну, темы, которые интересны обоим. — Юань У взял его за руку и приподнял.
— А какие темы интересны обоим? — снова спросил Датоу.
— Ну, такие... общие. — Юань У подвел его к мосткам и усадил на соседнюю лодку.
— А что такое «общее»? — не унимался Датоу.
— То, что есть и у тебя, и у меня. — Юань У повернулся, чтобы вернуться к себе, но когда Датоу попытался перешагнуть на доски, резким движением выдернул их из-под ног.
— А язык? — крикнул Датоу с той стороны.
— Это когда разговаривают, — открывая дверь каюты, бросил Юань У.
— Но мы же говорим на одном языке! — проявил упорство Датоу. — Почему нам не о чем разговаривать?
Юань У ничего не ответил, зашел в каюту и с грохотом захлопнул дверь.
Через щель было видно, как Датоу постоял в раздумьях, а затем развернулся и ушел.
Юань У перевел дух, прилег внутри и зажег зажатую в зубах сигарету.
Лодчонка была совсем маленькой: в ней умещались лишь скромная книжная полка да мини-холодильник, а все остальное пространство занимала лежанка Юань У, на которой вперемешку валялись одежда, ноутбук, растрепанные книги и пакеты из-под снеков.
Если требовалось приготовить еду, приходилось выходить на корму — там под навесом стояли кастрюли, миски, газовая плита и баллон с газом.
Газа хватало надолго, поскольку использовался он главным образом для варки лапши или пельменей, да и то не каждый день.
Сегодня Юань У толком ничего не ел, поэтому, полежав немного и случайно заснув, а затем проснувшись от пугающей тишины вокруг, он решил сварить себе миску быстрорастворимой лапши.
Покончив с едой, он поставил завариваться кофе, открыл ноутбук и решил проверить, удастся ли дописать эту главу сегодня вечером.
В QQ замигала иконка, он щелкнул мышкой — сообщение прислал редактор еще около трех часов дня.
В ожидании обновлений с ножом наголо: Разве не планировал открывать новую историю в конце месяца? Два месяца уже жду! Ты слышишь, как я бью в тазы?
Юань У бросил в кофе кусок сахара, долго мешал ложкой, прежде чем сделать глоток, а затем ответил редактору:
Смеясь, осушим чашу вина до дна: Дел по горло, на этой неделе точно открою.
Дел по горло... Написав эту фразу, Юань У даже сам поверил, что говорит чистую правду, но после отправки сообщения им овладела странная растерянность: дел по горло... а что именно он сделал?
Он не мог вспомнить.
Если подумать, как прошли эти три дня в заточении каюты, он вообще не мог припомнить.
Попытавшись напрячь память и восстановить события в деталях, он так ничего и не вспомнил.
Открыв файл, он взглянул на счетчик слов: судя по нему, в текущей главе насчитывалось 3666 иероглифов.
Такая скорость его потрясла.
Он писал эти три с небольшим тысячи слов целых несколько дней?
Он вздохнул, зажав в зубах сигарету, и сквозь пепельный дым принялся вглядываться в строки на экране. Добравшись до шестого прочтения, он наконец поднес руки к клавиатуре и стукнул по клавишам:
«Когда небо затянуло тучами, он не заметил. Лишь ощутив, как ледяной ветер завывает все яростнее, он огляделся: вокруг всё погрузилось во мрак, словно залитое тушью, и за тонкими нитями темноты скрывалась лишь новая темнота...»
Снова темнота... снова темнота... снова темнота... А что потом? Что потом, что потом? Его пальцы в воздухе постучали по клавишам — что потом? Ладно, стоит сделать глоток кофе.
Юань У поднял чашку, отпил — вкус показался недостаточно богатым, поэтому он поднялся, подполз к кофемашине и, налив полкоробки молока, принялся взбивать пену.
Вернувшись к ноутбуку со свежеприготовленным моккачино, он снова уставился в монитор.
Сделав пару затяжек, он наконец поднял руки.
«Сзади послышалось дыхание. Расстояние было небольшим, но на фоне воющего ветра оно звучало отчетливо и ясно. Он остановился, но звук тут же пропал...
Впереди мягко замигал фонарь. Охваченный беспричинным страхом, он продолжил путь и среди собственного участившегося сердцебиения вновь различил то же дыхание — тяжелое, но ритмичное...
Оно постепенно сливалось с мерцанием света...»
Крупный пепел упал ему на тыльную сторону ладони. От резкой боли Юань У тряхнул рукой и бросил окурок в стоявшую рядом жестянку из-под колы.
«Он был вынужден обернуться...»
«Небо внезапно озарилось, и всё вокруг на мгновение стало светлым, как днем...»
За темным окном неожиданно мелькнула вспышка. Юань У испугался, рефлекторно повернув голову: мозг еще не успел до конца осознать, что это молния, как раскат грома грянул прямо над самой водой.
Юань У мгновенно ощутил себя так, будто с голым задом стоял посреди площади, а у него между ног рванула мощная петарда. От испуга его словно током ударило, и он с испугу взмахнул рукой, опрокинув чашку с кофе.
— Черт. — Придя в себя, он торопливо схватил рулон бумажных полотенец и бросил на растекшийся кофе.
Вчера, когда Датоу заходил погулять, он предсказывал грозу, но тогда Юань У счел это невозможным при таком ясного неба. Теперь же, выглянув за окно, он увидел, что с неба падали капли размером с кулак... нет, с полкулака, а ночная тьма вокруг сменилась серо-белой водяной взвесью.
Бумажные салфетки впитали весь кофе, и Юань У, выбросив их в мусорное ведро, собрался было заварить новую чашку, как сквозь шум дождя, ветра и раскатов грома с носа лодки донесся громкий стук.
Его рука, тянувшаяся за чашкой, замерла. Он перевел взгляд на дверь каюты.
Дверь состояла из двух деревянных створок, в верхней части которых имелось глухое стекло. Сидя внутри, с этого ракурса сквозь стекло рассмотреть что-либо было невозможно.
Но в щели между створками бросилось в глаза странное обстоятельство: там, где раньше сквозь щель всегда было видно маленький разноцветный флажок, воткнутый Датоу в борт лодки, теперь что-то загораживало обзор.
На носу кто-то стоял.
— Кто там? — громко спросил Юань У. Уставившись в дверную щель, он шатнул рукой в куче разбросанной одежды и вытащил подводное ружье.
Порядок на старой пристани был неплохим, ведь здесь жили сплошные бедняки, и даже если распахнуть дверь настежь и дать кому-то время спокойно всё вынести, поживиться было нечем. Единственное, что могло привлечь воров — рыба в садках.
Но садки находились далеко от лодки Юань У, и ни один здравомыслящий вор не стал бы забираться к нему на судно.
Именно поэтому Юань У вооружился подводным ружьем.
Эту снасть он выпросил у отца Датоу, но еще ни разу не использовал по назначению — единственный раз он попробовал её в деле, когда из любопытства нажал на спусковой крючок, направив гарпун себе в голень.
Снаружи никто не ответил, но силуэт качнулся, приближаясь к двери каюты.
— Добро пожаловать! — раздался изнутри лодки приветливый женский голос.
Человек снаружи, похоже, испугался и тут же отпрянул назад.
— Приходите еще! — снова прозвучал тот же любезный голос.
Юань У решил, что непрошеный гость наверняка растерялся. Резко подскочив к двери, он высунул носик подводного ружья в дверную щель.
— Проваливай, — бросил он.
http://bllate.org/book/27935/3384666
Готово:
