Глухой стук.
Лу Цунчжоу со всего размаху врезался в грудь Хо Бэйчуаня. Сквозь тонкую ткань рубашки рука Лу Цунчжоу прижалась к прессу Хо Бэйчуаня, и, поддавшись внезапному порыву, он не удержался и ткнул пальцем в мышцы.
Мгм, твердый. Точно пресс, тут и гадать нечего.
— Лу Цунчжоу.
— А?
Хо Бэйчуань, который до этого скрестил руки на груди и наблюдал за представлением, был озадачен. Этот маленький лжец совсем не походил на того, кто еще вчера трясся от страха перед призраками, а теперь сам же полез обниматься.
— Ты под ноги смотришь, когда идешь?
Лу Цунчжоу осекся. Хо Бэйчуань стоял довольно далеко от дверного проема, так что если бы он действительно смотрел под ноги, то никак не смог бы врезаться в него. Ситуация вышла двусмысленной.
— Я... я еще не проснулся.
Лу Цунчжоу, покрасневший, как вареная креветка, подхватил одеяло и бросился наутек, двигаясь так быстро, что в воздухе мелькнула лишь тень.
Хо Бэйчуань бросил взгляд на убегающего серого принца: тот по-прежнему был босиком.
За стеной Лу Цунчжоу колотил подушку, отчаянно жестикулируя и злясь. Ну что за негодяй этот главный злодей? Он всю ночь не спал, ухаживая за ним, едва удалось нормально выспаться, а теперь еще и издевается. Какой же вредный человек.
Раздался легкий стук.
Хо Бэйчуань принес обувь Лу Цунчжоу и поставил перед ним. Гордый злодей склонил голову, чтобы вернуть ему тапки, которые тот разбросал по всей комнате.
— Лу Цунчжоу, обувайся.
— Хорошо-хорошо, спасибо.
Лу Цунчжоу молча натянул тапки, смущенно поджимая пальцы ног. Про себя он ворчал: Я ругаю тебя только в мыслях, ты все равно не знаешь.
— Лу Цунчжоу, ты сейчас обзываешь меня бессердечным?
— А?
Стоило Лу Цунчжоу вытаращить глаза от изумления, как Хо Бэйчуань понял, что угадал.
В шоу-бизнесе сплошная ложь. Кто сказал, что Лу Цунчжоу — деревянный болван, способный играть лишь пустых персонажей? Хо Бэйчуань видел, что у того удивительная натура: все мысли написаны на лице. Он идеально подошел бы на роль злодея, которого выводят из игры в самом начале — зрители сразу поймут, что у него на уме.
— Не бойся, ты не пробормотал это вслух, я сам догадался.
— Хм, ты что, глист в моем животе? Спешу тебя расстроить: ты не угадал.
Лу Цунчжоу упер руки в бока и самодовольно приподнял бровь. Еще чего, он хоть и новичок, но столько сериалов пересмотрел, неужели врать не научится?
— Спасибо. Лу Цунчжоу, за прошлую ночь — спасибо.
В глубине глаз Хо Бэйчуаня стало меньше ледяного отчуждения, и каждый бы расслышал в этом спасибо искренность.
Эх, Хо Бэйчуаню тоже несладко живется, болеет через день. Ладно уж, забудем.
— Кхм-кхм, сущий пустяк. Случись такое с кем-то другим, я бы точно так же не остался в стороне.
— М-м, если ты когда-нибудь снова начнешь лунатить, я тоже присмотрю за тобой.
Хо Бэйчуань сказал это так проникновенно, что Лу Цунчжоу почти поверил бы, если бы не заметил мимолетную усмешку в его глазах. Как это называется? Вырыть самому себе яму.
Лу — натянуто улыбающийся — Цунчжоу: Ха-ха-ха, хорошо, договорились, спасибо тебе большое.
Видя, что Хо Бэйчуань выглядит бодрым, а цвет его губ пришел в норму, Лу Цунчжоу понял, что тому стало лучше. Он тут же сменил тему:
— Слушай, а где здесь можно умыться? Вчера вечером было не до душа, чувствую себя липким.
— Заверни за левый угол, там есть еще одна уборная. Возьми принадлежности в ванной моей спальни, в той уборной ничего нет.
— Хорошо.
Хо Бэйчуань, решив, что Лу Цунчжоу будет неловко, спустился вниз, чтобы дать ему пространство.
***
— Дедушка, ты разве не вернулся в фамильное поместье? Матрас в гостевой спальне ведь заплесневел, как ты там спал?
Обычно Хо Яньшань заглядывал лишь на короткое время и никогда не оставался на ночь, но сегодня все вышло иначе.
Хо Яньшань нахмурился, в нем проснулся капризный ребенок, и он, взмахнув тростью, сделал вид, что хочет ударить нерадивого внука.
— Смотрю, ты полон сил, раз начал дедушку воспитывать. Это матрас в гостевой заплесневел, а в моей комнате все чисто. Я в доме своего внука, сколько захочу, столько и буду жить.
— Хорошо-хорошо, дедушка, не злись, живи сколько угодно.
Такие минуты праздного общения стали редкостью. В последний месяц Хо Бэйчуань чувствовал себя все хуже и каждый раз наспех отговаривался от деда, боясь, что тот заметит неладное, если они проведут вместе слишком много времени. Подобные перепалки теперь казались чем-то недостижимым.
— Тетушка Ван, завтрак еще остался?
— Молодой господин встал? Завтрака уже нет, скоро будет обед. Время уже десять сорок, я сварила суп, почти готов.
Тетушка Ван просияла: последний раз Хо Бэйчуань выглядел таким бодрым еще несколько месяцев назад.
— Ладно, тогда я пока поработаю.
— Подожди, а Цун Чжоу? Когда он встанет?
Хо Яньшань встал рано, закончил два комплекса упражнений бадуаньцзинь, не спеша позавтракал, а наверху все еще было тихо. У его внука упрямый характер, и всю ночь дедушка не смыкал глаз от страха, что те двое поссорятся.
— Он в душе, скоро спустится. Дедушка, я пойду поработаю.
— Иди.
Хо Яньшань перевел взгляд на Дядю Чжоу, полный глубокого смысла. Двое стариков, которым на двоих было сто пятьдесят лет, прекрасно друг друга понимали.
— Хозяин, мне кажется, маленький господин вовсе не такой, как пишут в интернете, у него довольно покладистый характер.
— Я тоже так думаю.
Если бы у него был вздорный нрав, он бы не стал молча терпеть пощечину, когда приехал в семью Хо.
— Сяо Чжоу, я боюсь, как бы я не погубил сразу двоих.
Хо Бэйчуань был для него всем. Его сын и невестка рано ушли из жизни, и Хо Бэйчуань можно сказать был выращен его руками. Если бы существовал хоть какой-то научный способ помочь, он бы никогда не пошел на этот обряд «исправления судьбы».
— Думаю, молодой господин понимает ваши мотивы.
Глаза Хо Яньшаня наполнились горечью, он погладил свою трость и тихо промолвил:
— Он просто не хочет причинять мне боль.
— Все наладится. Посмотрите, маленький господин приехал всего лишь вчера, а молодому господину уже намного лучше.
Хо Яньшань промолчал. Он боялся больше всего на свете, что это лишь кратковременное улучшение перед концом.
Врач, у которого лечился Хо Бэйчуань, был самым авторитетным специалистом, которого он только мог найти. И тот сказал, что осталось максимум три месяца. Раз уж Хо Бэйчуань не хочет, чтобы дедушка знал правду, пусть так оно и будет до самого конца.
http://bllate.org/book/28036/3394402
Готово:
