Сердце Чи Цяньи тяжело стукнуло в груди, и ей показалось, что она в одно мгновение ожила.
— Лю... — она взмахнула рукой в сторону Цзо Юй, но в следующую секунду исправилась: — Цзо Юй!
В грохочущей музыке она видела, как Цзо Юй уже направляется к барной стойке, и каждый её шаг отдавался в самом сердце Чи Цяньи.
Вокруг переливался и сменялся полумрак, свет то и дело скользил по лицу Цзо Юй. Если присмотреться, сегодня она выглядела как-то иначе: кажется, была накрашена, хотя макияж оказался совсем лёгким — тоненькие хвостики аккуратных стрелок легли невероятно плавно, добавляя к её холодной красоте капельку таинственности.
Пока Цзо Юй не уселась на высокий барный стул.
— Что будешь пить? — Чи Цяньи оперлась на стойку, между ними оставалось от силы сантиметров десять.
Но музыка гремела так громко, что расслышать толком не получалось.
Тогда Цзо Юй наклонилась и произнесла прямо у уха Чи Цяньи:
— Ты умеешь смешивать коктейли?
Горячее дыхание обжёгшее ухо Чи Цяньи, заставило её мочки порозоветь.
Её голова не справлялась даже с этой простейшей фразой, она лишь чувствовала, как потрясающе пахнет от Цзо Юй — запах был не тяжёлым, а едва уловимым. Издалека его не разобрать, требовалось подойти совсем близко; этот аромат походил на дурманящий яд, который стоило лишь слегка вдохнуть, как он проникал в ноздри и падал прямо на сердце.
В этот момент Чи Цяньи была окутана этим благоуханием, в голове шумело, и лишь спустя долгое время она выдавила:
— Я умею готовить только Лонг-Айленд.
— Тогда не угостишь меня бокалом Лонг-Айленда?
Чи Цяньи кивнула и откинулась назад, увеличивая расстояние между ними.
На самом деле барменствовать она не умела, даже Лонг-Айленд выучила только сегодня во второй половине дня. К счастью, рецепт оказался несложным, так что пришлось осваивать на ходу и сразу пускать в дело.
Она взяла с подставки низкий стеклянный стакан и принялась за работу.
Цзо Юй сидела на стуле и молча наблюдала, как Чи Цяньи бросает в стакан кубики льда и наливает джин.
Преимущество бара заключалось в том, что темнота придавала смелости: когда свет мерк, взгляд невольно становился более дерзким. Сначала Цзо Юй скользнула взглядом по профилю Чи Цяньи, а затем опустила глаза ниже, на её пальцы.
Тонкая, изящная белая рука сжимала стакан, а другая лежала на крышке. Под глухой стук крышка рома была откручена, прозрачная жидкость полилась внутрь. Пусть движения выдавали неопытность, делала всё она очень старательно, и коктейль получался вполне правдоподобным.
Не прошло и пяти минут, как напиток был готов.
Чи Цяньи подвинула стакан Цзо Юй и улыбнулась:
— Преподаватель Цзо, ваш Лонг-Айленд.
— Мм. — Цзо Юй взяла бокал, поднесла ко рту, прижалась губами к трубочке и сделала небольшой глоток. Когда жидкость скользнула по языку, её горло едва заметно дрогнуло.
Чи Цяньи уловила эту крошечную деталь, и её собственное горло непроизвольно последовало этому примеру.
— Ну как на вкус?
— Мм, неплохо. — Цзо Юй поджала губы, слегка проведя кончиком языка по нижней губе, будто распробуя послевкусие.
Этот штрих языком пришёлся прямо по сердцу Чи Цяньи.
— Этот коктейль очень крепкий, ты не боишься опьянеть? — Чи Цяньи подперла подбородок одной рукой и растерянно смотрела на Цзо Юй.
Черты лица Цзо Юй в профиль были чёткими и невероятно красивыми. Первое впечатление о ней должно было сводиться к тому, что она совсем не умеет пить, однако каждый раз, приходя сюда, она заказывала крепкий алкоголь.
— Опьянеть? Пожалуй, нет. — Цзо Юй сделала ещё глоток, распробовав напиток получше — кажется, ничего особенного, и добавила: — Я пока ещё не напивалась.
— Ха-ха, почему это прозвучало так, будто тебе некому бросить вызов?
— Да нет же, просто нормальная выносливость.
Цзо Юй пила глоток за глотком, словно обычную прохладную воду.
Чи Цяньи уже вовсю представляла картину, как в будущем она приводит Цзо Юй в бар, а та с безэмоциональным выражением лица ледяной статуи спаивает всех её приятелей-долбоябров до единого.
От одной этой мысли веяло невероятной крутизной.
Хотя, не слишком ли далеко она заглядывает вперёд?
Отогнав эти мысли, она подняла глаза и глянула в сторону диванной зоны: Сяо Вэнь со своей девушкой вовсю веселились и, казалось, вовсе не собирались подходить.
— Сяо Вэнь сейчас немного занята, вряд ли сможет подойти в ближайшее время.
— Мм, ничего страшного. — Цзо Юй, похоже, это не волновало. — Сегодня тут что-то много народу. — Она обвела взглядом зал, её брови слегка сошлись на переносице, но тут же разгладились.
Однако от глаз Чи Цяньи это не ускользнуло:
— Кажется, что здесь шумновато?
Цзо Юй кивнула.
Тогда Чи Цяньи придвинулась вплотную к уху Цзо Юй и тихо произнесла:
— Тогда, может, допьешь этот бокал, и пойдём куда-нибудь в тихое место?
Здесь действительно было чересчур шумно, и говорить приходилось, прижимая губы к самому уху.
В стакане оставалась еще половина напитка, но Цзо Юй уже потеряла интерес к продолжению. Она посмотрела на Чи Цяньи так, будто её взгляд говорил: «Можно».
— Пойдём! — Чи Цяньи выскользнула из-за барной стойки — легкая на подъем.
Они зашагали бок о бок, пробираясь сквозь толпу к выходу из бара. Стоило толкнуть стеклянную дверь, как в ушах мгновенно стало заметно тише.
Спустившись по ступенькам, они наконец вышли на проезжую часть. На душе у Чи Цяньи было так светло и полно, словно и не требовалось никакого полумрака и двусмысленной атмосферы.
Говорят, что если человек тебе нравится, ты неосознанно хочешь побыть с ним наедине.
— У меня есть кафе, оно недалеко отсюда, зайдём посидим?
Цзо Юй кивнула:
— Хорошо.
Они уверенным шагом перешли дорогу — впрочем, в это время на улице было не так уж много людей.
Чи Цяньи молчала, Цзо Юй тоже хранила молчание, и слышно было лишь стук их шагов.
Идя вдоль улицы, фонари вытягивали их тени в длинные тонкие силуэты — порой те сливались воедино, а порой расходились вновь.
Первой заговорила Чи Цяньи:
— Давно ты в Наньчэне?
— Несколько месяцев, — ответила Цзо Юй равнодушно-отстраненным тоном и перевела стрелки: — А ты?
— Мм... я-то? Уже лет шесть или семь. Училась в Наньчэне, а после выпуска открыла кафе неподалеку от университета.
— Помнится, ты собиралась поступать на художественное? В итоге пошла?
В старшей школе Чи Цяньи обмолвилась об этом, и у Цзо Юй отложилось в памяти.
Чи Цяньи кивнула:
— В университете я училась на художника, так что кафе — это моё второе дело.
http://bllate.org/book/28261/3415852
Готово:
