Готовый перевод The Cold Class President I Caught Forced Me to Flee / Пойманная ледяная староста: Побег от любви: Глава 8

— Хорошо.

Сидевший за соседней партой староста тоже услышал слова парня и, чувствуя досаду, что из этого дурака не выйдет никакого толка, отвесил ему пинок: — Это ты! Это ты первый начал задираться?! Задираться! Я тебе покажу — задираться! Ану марш на место!

…

Прогнав парня, староста вздохнул и направился к Фу Хуайчжи.

— Извини, у нас в классе в последнее время такой бардак. Сама знаешь, все эти разговоры о ранней любви, просто каша в голове.

— Ничего страшного, — невозмутимо ответила Фу Хуайчжи.

Впрочем, раз уж зашла речь о школьной спортивнойлимпиаде, пришло время подбодрить учеников и открыть запись на участие.

Перед уходом домой после уроков Фу Хуайчжи поднялась на подиум и включила презентацию на проекторе.

Лёгкая атлетика: бег на 100 метров, 200 метров, 400 метров, 800 метров, 1500 метров, прыжки в высоту, прыжки в длину, толкание ядра и другое.

Плавание: 50 метров вольным стилем, 100 метров вольным стилем, 200 метров вольным стилем и другое.

Баскетбол: мужской и женский баскетбол.

Футбол: мужской и женский футбол.

Волейбол: мужской и женский волейбол.

Настольный теннис: одиночный и парный разряды.

Бадминтон: одиночный и парный разряды.

Я раздам вам бланки. Если кто-то хочет принять участие в чём-то из вышеперечисленного, впишите нужные дисциплины в таблицу. Передавайте её с первого ряда, сдадите мне завтра до полудня. Всем всё понятно?

— Понятно, староста! — хором ответили ученики.

Фу Хуайчжи сошла вниз, и в классе зазвучало щебетание: ученики принялись вовсю обсуждать будущую олимпиаду. В прошлые годы она длилась три дня: в первый день утром традиционно проходила церемония открытия, а затем начинались различные состязания. Мальчишек больше всего привлекало то, что они смогут вдоволь набегаться и поиграть в мяч, ну а девчонки…

Они думали лишь о том, что целых три дня можно будет побездельничать, как же здорово.

Но в то же время девочки брали на себя поддержку: мастерили записки с ободряющими словами, отвечали за классную логистику, носили чай, покупали угощения и так далее. Классный руководитель же сидел на командном пункте, ожидая, пока ученики завоюют для него медали.

Поэтому спортивная олимпиада была событием первостепенной важности, и даже старшеклассники вылезали из-за толстых стопок учебников, чтобы глотнуть свежего воздуха.

Шэнь Цин услышала, как парни что-то оживленно обсуждают.

— Я бегу стометровку, как и в прошлые годы.

— Чэнь Вэнь, иди прыгай в высоту!

— С чего это вдруг? Я пойду в прыжки в длину! Сам иди в высоту!

— Спорьте сколько хотите, но баскетбол в любом случае моя территория.

Девочки же, оживленно переговариваясь, сбились в кучe.

— Тот парень из четвёртого класса просто красавчик, на олимпиаде он наверняка будет выглядеть еще круче!

— А в шестом классе есть некий Хуан Хао, вот он действительно хорош собой. К тому времени на него точно сбейдется толпа зевак, обожаю на такое смотреть.

— Ладно-ладно, давайте тоже выберем пару дисциплин, а не то староста начнет ругаться…

— Ну ладно.

Фу Хуайчжи трижды постучала по столу, призывая всех к тишине, иначе сюда мог заглянуть кто-нибудь из учителей.

Шэнь Цин немного поколеблелась, но всё же украдкой подёргала Фу Хуайчжи за рукав.

Фу Хуайчжи посмотрела на неё: — М?

Шэнь Цин: — Староста, а в каких дисциплинах обычно участвуют девочки?

— Больше всего — в бадминтоне.

— Я тоже хочу.

— Можно.

У Ху обладала на редкость чутким слухом. Она подалась вперед и шепнула: — Староста, я тоже хочу играть в бадминтон!

Фу Хуайчжи оглянулась на неё, а затем снова перевела взгляд на Шэнь Цин.

— Шэнь Цин.

— М?

— Ты хочешь в одиночный или парный разряд?

— Всё равно.

— Тогда вы будете вдвоём в одной команде.

— Правда можно?! — обрадовалась Шэнь Цин.

— Угу.

Обрадованная Шэнь Цин легонько потрясла Фу Хуайчжи за руку: — Спасибо.

Сообразив, что она делает, Шэнь Цин тут же отпустила её и виновато улыбнулась.

Взгляд Фу Хуайчжи слегка потемнел. Понимает ли она вообще, что каждая её улыбка выглядит так, будто она ластится?

…

После уроков Шэнь Цин и У Ху заглянули в спортивную кладовую на стадионе. До начала олимпиады оставался целый месяц, так что стоило заранее сыграться с У Ху и выработать взаимопонимание.

Решено — сделано. Подруги начали с самых базовых ударов. Поначалу Шэнь Цин после каждого удара приходилось бегать за мячом, впрочем, как и У Ху. Лишь спустя полчаса тренировок они кое-как научились отбивать подачи друг друга, и на этом тренировка первого дня подошла к концу.

— Я устала.

— Я тоже.

Переглянувшись, обе дружно решили отправиться по домам.

Как обычно, Шэнь Цин вернулась виллу на машине. День выдался насыщенным: поужинав и приняв ванну, она легла в постель и крепко заснула.

В половине седьмого утра Шэнь Цин снова с трудом вытащила себя из кровати. Это был самый тяжелый момент за весь день. Полежав десять минут в попытке окончательно прийти в себя, она наконец почистила зубы, умылась, позавтракала и отправилась в школу.

Сегодняшнее расписание казалось Шэнь Цин настоящим исчадием ада.

Три урока математики! Обществознание, литература, история и две английских.

Прекрасно, просто великолепно!

Выслушав первый урок математики с совершенно изможденным лицом, Шэнь Цин начала клевать носом. Когда её голова уже почти уткнулась в парку, Фу Хуайчжи, даже не поднимая головы, вовремя подхватила её.

— Останься в классе в обед, я буду подтягивать твою математику.

— А? — Шэнь Цин отчаянно схватилась за голову.

Фу Хуайчжи посмотрела на нее и покачала головой: если сейчас не заняться её математикой, будет уже поздно. По крайней мере, после дополнительных занятий ей станет намного легче воспринимать материал на уроках.

— Ладно.

В полдень в классе остались только Фу Хуайчжи и Шэнь Цин.

Они сидели очень близко друг к другу, и отчего-то сердце Шэнь Цин забилось чуть быстрее обычного.

Фу Хуайчжи раскрыла учебник для обязательной программы, взяла ручку и указала на тему функций.

— Сейчас твоё самое слабое место — это функции. Постоянные функции, степенные функции, показательные функции, логарифмические функции — я всё это тебе объясню.

— …Подожди, а ты уверена, что я помню предыдущую тему про множества?

Шэнь Цин виновато кашлянула: она уже с трудом различала пересечение, дополнение и объединение множеств, не говоря уже о всяких там подмножествах…

Фу Хуайчжи немного помолчала: — Множества я объясню тебе вкратце, главное — функции. Слушай внимательно.

Шэнь Цин кивнула.

Фу Хуайчжи принялась объяснять:

— Сначала разберем постоянные функции. Это самые базовые функции. Выражение постоянной функции имеет вид f(x) = c, где c — константа. Её значение неизменно. Допустим, x равен 3, тогда и c будет равен трём, понятно?

Шэнь Цин кивнула — это было просто, и она вполне это уяснила.

— Хорошо, а теперь перейдем к показательным и логарифмическим функциям…

Фу Хуайчжи говорила неторопливо, шаг за шагом препарируя сложный материал и раскладывая знания по полочкам в голове Шэнь Цин. Ветер за окном коридора шевелил листву на деревьях, а лопасти тихо вращающегося вентилятора издавали едва слышный скрип.

Много лет спустя Шэнь Цин всё еще отчетливо помнила эту картину.

Двухчасовой обеденный перерыв пролетел незаметно: множества повторили, но до функций добрались лишь на треть. Свойства, графики, периодичность, наибольшие и наименьшие значения, чётность и нечётность — всего было слишком много и всё казалось слишком сложным, поэтому Фу Хуайчжи не стала заставлять Шэнь Цин учить абсолютно всё подряд.

— Ладно, завтра продолжим.

— …Угу.

Безжизненно отозвалась Шэнь Цин и попыталась собрать остатки сил к началу дневного урока истории.

Учитель истории был интеллигентным мужчиной средних лет, способным часами увлекательно рассказывать без всяких учебников: династии Тан, Сун, Юань, Мин и Цин, новая и новейшая история, зарубежная история — всё это лилось из его уст само собой. Сегодня он решил показать ученикам исторический фильм, потребовав написать по нему отзыв.

Шторы задернули, класс погрузился во тьму. Всецело погрузившись в сюжет фильма, Шэнь Цин смотрела его на одном дыхании.

Но в тот момент, когда она повернулась, чтобы сделать глоток воды, Шэнь Цин заметила, что Фу Хуайчжи смотрит прямо на неё. Её взгляд был глубоким и таинственным. Зрительный контакт продлился лишь мгновение — настолько короткое, что Шэнь Цин даже решила, будто ей просто показалось.

— Староста, ты только что на меня смотрела? — спросила Шэнь Цин.

— Я не смотрела на тебя, — голос Фу Хуайчжи звучал спокойно, совсем не похоже на ложь.

— Наверное, мне и правда померещилось.

Шэнь Цин отвернулась и снова уставилась в экран, и до самого конца урока больше ничего необычного не происходило.

После уроков Шэнь Цин и У Ху снова отправились тренироваться в бадминтон. На стадионе толпилось много народа — в основном те, кто готовился к школьной олимпиаде.

Спустя полчаса тренировка подошла к концу, и подруги уже собирались домой, как вдруг Шэнь Цин в руки кто-то сунул конверт. Незнакомец бежал так быстро, что она даже не успела разглядеть его силуэт.

Ошеломленная Шэнь Цин вскрыла конверт и обнаружила, что это любовное письмо.

У Ху тут же восторженно завизжала: — Тебе подбросили любовное послание!

— Не могла бы ты говорить потише?

— Ладно-ладно…

……

Шэнь Цин молча уставилась на письмо. Она никак не ожидала, что даже в новой школе кто-то станет докучать ей подобным образом. Читать содержание письма у нее не было никакого желания — наверняка там написаны избитые банальности о возвышенных чувствах, лишенные хоть капли оригинальности.

Кто знает, может, этот ухажер снова клюнул на ее происхождение.

Сунув письмо в рюкзак, Шэнь Цин попрощалась с У Ху и пошла домой.

На следующее утро, когда она доставала учебники, письмо выпало на пол, и только тогда она вспомнила об этом инциденте.

Шэнь Цин как раз собиралась его поднять, но пара изящных, с отчетливо выступающими суставами пальцев опередила ее.

Это была Фу Хуайчжи.

— Ах… староста, это… это любовное письмо.

— Я знаю.

— Знаешь? — Шэнь Цин взглянула на крупное розовое сердечко на конверте. Впрочем, разве такое не сразу бросается в глаза?

Фу Хуайчжи: — Твоё?

Шэнь Цин: — Угу.

Фу Хуайчжи: — Кто дал?

Шэнь Цин: — Лица не разглядела, он убежал очень быстро.

Фу Хуайчжи больше не стала расспрашивать. Она вскрыла конверт и принялась читать:

— Шэнь Цин, я парень из твоего класса, можешь не спрашивать, кто я. Главное, знай, что я влюбился в тебя с первого же дня, как ты пришла. Ты такая милая, именно в моём вкусе. Если ты не против, давай где-нибудь встретимся? Если согласна, напиши здесь дату и время и оставь записку в книжном уголке нашего класса, я ее заберу.

Фу Хуайчжи спрятала письмо, а затем… с совершенно бесстрастным лицом разорвала его на мелкие кусочки.

http://bllate.org/book/28124/3401870