— Дорога широкая, с какой стати ты решил, что я за тобой увязался? Если такой смелый, иди в полицию заяви.
Чжоу Мубай, прислонившись к перилам, сидел, закинув ногу на ногу, и, щелкая семечки, ждал, когда же Цинь Юй начнет просить милостыню на этом мосту.
Цинь Юй расстегнул чехол от гитары, взял инструмент и принялся настраивать струны. Затем он достал из чехла лист с черновиками — наброски мелодий, которые сочинял в последнее время, — и слегка перебрал струны.
Чистый звук гитары в это тихое утро прозвучал необычайно отчетливо. Десятичасовое солнце заливало мост ярким светом, окутывая обоих мужчин мягким сиянием.
— Как знаешь.
Голос прозвучал низко и равнодушно, с нотками отстраненности.
Чжоу Мубай сжал кулаки, а затем просто сел на выступ у перил моста и, пользуясь случаем, протянул Цинь Юю горсть семечек:
— Попробуешь? Со вкусом красных фиников.
— Благородный муж не ест подаяний, я не стану гнуть спину ради пяти мерок риса.
Чжоу Мубай усмехнулся:
— Какой же ты высокопарный.
Цинь Юй сел, скрестив ноги. Рядом с ним на листе бумаги лежал распечатанный черно-белый QR-код для переводов, а под ним красовалась надпись: Заказ песни — десять юаней.
Ранним утром офисные работники были заняты делами, поэтому желающих заказать музыку не находилось. Цинь Юй, перебирая струны автоматическим карандашом, продолжал что-то черкать в своих черновиках.
Чжоу Мубай заметил это движение:
— Пишешь песню?
— Тебе-то какое дело?
Цинь Юй бросил на него косой взгляд. Прошло полчаса, но Чжоу Мубай и не думал уходить.
— Ты больной, что ли? Я вообще-то женатый человек. Хочешь стать моим любовником?
Чжоу Мубай машинально отпрянул, поджав ноги, но тут же склонил голову и мрачно ухмыльнулся:
— Женился и все равно пришел побираться? Кажется, твоя богатая дамочка не особо-то тебя жалует?
— С чего это не жалует? Еще пару лет назад она покупала мне огромные кольца с бриллиантами, любила меня до умопомрачения. Просто сейчас рынок просел, вот она и обанкротилась.
Обанкротилась, как же. Чжоу Мубай сдержал усмешку, не желая его разоблачать.
— Обанкротилась? Помощь при разводе нужна? Скажи, если я предложу пять миллионов, она выберет тебя или деньги?
Рука Цинь Юя, перебиравшая струны, замерла. Раздался резкий звук, он повернулся и, сверкнув белыми зубами, улыбнулся:
— А ты угадай: когда твой агент пришел ко мне с пятью миллионами, что я выбрал — деньги или тебя?
Лицо Чжоу Мубая изменилось.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Именно то, что ты и подумал.
Цинь Юй, пребывая в отличном расположении духа, принялся тренироваться. Мелодия, подобно ручью, заструилась по мосту. Прохожие изредка останавливались, закрывали глаза, прислушиваясь, но, видимо, спешили по делам и вскоре уходили.
Чжоу Мубай помрачнел. Он знал об этой истории — Цяо Е не раз ему рассказывал, — но услышать это из уст самого Цинь Юя было совсем другое дело.
Чжоу Мубай внезапно подался вперед, обхватил Цинь Юя рукой за шею и принялся его душить. Лицо его потемнело от злости, хотелось просто растерзать собеседника.
— Ах ты ж мать твою, Цинь Юй! Ты продал меня всего лишь за пять миллионов?
Цинь Юй пошатнулся, выронил гитару и принялся изо всех сил колотить Чжоу Мубая по рукам:
— Отпусти! Здесь камеры! Клянусь, я подам на тебя за покушение на убийство!
— Попробуй, подай! Посмотрим, отправишься ли ты сначала в ад или в суд!
Чжоу Мубай, пылая от ярости, впился зубами в мочку уха Цинь Юя. Он контролировал силу, чтобы не поранить всерьез, но этого хватило, чтобы Цинь Юй судорожно вдохнул.
— Отпусти! Ты псих!
Цинь Юй, наконец вырвавшись, принялся растирать ухо. Чжоу Мубай всегда был безумцем. Стоило Цинь Юю хотя бы мельком взглянуть на кого-то другого, как тот заводился и тащил его в постель на три дня и три ночи, пока не выматывал до такой степени, что у него просто не оставалось сил на что-то еще.
Никогда не суди по внешности. Выглядит как святоша, а в постели — хуже любого тирана.
Чжоу Мубай пребывал в самом скверном расположении духа. Петь на мосту днем, выступать в барах ночью — даже за три года нельзя же было растранжирить пять миллионов до копейки? Одна мысль о том, что этот тип спустил деньги, полученные за его «продажу», приводила его в еще большую ярость.
— Как ты умудрился остаться нищим, если у тебя было пять миллионов? Тебе что, так сильно нужны деньги?
— Да пошел ты! — огрызнулся Цинь Юй.
— Цинь Юй! Если бы ты тогда не решил расстаться, я бы сейчас не то что пять миллионов — пятьдесят миллионов, полмиллиарда тебе бы отдал!
— Спасибо, — Цинь Юй оскалился. — Боюсь, это были бы «гробовые» деньги, а у меня нет желания их тратить. Прошу, уходи, не мешай мне работать.
Чжоу Мубай вел себя как бешеная собака, нападая на всех без разбора, — даже если бы кто-то и хотел заказать песню, вряд ли решился бы подойти.
Чжоу Мубай цокнул языком:
— Какая у тебя работа? Кто будет слушать твое пение ранним утром?
Он хмыкнул, достал телефон, отсканировал QR-код и перевел десять юаней.
— Я хочу заказать песню.
Цинь Юй взглянул на пришедшие деньги. Грех не заработать, когда дают.
— Ты не такой, как остальные.
Чжоу Мубай с воодушевлением спросил:
— И чем же?
— Чтобы заказать у меня песню, нужно добавить к сумме еще один ноль.
Улыбка Чжоу Мубая мгновенно увяла, но он перевел еще девяносто юаней.
— Пой! У меня денег куры не клюют.
— Что хочешь послушать?
Чжоу Мубай усмехнулся:
— А как же «не гнуть спину ради пяти мерок риса»?
Цинь Юй с невозмутимым видом ответил:
— У благородного мужа есть свои принципы, но он умеет быть гибким, когда нужно.
Нельзя же идти против денег.
— Пой что хочешь.
Чжоу Мубаю все равно было нечего делать, да и новый альбом был уже почти готов. Сейчас его главной целью было выводить Цинь Юя из себя.
— Что хочу?
Цинь Юй даже воодушевился — впервые ему попался такой любопытный заказчик. Он тут же нашел в телефоне нужную мелодию и лениво пробежался пальцами по струнам.
— Ладно, спою. Только не пожалей потом.
Цинь Юй, приподняв уголок губ, искоса посмотрел на Чжоу Мубая.
Сердце Чжоу Мубая екнуло — появилось дурное предчувствие.
http://bllate.org/book/27938/3385012
Готово:
