Готовый перевод Tomb Raider's Sacrifice / Жертва расхитителя: Проклятый контракт: Глава 13

Чэнь Юй не почувствовал боли: лишь по мере того, как Фэн Хань приближался, заключая его в ледяные объятия ради удобства присасывания к ране, температура тела будто упала. К тому же его тонкая пижама насквозь промокла и липла к коже, а в вышине веял ночной ветер — руки и ноги Чэнь Юя оцепенели от холода, и его всего колотила дрожь. Дрожащим голосом он произнес:

— Послушай, братец Цзунцзы, ты же обещал меня пощадить. К тому же, если тебе так нужна свежая кровь, вон там людей куда больше, и все они такие нежные... и аппетитные.

Чэнь Юй указал в сторону, куда удалилась та группа людей, а правой рукой тем временем шарил в кармане.

Фэн Хань даже не поднял головы. Он лишь слегка подался вбок, перехватил правую руку Чэнь Юя, тайком вытаскивавшую пистолет, и ловко заломил её за спину. Пососав кровь еще немного, он наконец оторвался, бросил взгляд на багровый след на тонкой белой шее и на мешавшееся Кольцо Синего Дракона. Проведя по нему пальцем, он нахмурился, встретился взглядом с Чэнь Юем и бесстрастно обронил:

— Ты не умрешь.

Уставившись на то, как длинные клыки с каплями его собственной крови на них медленно втягиваются обратно, Чэнь Юй почувствовал, как у него жутко кружится голова. От этого брошенного юношей словца ему захотелось выблевать кровь: не умрешь — это что же, значит, приберег на десерт? Старик, ты меня и впрямь за жертвенный дар держишь?

Бормоча про себя ругательства, Чэнь Юй не оставлял попыток выудить хоть какую-то информацию:

— Ты зомби или вампир? И почему они все тебя почитали?

Сначала нужно во всем разобраться, а уж потом думать, как с ним бороться.

Фэн Хань бросил на Чэнь Юя мимолетный взгляд и не удостоил ответа.

Поколебавшись немного, Чэнь Юй выбрал вопрос не столь щекотливый. Уставившись на обнаженную кожу на груди Фэн Хань, он снова спросил:

— В погребальной камере тебя явно убили, но сейчас ты в полном порядке — ты что, бессмертный?

Фэн Хань провел языком по собственным клыкам, словно распробуя оставшийся во рту вкус крови, и по-прежнему промолчал.

Заметив это движение, Чэнь Юй невольно съежился и принялся нащупывать собственную шею, где пальцы наткнулись на ледяное Кольцо Синего Дракона. В этот момент он тотчас вспомнил слова старого проводника, шагнул вперед, вцепился в рукав Фэн Ханя и с тревожной поспешностью вопросил:

— Эй, на этот раз отвечать обязательно, это куда важнее предыдущих двух вопросов! Что за история с проклятием на этом Кольце Синего Дракона? Мне грозит опасность?

Тут Фэн Хань прищурился и наконец изрек:

— На Кольце Синего Дракона действительно лежит проклятие. Если его не снять, проживешь от силы три года. Когда тысячи гу пронзят твое сердце, даже божества не спасут.

При мысли о том, как какая-то неведомая тварь только что проникла в его тело, Чэнь Юя прошиб озноб. Нащупывая пальцами ледяные узоры на бронзовом кольце, он не удержался и скорбно затянул:

— Три года... Не хочу! Я ведь еще не женился на своей подруге детства А-Мэй! Тятя, в следующий раз я непременно послушаюсь тебя, ни за что не полезу в гробницы и больше никогда не буду пускать твои слова мимо ушей! У-у-у!

Чэнь Юй фальшиво поревел на ноту, утирая горькие слёзы, хотя в душе и впрямь горько раскаивался. Про Кольцо Синего Дракона он отроду не слыхивал, но раз оно связано с личинками гу и проклятиями, значит, это штука до крайности зловещая.

— Малыш Чэнь Юй, ступай с миром. С тех пор как ты без малейших колебаний сделал выбор между куриной ножкой и ею, моя сестрица больше ни разу не заикалась о том, чтобы выйти за тебя. Твою ж мать, идите сюда помогите мне быстрее! Какого хрена эти ублюдки подвесили молодого господина Ма на сквозняке? Жуть берёт, — неожиданно встрял кто-то справа.

Чэнь Юй аж подпрыгнул от испуга, поднял голову и увидел, что Ма Вэньцин, висевший на цепях, пришел в себя и теперь отчаянно извивался, жестами призывая Чэнь Юя поскорее прийти на выручку. Чэнь Юй скривил губы, сделав вид, что ничего не замечает, и, повернувшись к Фэн Ханю, продолжил допытываться:

— Это проклятие вообще можно снять? И как это сделать?

Фэн Хань многозначительно посмотрел на Чэнь Юя, покачал головой и произнес:

— Можно, но это очень сложно. То, что оставил тот человек... даже если способ существует, легким он точно не будет.

Помолчав немного, Фэн Хань добавил:

— Когда я отыщу его, пожалуй, всё станет понятно.

Услышав, что надежда есть, Чэнь Юй почувствовал, как камень свалился с сердца. На всё воля людская: раз способ снять проклятие есть, значит, непременно найдется и решение. Сверкнув глазами при словах Фэн Ханя, Чэнь Юй осведомился:

— Его? Ты знаком с хозяином этого Кольца Синего Дракона? Кто он и где сейчас?

На беспристрастном лице Фэн Ханя наконец промелькнуло какое-то выражение, а в черных глазах затуманилось растерянность. Он глухо бросил:

— Не знаю.

— ... — Чэнь Юй вытаращился на Фэн Ханя. Если бы на его месте был Ма Вэньцин, он бы уже вовсю крыл его последними словами, но этот Фэн Хань... он ведь опасен ничуть не меньше, чем само Кольцо Синего Дракона.

Тяжело вздохнув, Чэнь Юй с понурым видом поплелся к краю жертвенника: в конце концов, если ничего не поможет, придется показать всё отцу и попытать счастья.

В этот самый момент огромный бронзовый алтарь внезапно начал крениться, а затем заходился в жуткой тряске.

Потеряв равновесие, Чэнь Юй покатился вниз. Отойти он успел совсем недалеко, поэтому его мгновенно унесло прямо к черной круглой дыре в самом центре — к тому самому месту, где покоился бронзовый треножник.

Вспомнив те кроваво-красные глаза и слова старика о том, что свалившихся туда ждет участь страшнее смерти, Чэнь Юй отчаянно зашарил руками в поисках хоть какой-нибудь опоры. Однако поверхность алтаря сплошь покрывали узоры, а из-за бешеной скорости падения зацепиться за них не представлялось возможным.

— Осторожно! — крикнул сверху Ма Вэньцин, отчетливо всё видящий.

Половина туловища Чэнь Юя уже провалилась в черный провал, откуда тянуло сыростью и отчетливо слывался плеск воды. В следующее мгновение в ногу вцепилась какая-то тяжесть: нечто обвилось вокруг его конечности и принялось карабкаться наверх.

Чэнь Юя невольно бросило в дрожь, и он торопливо оглянулся. Тварь на его ноге оказалась небольшой, по форме напоминавшей младенца; пара багровых глаз впилась в него взглядом, а черные цепкие когти намертво вцепились в штанину. Чэнь Юй также заметил, что чудовище обмотано слоями погребальных саванов. Заметив, что Чэнь Юй смотрит на него, младенец растянул рот в некоем подобии самодовольной улыбки, обнажая ряды острых и тонких игловидных зубов.

Чэнь Юй хотел было завопить от ужаса, но обнаружил, что от предельного испуга у него пропал голос. Дрожащими руками он навел пистолет на уродца, как вдруг чья-то рука резко отдернула его назад.

Встревоженно вскинув голову, Чэнь Юй увидел, что Фэн Хань спокойно заглядывает внутрь — наклон алтаря, казалось, совсем на него не влиял.

— Стрелять нельзя, — бросил Фэн Хань, одной рукой вытащил Чэнь Юя наружу и отвесил чудовищу увесистую пощечину по голове.

Тварь издала пронзительный дикий визг и сиганула обратно в воду.

Сидя на краю черной дыры и судорожно хватая ртом воздух, Чэнь Юй сквозь пелену смутно различал в самой глубине бронзового треножника множество белых человекоподобных фигур, которые при падении младенца в панике бросились врассыпную. Не удержавшись, он со стоном выкрикнул:

— Что за хрень вообще эта ваша нечисть?!

Фэн Хань нахмурился и пояснил:

— То, что схватило тебя — призрачный гу. Внутри него кишат ядовитые личинки гу, пулями его не убить — от этого из его тела полезет лишь больше червей. Все те люди внизу служат ему пищей: преступников и рабов бросают на съедение призрачному гу. Тех, кого он кусает, изнутри заселяют паразиты, которые изо дня в день пожирают их плоть. Пока призрачный гу не позволит им умереть, умереть они не смогут. Те люди, которых ты видел только что, скорее всего, еще живы.

Как вообще могло возникнуть столь мерзкое наказание, породившее подобных монстров?

Тихонько сдвинувшись в сторону Фэн Ханя, Чэнь Юй с трудом выдавил из себя:

— Как бы то ни было, если эта тварь выберется наружу, она навлечет страшную беду. Давай-ка запечатаем этот бронзовый алтарь.

Фэн Хань поднялся на ноги, подошел к краю площадки и, совершив пару манипуляций, вернул темный провал в прежнее состояние — так, что он снова закрылся заподлицо. Никто бы и не подумал, что внутри этого исполинского бронзового алтаря прячется такой треножник.

Преодолевая подступающую тошноту, Чэнь Юй двинулся в сторону. Фэн Хань молча поднялся и последовал за ним.

Взобравшись на цепи, Чэнь Юй освободил Ма Вэньцина. Тот размял руки и ноги, бросил взгляд на взъерошенного Чэнь Юя и расхохотался:

— Ну ты даешь, малыш Чэнь Юй! И где это тебя так потрепало, что даже переодеться времени не нашлось?

Заметив мрачное до синевы лицо товарища, Ма Вэньцин перевел взгляд на следовавшего за Чэнь Юем человека: на том красовались просторные белые одежды, принадлежавшие самому Чэнь Юю.

Поспешно оттащив Чэнь Юя в сторонку, Ма Вэньцин заговорщицки зашептал:

— Это еще кто такой? И когда только успел охмурить новенького!

— Да пошел ты! Его зовут Фэн Хань, и лучше бы я с ним сроду не знался... тьфу ты, я и так с ним в общем-то не знаком! — с не меньшим раздражением зашипел в ответ Чэнь Юй.

Фэн Хань бросил взгляд на шушукающуюся парочку сцепившихся плечами парней и послушно зашагал следом за Чэнь Юем.

Чэнь Юй больше не мог сдерживаться и, заискивающе глядя на Фэн Ханя, залепетал:

— Слушай... Цзун... то есть Фэн Хань, мы тут вроде со всем разобрались, ты теперь можешь быть куда свободнее...

При всей неизвестности происхождения и породы Фэн Ханя, а также учитывая его изначальное намерение прикончить Чэнь Юя, находиться рядом с настолько опасным существом означало для Чэнь Юя лишиться всякого покоя.

Опустив взгляд на Чэнь Юя, Фэн Хань молчал, пока тот под его тяжелым взором не умолк окончательно. Лишь тогда он холодно изрек:

— Ты — мой.

Будь проклят этот жертвенный дар! Будь проклят этот проводник!

Мысленно изрыгая проклятия, Чэнь Юй услышал, как Ма Вэньцин протяжно хмыкнул и перевел на него исполненный сложнейших чувств взгляд. На лице Чэнь Юя застыло выражение неловкости и обреченности. Ма Вэньцин догадывался, что здесь кроется какое-то недоразумение и Чэнь Юй наверняка действует по воле обстоятельств, но ради старых товарищеских чувств детства он все же выхватил тяжелый меч и двинулся прямо на Фэн Ханя:

— А ну проясни-ка! С каких это пор наш Чэнь Юй стал твоим?!

Будучи выходцем из семьи цяншоу, промышлявших хищением могил, Ма Вэньцин неплохо владел боевыми искусствами — одним лишь холодным оружием он был способен разогнать целую толпу. Однако Чэнь Юй знал истинную природу Фэн Ханя: нарываться на него было бессмысленно, и уж тем более он не желал впутывать в это дело Ма Вэньцина. Поспешно ухватив друга за руку, он прошипел:

— Оставь. Сначала выберемся отсюда в безопасности, а там поговорим.

Ма Вэньцин подозрительно покосился на Чэнь Юя: неужто тот и впрямь не против?!

Над бронзовым алтарием высились обрывы, а внизу расстилалось озеро, под лунным светом рябью отражая другую, зеркальную луну. Вниз уходили длинные цепи, а куда подевалась ушедшая ранее группа людей, оставалось загадкой.

— Спускаемся первыми, — скомандовал Чэнь Юй.

Троица ухватилась за цепи и полезла вниз. Когда до конца оставалось совсем чуть-чуть, Чэнь Юй бросил вниз зажженный бенгальский огонь.

Озерная гладь внизу больше напоминала бездонную пучину — сплошная чернота, в которой невозможно было определить глубину, а сами цепи обрывались примерно в двух метрах от воды. К счастью, до берега было совсем недалеко.

— Поплывем? — осведомился Чэнь Юй у Ма Вэньцина и Фэн Ханя, втайне надеясь, что этот братец-цзунцзы плавать не умеет.

— Мгм, — отозвался Фэн Хань.

С досадным скрипом зубовным Чэнь Юй покосился на Ма Вэньцина, но тот уже вовсю таращился куда-то вдаль с изумлением на лице.

— Малыш Чэнь Юй, кажется, мы наткнулись на профессора и остальных.

http://bllate.org/book/27970/3387866