Готовый перевод Southern Tsunami: Kabichu / Южное цунами: Шторм чувств: Глава 13

Изначально беседа протекала в гармоничном русле, но стоило заговорить о Ли Минмяне, как Вэй Цзяи внезапно выпал из реальности.

Чжао Цзин решил, что тому, должно быть, неприятно из-за обиды, которую нанёс Ли Минмянь, и решил сказать ещё несколько слов утешения:

— Большинство людей и не догадывается, что полномочия Ли Минмяня в корпорации ниже, чем у турникета на первом этаже, распознающего лица.

— Понятно, — выражение лица Вэй Цзяи наконец-то расслабилось. Он заговорил, но лаконично: — Я понял.

Чжао Цзин почувствовал, что тот ещё не до конца повеселел, и предложил выход из положения:

— Давай так: я велю Ли Минмяню встать, он будет спать на диване, а ты — в его комнате.

Вэй Цзяи широко раскрыл глаза, с некоторым удивлением глядя на него, и махнул рукой:

— Не стоит, пожалуй.

Чжао Цзин решил, что тот просто стесняется:

— Не бойся портить с ним отношения. После сегодняшней помощи твоё положение уже выше, чем у Ли Минмяня.

Неизвестно почему, но Вэй Цзяи, до этого сохранявший бесстрастное выражение лица, услышав его слова, вдруг рассмеялся.

Улыбка Вэй Цзяи не только перестала раздражать, но даже обладала способностью влиять на чужое настроение. Если попытаться это описать, Чжао Цзин подумал, что от этого человека может быть немало пользы и с ним действительно стоит поддерживать знакомство.

Чжао Цзин признавал, что раньше его моральный перфекционизм и настороженность были чересчур сильны. Впрочем, это издержки полученного им воспитания, он не мог это изменить, да ради собственной безопасности и не должен был.

Вэй Цзяи сдержал улыбку, и его манера держаться стала намного непринуждённее, чем мгновение назад:

— Хорошо, спасибо вам, генеральный директор Чжао.

Чжао Цзин достал телефон, собираясь позвонить Ли Минмяню и приказать ему выкатываться из комнаты, но Вэй Цзяи его остановил:

— Я имел в виду, что благодарен за доброту, но правда не нужно.

— Я отлично высплюсь и на диване, он вполне широкий, да и спать на постели, на которой валялся он, мне не хочется, — серьёзно произнёс Вэй Цзяи. — К тому же, здесь его жена, поднимать всех тревогу было бы некрасиво.

Убедившись, что тот действительно не хочет, Чжао Цзин убрал телефон и сказал:

— Я слышал, Ли Минмянь не заплатил тебе за съёмку. Я попрошу секретаря выбить с него деньги.

— Не нужно. — Вэй Цзяи снова заметно улыбнулся.

Чжао Цзин заподозрил, что тот смеётся над ним, но не верил, что у него хватит на это смелости, поэтому нахмурился:

— Тебе смешно?

— Ничего смешного, — Вэй Цзяи покачал головой. — Просто мало кто относился ко мне так хорошо, я обрадовался.

Чжао Цзин успокоился.

Как только атмосфера вновь стала дружелюбной, телефон Вэй Цзяи внезапно завибрировал.

Чжао Цзин крайне недовольно произнёс:

— Кто это додумался звонить в такую ​​позднюю пору?

Взглянув на экран, Вэй Цзяи пояснил:

— Знакомый. — Отвечать он не спешил, но и сбрасывать вызов не стал, уставившись на телефон с видом человека, который никак не может решиться. Чжао Цзин не вполне понимал происходящее.

Подождав немного, Чжао Цзин не выдержал и сделал Вэй Цзяи замечание:

— Раз не отвечаешь, почему просто не сбросишь звонок? Он ведь ещё хотел попросить Вэй Цзяи рассказать о мерах предосторожности после перенесённого посттравматического стресса, а не то он снова не сможет уснуть.

Кто бы мог подумать, что подгоняемый им Вэй Цзяи в конце концов всё же ответит.

Сначала Вэй Цзяи молча выслушал несколько фраз от собеседника и лишь затем отозвался:

— Я в порядке, ты видел новости?… Что тебе сказала твоя сестра? — Голос звучал очень тихо, то ли из-за привычки разговаривать по телефону, то ли по какой-то другой причине.

Затем, помолчав несколько секунд, Вэй Цзяи неожиданно произнёс:

— Я не виню тебя, тебе не за что передо мной извиняться.

Чжао Цзин заметил, как он отвёл лицо в сторону, слегка опустив голову и чуть согнув спину; его тело целиком утопало в просторной футболке. Чжао Цзин в своё время учился определять подобные вещи: такая поза могла означать, что наблюдаемый объект выстроил психологическую защиту.

Напольный светильник с тёплым светом падал на Вэй Цзяи сзади, и одно его ухо наполовину казалось пушистым и полупрозрачным, отливая оранжевым. Лицо скрывалось в тени, а длинные ресницы, изгиб носа и говорившие не слишком пухлые, бледные губы несли на себе печать какой-то неизъяснимой меланхолии.

Человек на том конце провода, похоже, снова произнёс длинную тираду.

Выслушав собеседника, Вэй Цзяи лишь спустя долгое время ответил:

— Я знаю, ты на съёмках, не можешь приехать… Теперь-то ты большая шишка. — Он отпустил шутку, тон был исполнен улыбки, но на лице не отразилось и тени веселья.

Собеседник, видимо, продолжал что-то говорить, и Вэй Цзяи наконец прервал его:

— Ладно, давай обо всём поговорим в другой раз, я устал за день, надо ложиться спать.

Закончив разговор, он сбросил вызов, с секунду пристально смотрел на телефон, а затем перевёл взгляд на Чжао Цзина.

Он спросил Чжао Цзина:

— Не хочешь попробовать лечь спать?

Чжао Цзин почувствовал, что по сравнению с только что завершённым телефонным разговором, когда Вэй Цзяи обращался к нему, его отношение и настроение были намного лучше.

Он даже не успел сказать, что вовсе не хочет спать, как Вэй Цзяи добавил:

— Если не выспаться, стрессовая реакция может проявиться ещё сильнее.

Чжао Цзин, разумеется, не желал сокращать время своего сна и провоцировать стрессовую реакцию. Стоило тому напомнить об этом, как у него тут же возникли крошечные зачатки сонливости, и он, кивнув, опираясь на трость, вернулся в комнату.

Сон Вэй Цзяи выдался не из лёгких, ему приснилось прошлое.

Тесная съёмная квартира в городе С., комната напротив, кровать, с которой то и дело сваливаешься во сне, и два человека, отчаянно борющихся за выживание. Аппаратура, которую они не могли себе позволить, вечно барахлящий кондиционер, пробирающий до костей утренний холод, от которого немели пальцы, и сберегаемое до последней капли горячее питьё, оставленное партнёром на газовой плите.

Когда он проснулся, небо ещё не до конца посветлело, но дождь прекратился. За панорамными окнами небо не выглядело мутным из-за цунами, а облака, похожие на клочья белой марты, стлались по прозрачно-синей выси.

Вэй Цзяи почистил зубы и умылся у рукомойника рядом с входной дверью, собираясь одолжить машину, чтобы спуститься по горной дороге и проверить, убраны ли преграждавшие путь валуны. Едва он закончил упаковывать вещи, как сверху, над гостевым домом, раздался мерный шум, стремительно приближающийся.

Вэй Цзяи поначалу испугался, но затем вспомнил, что, должно быть, прибыл вертолёт за Чжао Цзинем.

Наверху раздалось множество торопливых шагов, прибежал Ли Минмянь и, бросившись к двери Чжао Цзина, принялся барабанить:

— Братуха! Твоя тетя и дядя прилетели за тобой! Ты проснулся?

В комнате царила абсолютная тишина. Его рука лежала на дверной ручке, но нажать и открыть дверь он не смел, снова принимаясь отрывисто стучать.

Не дозвавшись Чжао Цзина, Ли Минмянь оглянулся, заметил его и тут же выпалил:

— Цзяи, не мог бы ты помочь мне открыть дверь?

Вэй Цзяи отказался:

— Прошу прощения, я тоже не умею открывать замки.

— Дверь не заперта!

Вэй Цзяи изобразил удивление:

— У тебя проблемы с руками?

Ли Минмянь открыл рот, не находя слов. В этот момент сверху по лестнице кто-то спускался — это были отец и мать Чжао Цзина, а следом за ними двигалась целая свита.

http://bllate.org/book/28113/3400750