Вэй Цзунцзинь мельком взглянул на Сюэ Хэна, протянул руку и решительно, но твердо убрал его ладонь с руля. Не изменившись в лице, он произнес:
— Я слышал, ты не был дома уже год. Ты уже взрослый человек, почему же ведешь себя так упрямо?
Сюэ Хэн понял настрой Вэй Цзунцзиня, поджал губы и перевел взгляд на окно. Глядя, как за стеклом мелькают все более знакомые пейзажи, он едва заметно дернул уголком рта, буркнул что-то неопределенное и больше не проронил ни слова.
Атмосфера, прежде казавшаяся вполне сносной, вмиг стала холодной и напряженной.
Сюэ Хэн опустил глаза, рассеянно перебирая пальцы. С тех пор как старик решил привезти в дом ту женщину, которую держал на стороне, и даровал ей титул законной супруги, Сюэ Хэн перестал считать это проклятое место своим домом. К тому же, если бы не его брак с Вэй Цзунцзинем, Сюэ Гочжи и его новая жена вряд ли вообще желали бы видеть его здесь.
Машина остановилась перед виллой. Телохранители, уже давно дежурившие у входа, подошли и распахнули дверцу. Вэй Цзунцзинь и Сюэ Хэн бок о бок вошли на территорию дома.
Сюэ Гочжи, попивая чай, сидел на диване. Услышав шум в прихожей, он поднялся, но не стал встречать их, а лишь снова опустился на место, даже не удостоив вошедших взглядом. Видимо, этот человек кичился своей ролью тестя и решил таким образом показать Вэй Цзунцзиню, кто здесь хозяин.
— Пап, я вернулся.
Сюэ Гочжи раздражала эта кривая, не то насмешливая, не то безразличная улыбка на лице старшего сына. Проворчав что-то про себя и полностью проигнорировав Сюэ Хэна, он обратился к Вэй Цзунцзиню:
— Цзунцзинь, зачем же так официально? Пришел — и пришел, зачем подарки? У нас в доме всего хватает.
Вэй Цзунцзинь ответил вежливым, подобающим случаю приветствием. Сюэ Хэн, никого не стесняясь, сел на диван, проигнорировал испепеляющий взгляд отца, желавшего его придушить, и поманил Вэй Цзунцзиня рукой:
— Садись, чувствуй себя как дома.
Вэй Цзунцзинь не посмотрел на него, лишь обменялся любезностями с Сюэ Гочжи:
— Тесть, я приехал в спешке и не успел подготовить достойный подарок, привез лишь выпечку из Пэйфэнсюань.
— Отлично, просто отлично.
Сюэ Гочжи небрежно отставил коробку с выпечкой на журнальный столик и бросил косой взгляд на Сюэ Хэна:
— Сюэ Хэн, сходи в кабинет, принеси фарфоровую вазу, которую я купил на аукционе в прошлом году. Хочу обстоятельно побеседовать с Цзунцзинем.
Семья Сюэ разбогатела на добыче угля, поэтому высшее общество Хуачэна неохотно признавало их «выскочками», но ничего не попишешь — у семьи Сюэ были деньги. Чтобы хоть как-то заслужить расположение этих людей, Сюэ Гочжи время от времени наведывался на аукционы, скупая антиквариат. Кто знает, мог ли этот выходец из угольных шахт отличить династию Сун от династии Цин.
Сюэ Хэн цыкнул, потер свой короткий ежик, который подстриг в этом году, и хотя старик его ужасно раздражал, поделать было нечего, пришлось послушно подниматься наверх. Как только он оказался на лестнице, его лицо, которое мгновение назад еще было освещено ленивой улыбкой, вмиг помрачнело.
Толкнув дверь кабинета, Сюэ Хэн оглядел помещение, оформленное в псевдоевропейском стиле, где всюду громоздились антикварные свитки и вазы, и слегка поморщился. При такой безвкусной обстановке неудивительно, что семью Сюэ в Хуачэне называют выскочками.
Сюэ Хэн не был дома год и понятия не имел, какую именно вазу отец купил в прошлом году. Однако он припомнил его важный вид, напоминавший самодовольного павлина, и решил взять с письменного стола увесистую вазу с сине-белой росписью, выглядевшую очень дорого. Вероятно, это была именно она.
С вазой в руках Сюэ Хэн вышел из кабинета, но, сделав всего несколько шагов, увидел толстого малыша в одних подгузниках, который ползал по полу с золотым браслетом на ножке. Сюэ Хэн замер, и его взгляд стал тяжелым. Он никогда не видел отпрыска своей мачехи, но по ауре богатства, исходящей от ребенка, легко догадался, кто это.
Пухлый малыш, ползавший по полу, поднял голову и широко улыбнулся Сюэ Хэну.
— Пф.
Сюэ Хэн не любил ни Сюэ Гочжи, ни свою мачеху, но опускаться до пакостей маленькому ребенку он не собирался. Он сделал вид, что ничего не заметил, обошел малыша и спокойно спустился вниз.
Сюэ Гочжи питал к Вэй Цзунцзиню большую симпатию — разумеется, лишь из-за его происхождения и положения в Управлении государственной безопасности. Но стоило ему увидеть Сюэ Хэна, который небрежно спускался по лестнице, держа в руках вазу, как лицо старика мгновенно посинело.
— Осторожнее! — Сюэ Гочжи тяжело задышал, боясь, что этот непутевый сын разобьет его драгоценность.
Сюэ Хэн бережно поставил вазу, опустился в кресло и сделал вид, что ничего не слышал. Сюэ Гочжи бросил на него яростный взгляд, на что Сюэ Хэн лишь усмехнулся.
Вэй Цзунцзинь принял вазу из рук тестя, внимательно осмотрел её, сохраняя серьезное выражение лица. Сюэ Гочжи хотел подарить её Вэй Цзунцзиню, но боялся отказа, поэтому вид внимательно изучающего подарок гостя привел его в восторг. Однако прежде чем он успел что-либо сказать, у него зазвонил телефон. Бросив взгляд на экран, Сюэ Гочжи помрачнел.
Бросив пару слов, он извинился и отошел, чтобы ответить на звонок. Видимо, абонент был весьма важной персоной.
Сюэ Хэн подался вперед, забрал вазу из рук Вэй Цзунцзиня и, постучав по ней пальцем, отметил звонким голосом:
— Забавная вещица.
— М-м, — Вэй Цзунцзинь не стал комментировать её ценность. — У дедушки тоже есть коллекция подобных вещей. Если хочешь, в следующий раз я попрошу его подарить что-нибудь тебе.
Сюэ Хэн: «...»
На самом деле, у него не хватало духу встречаться со старейшиной семьи Вэй.
Во время обеда Сюэ Гочжи с воодушевлением пытался расспросить Вэй Цзунцзиня о делах в Управлении государственной безопасности, но, как только разговор заходил о служебных вопросах, тон Вэй Цзунцзиня становился холодным и отстраненным. Сюэ Хэн невольно подумал: воспитание в семье Вэй действительно на высоте.
Вероятно, осознав нежелание гостя продолжать эту тему, Сюэ Гочжи сменил предмет обсуждения:
— Кстати, раз уж вы зарегистрировали брак, планируете ли вы проводить свадебную церемонию?
http://bllate.org/book/27943/3385500
Сказали спасибо 0 читателей