Готовый перевод Forced Marriage to a Handsome Heir / Судьба, переписанная дважды: Мой холодный супруг: Глава 12

Услышав это, Се Шиюань лишь невозмутимо принял из рук Лань Чуяо чайные принадлежности и вместо него принялся разливать чай.

Брови Лань Чуяо плотно сошлись на переносице. После того как Маркиз Чжэньбэй отошел в мир иной, Се Шиюань был вынужден взять на себя тяжкий груз ответственности. Однако вместо того, чтобы, подобно предкам, отправиться на поле брани рубить врагов, он подался на государственную службу, исполняя волю Императора. И если бы это было всё, но теперь он втянул в свои дела еще и Армию семьи Се — Лань Чуяо решительно не понимал, что творится в голове у Се Шиюаня.

Семьи Се и Лань связывали крепкие узы, поэтому Лань Чуяо не стал ходить вокруг да около и прямо спросил:

— Старый маркиз при жизни говаривал, что Армия семьи Се должна разить врагов лишь на поле боя и ни в коем случае не вмешиваться в придворные распри. С чего это ты вдруг решил влезть в это грязное болото?

Он ожидал, что Се Шиюань хотя бы попытается как-то оправдаться, но тот лишь улыбнулся. Эта улыбка на его ослепительно прекрасном лице походила на внезапно распустившуюся после снегопада сливу — зрелище, от которого захватывало дух. С необъяснимой интонацией Се Шиюань задал встречный вопрос:

— А что, если я уже давно увяз в этой тине?

Лань Чуяо опешил. Глядя на Се Шиюаня, он с удивлением осознал, что тот изменился — словно кто-то разбил его утонченную и хрупкую оболочку, обнажая истинную, стойкую натуру. Эти перемены происходили незаметно, но в какие-то моменты проявлялись с почти пугающей жесткостью.

В этот миг Лань Чуяо был абсолютно уверен: с Се Шиюанем случилось нечто, о чем никто не знает. Его взгляд стал сложным, мысли вихрем пронеслись в голове, прежде чем он произнес:

— Армией семьи Се нельзя управлять с помощью каких-то там знаков отличия. Они верны только семье Се, и Император не может этого не знать.

Се Шиюань поднял взгляд, его глаза, подобные глазам феникса, потемнели. Он ответил, развивая мысль друга:

— Сюэ Цзицин знает. Но для него это единственный козырь в противостоянии с Вдовствующей императрицей. Раз уж идешь с голыми руками, пригодится любая сталь, и неважно, насколько она остра — он не откажется.

Лань Чуяо наконец прозрел. Он покачал головой, сетуя на то, что слишком долго вращался в торговых делах: стал проницательнее в вопросах денег, но всё сильнее терял чутье к дворцовым интригам.

Впрочем, Сюэ Цзицин было личным именем нынешнего правителя. Услышав, как Се Шиюань запросто произносит его, Лань Чуяо догадался о многом и прямо спросил:

— Ты ведь не всерьез решил работать на него?

Выражение лица Се Шиюаня осталось непроницаемым, а тон — небрежным:

— Кто знает.

Лань Чуяо задумался на мгновение, а затем, что-то вспомнив, разогнал гнетущую атмосферу и подшутил:

— Если так посчитать, вы ведь, по сути, двоюродные братья.

Се Шиюань тихо усмехнулся, игнорируя насмешку:

— Родная мать Сюэ Цзицина была низкого происхождения, к тому же в свое время прогневала покойного императора. Он вырос в Холодном дворце, и мало кто вообще знал о его существовании. Он хлебнул лиха, так что, не говоря уж обо мне, он даже к покойному императору не питает ни капли родственных чувств.

Лань Чуяо, выслушав это, лишь покачал головой:

— Если бы те принцы не уходили из жизни один за другим, да если бы дети Вдовствующей императрицы не умирали во младенчестве, этот трон ему бы точно не достался.

Услышав это, Се Шиюань нахмурился, вспоминая волчий нрав Сюэ Цзицина, отчего у него на душе стало неспокойно. Он посмотрел на Лань Чуяо и предостерег:

— Не вздумай его провоцировать.

Лань Чуяо, почувствовав себя задетым, лишь беззаботно отмахнулся и перевел тему:

— Ладно, ладно, не будем об этом. Зачем ты на самом деле пришел ко мне?

В комнате на мгновение воцарилась тишина. Се Шиюань пришел в себя, достал листок бумаги и протянул его другу.

Лань Чуяо взял письмо и пробежал глазами по строчкам:

— Встреча с благородным мужем… Что это?

Взгляд Се Шиюаня стал глубоким:

— Название торгового дома. Разве ты не собирался расширять бизнес в землях Цзяннани? Если найдешь того, кто стоит за этой вывеской, возможно, твое состояние увеличится в несколько раз.

Лань Чуяо так удивился, что выронил бумагу на стол. В его глазах читалось недоверие:

— Ты серьезно? Раз дело такое выгодное, почему бы тебе самому им не заняться?

Се Шиюань, разумеется, не собирался делать подарков. Содержание стотысячной Армии семьи Се обходилось в баснословные суммы ежегодно. Он чуть изогнул красные губы, выдвигая условие без тени смущения:

— Прибыль поделим пополам.

У Лань Чуяо едва челюсть не отвалилась, он сжал зубы:

— Ты что, грабить меня вздумал?

Се Шиюань лишь смотрел на него, неспешно попивая горячий чай, и даже не подгонял — вид у него был такой, будто без Лань Чуяо найдется еще куча желающих сделать для него всё что угодно.

Лань Чуяо внимательно изучал его несколько секунд, пока в его глазах вдруг не блеснул деловой азарт. Он скрестил руки на груди и ответил с удивительной готовностью:

— По рукам. Я согласен.

Тук-тук.

Едва Лань Чуяо закончил фразу, в дверь постучали. Он посмотрел в сторону выхода, а Се Шиюань невозмутимо опустил чашку:

— Входи.

В комнату вошел страж в черно-золотых одеждах с мечом на поясе. Он поклонился Се Шиюаню:

— Господин дунвэй, всё готово.

Только теперь Лань Чуяо понял, что Се Шиюань всё это время то и дело поглядывал наружу. Он хмыкнул:

— Ох, если бы твои противники узнали, что у тебя есть время попивать чай прямо во время выполнения задания, они бы лопнули от ярости.

Се Шиюань последний раз взглянул в окно на противоположную сторону улицы и, обращаясь к Лань Чуяо, направился к выходу:

— Просто нужно показаться на глаза. Я пошел.

У входа во Двор Нефритовой Лисы люди Се Шиюаня уже плотно оцепили здание. По его команде все ринулись внутрь. Сапоги стражи Цзиньу застучали по полу. В комнатах, где ломали двери, послышались испуганные крики аристократов и куртизанов, которых тут же брали под стражу.

Се Шиюань не останавливался, направляясь прямиком на верхний этаж. В приглушенном свете Двора Нефритовой Лисы лица стражников Цзиньу оставались ледяными. Они разделились на группы и принялись за обыск.

Из угла донесся шорох. Слух Се Шиюаня обострился, он развернулся и зашагал на звук. Когда он приблизился к двери, один из его людей опередил его, а спустя мгновение доложил:

— Господин, здесь кое-что есть!

Се Шиюань вошел внутрь и огляделся. Эта комната сильно отличалась от тех, что были внизу — в каждой детали чувствовался изыск. За ширмой с росписью стоял большой резной лаковый стол — явно для приема гостей, в курильнице тлели благовония, а чай в чашках еще не успел остыть.

Взгляд Се Шиюаня упал на небольшой сундучок, стоявший на столе. Замка на нем не было. Стражник поддел крышку острием меча, и, увидев содержимое, невольно вытаращил глаза: сундук был доверху набит золотыми слитками.

Украденные средства остались здесь, а вот преступник исчез — по всей видимости, успел сбежать, почуяв неладное. Глаза Се Шиюаня сузились. В этот момент один из зорких стражников глянул в сторону и вдруг рявкнул:

— Окно!

Се Шиюань посмотрел туда: окно, выходившее на улицу, было распахнуто, а под ним на кушетке царил полный хаос, свидетельствующий о том, что через нее спешно перелезали.

Стражник, догадавшись, что преступник выпрыгнул наружу, попросил разрешения:

— Я сейчас же возьму людей и отправлюсь в погоню.

http://bllate.org/book/28096/3399547