Готовый перевод Limited Time Business: Marquis Li Quan / Лимитированный контракт: Столкновение двух негодяев: Глава 15

Повторись это ещё пару раз, и даже дурак бы понял, в чём тут дело.

Его фитнес-тренер всё никак не мог объявиться, но раз уж Сюй Син так любил брать на себя роль наставника, Е Фэншу вовсе не возражал воспользоваться им на халяву.

Однако если говорить о том, почему на этот раз его хватило надолго, то всё дело было в том, что он пришёл вовсе не на занятия к Сюй Синю, а соревноваться со Сюй Синем.

В прошлом он соперничал и с Бай Лутином, но от этого всегда оставался крайне противный осадок.

На шоу казалось, будто Е Фэншу едва ли не с порога начинает лупить Бай Лутина, но зато за кулисами Бай Лутин пускал в ход столько грязных приёмов!

Конечно, это вовсе не значило, что Е Фэншу был кристально честным игроком. Однако все его нечистые трюки всегда игрались в открытую — исключительно за счёт сокрушительной мощи юаней.

А вот у Бай Лутина имелся навык, которому Е Фэншу так и не смог научиться за всю жизнь. Бай Лутин умел обставить любое дело, умел подстраиваться под обстоятельства и вести двойную игру: у него каким-то непостижимым образом получалось ублажать съёмочную группу, наставников и коллег по команде так, что все расплывались в улыбках — включая, разумеется, зрителей по ту сторону экрана.

Профессиональные навыки Бай Лутина превосходили умения Е Фэншу не настолько уж сильно, но в итоге разрыв в их голосах становился всё больше и больше. В подобных условиях вступать с ним в прямое противостояние было бы сущим унижением. Под конец шоу Е Фэншу и вовсе махнул рукой на всё. Ему надоело горбатиться ради нулевой отдачи, поэтому все свои мысли он сосредоточил на том, чтобы заказывать чёрный пиар против Бай Лутина.

В соперничестве же со Сюй Синем всё обстояло иначе: соревнуясь с ним, Е Фэншу чувствовал, что ему есть куда приложить усилия.

К тому же спорт действительно помогал вырабатывать дофамин. Сам того не заметив, Е Фэншу уже растерял уйму драгоценного времени, которое мог бы потратить на игры.

Е Фэншу отдыхал уже довольно долго, и выступивший на теле пот успел немного остыть.

Сюй Син стоял в стороне и ничего не говорил, но в его поведении угадывалось лёгкое нетерпение.

Однако Е Фэншу вовсе не собирался продолжать и предпочёл пуститься в болтовню:

— Учитель Сюй, ты и так уже в прекрасной форме, к чему ещё так надрываться? Я смотрю, ты и ешь вечно самую малость — оставь же другим хоть какой-то шанс на выживание, ладно?

Сюй Син честно ответил:

— Раньше мне не доводилось сниматься в исторических костюмах, сброшу ещё немного жира, чтобы в кадре осанка и одежда смотрелись лучше.

Отношения между Е Фэншу и Сюй Синем вроде бы немного потеплели, но это вовсе не мешало Е Фэншу отпускать колкости на каждом шагу:

— Ого, учитель Сюй, неужели и у тебя бывает комплекс неполноценности из-за внешности?

Увидев, что Е Фэншу решительно не намерен двигаться, Сюй Син тоже опустился на скамью напротив и стал маленькими, размеренными глотками пить воду.

Е Фэншу снова спросил:

— Учитель Сюй, чем ты обычно любишь заниматься в свободное время?

Сюй Син отозвался:

— У меня нет особых увлечений, разве что спортом занимаюсь.

Е Фэншу не поверил ни единому слову:

— И куда же ты тогда тратишь заработанные деньги?

Сюй Син улыбнулся:

— Кажется, за те несколько лет, что я в индустрии, мне так и не удалось заработать приличных денег.

И в этом он, пожалуй, не соврал. Репутация Сюй Сина была испорчена, никаких рекламных контрактов у него сейчас не имелось, а армия фанатов сократилась практически до нуля.

Пу И как-то признался, что, читая в исторических записках о том, как император Чунчжэнь перед смертью остался окружен лишь одним евнухом, он испытал невероятную горечь.

Е Фэншу испытал точно такие же чувства, когда впервые познакомился с командой Сюй Сина. Всю команду Сюй Сина составляли всего два человека, причём Цзян Сяомань совмещала работу с другими артистами и время от времени уезжала в командировки — например, сейчас её не было на съёмочной площадке.

Будучи исполнителем главной роли, Сюй Син даже не мог позволить себе угощать съёмочную группу послеобеденным чаем с той же регулярностью, что и Е Фэншу.

В Е Фэншу проснулось редкое чувство сострадания:

— Ну тогда учитель Сюй поистине несгибаем. Наша сфера деятельности — это сплошное уныние, колоссальное давление, вечные унижения и риски, а если при этом ещё и денег не заработаешь, так и вовсе теряется всякий смысл. Твои баллы на экзамене вроде были очень высокими, на самом деле ты вполне мог бы заняться чем-то другим.

Сюй Син смочил полотенце питьевой водой и утёр пот с лица:

— А ты, брат Е? Почему ты подался в эту сферу?

Е Фэншу ответил:

— Я? Ты хочешь услышать правду или ложь?

Сюй Син улыбнулся:

— Конечно же, правду.

Вот за такими разговорами Е Фэншу точно не заснул бы.

Он отложил телефон, перекинул ногу на ногу, повернулся к Сюй Синю и подался вперёд.

Е Фэншу редко бывал донельзя серьёзен:

— Сюй Син. Посмотри на меня и ответь мне с чистой совестью.

Сюй Син невольно опешил:

— М?

Е Фэншу в упор посмотрел ему в глаза:

— Разве ты не считаешь меня писаным красавцем?

Если отвечать с чистой совестью, внешность у Е Фэншу и вправду была выдающейся. Поклонницы обожали нападать на других из-за их странных вкусов, но на самом деле стандарты красоты у всех оставались едиными. Пусть предпочтения в типажах и различались, все всё равно искали молодости и привлекательности. Иначе, даже обладая своей суперспособностью швыряться деньгами, Е Фэншу вряд ли сумел бы пробиться на шоу талантов.

Черты лица у Е Фэншу отличались исключительной правильностью, а брови и глаза были просто загляденье. Многим мужчинам-артистам совершенно не шли исторические образы без сложных причёсок, но с Е Фэншу всё обстояло с точностью до наоборот. Если бы судьба не обделила его даром речи, можно было бы даже восхититься его искрометным юношеским задором.

Сюй Син смотрел в те самые красивые глаза Е Фэншу, о которых фанатки исписали бесчисленные эссе.

И в эти глаза, на дне которых плескалась самая искренняя мольба.

Он просто не смог удержаться от смеха.

На этот раз он даже не стал сдерживаться и рассмеялся в голос, а затем мягко произнёс:

— А как же иначе? Брат Е невероятно хорош собой.

Е Фэншу вовсе не счёл это за комплимент — явись сам Нефритовый император, и то пришлось бы сделать тот же вывод. Он шумно и протяжно выдохнул носом:

— Ну так а что мне делать, кроме как в артисты идти? Топать в контору старика? С моим образованием меня даже на ресепшн в его компанию не возьмут. Предки мои поначалу тоже были против, а теперь вон смирились.

Но как бы то ни было, Сюй Син дал ему справедливую оценку, и Е Фэншу великодушно добавил:

— Впрочем, если подумать, с такой внешностью, как у учителя Сюй, не пойти в артисты тоже было бы расточительством.

Сюй Син ответил:

— Мне очень нравится играть в кино.

Опять за своё, чёрт побери!

Е Фэншу постигло горькое разочарование: я тут перед тобой душу выворачиваю, а ты ведёшь себя так, будто даёшь интервью репортёрам.

Вспомнив сплетни, которые на днях рассказывал Нун Е, и сочтя атмосферу подходящей, раз уж сам объект слухов находился прямо перед ним, он осторожно поинтересовался:

— Слушай, твои домашние, кажется, тоже были ярыми противниками того, чтобы ты совался в шоу-бизнес?

Е Фэншу следил за малейшими изменениями на лице Сюй Сина, но лицо того оставалось беспристрастным. Он лишь спокойно ответил:

— Да, у моего отца имеются кое-какие предрассудки насчет индустрии развлечений.

Е Фэншу продолжил расспросы:

— Я не то чтобы сплетничаю, но предрассудки у твоего бати, судя по всему, масштабные.

Взгляд Сюй Сина опустился на пол:

— На самом деле шоу-бизнес оказался совсем не таким, каким я его себе представлял прежде.

Он не стал уточнять, в чём именно заключалась разница, и сразу сменил тему:

— Брат Е, хорош отдыхать, давай сделаем ещё один подход.

Е Фэншу не понимал, что в таких делах, как болтовня, не стоит выжимать всё до последней капли, и недовольно цокнул языком:

— Больше не хочешь болтать? Ну ты и зануда, я ведь никому не скажу.

Окинув спину на плоскую скамью, он подумал, что после ещё одного подхода сразу отправится спать:

— Ладно, раз не хочешь — не будем. Если этот фильм «выстрелит», считай, ты отомстил за все свои обиды.

Он почувствовал, что Сюй Син поднялся на ноги — то ли намереваясь проконтролировать, насколько правильно Е Фэншу качает пресс, то ли собираясь добавить что-то недосказанное:

— Брат Е, какова бы ни была причина, я действительно хочу сыграть в этом фильме как надо.

Е Фэншу уставился в потолок:

— Сюй Син, именно этим ты меня больше всего и бесишь. Подумаешь, самый умный нашёлся! Кто тут в группе не хочет того же самого? А я, по-твоему, не хочу? Если бы не хотел, стал бы я нанимать гонконгских каскадёров? Разве ты сам не знаком с мастером Чэнь? Неужели ты не интересовался у него, сколько вообще в Материковом Китае исторических дорам обращалось к их помощи?

Сюй Син возразил:

— Я вовсе не это имел в виду. Мне просто кажется…

Е Фэншу нетерпеливо оборвал его:

— Хватит тебе уже казаться. Ладно-ладно, я буду нормально сотрудничать и хорошо играть.

Он свернулся калачиком, чувствуя, как напрягаются и ныть начинают мышцы живота:

— Хватит уже давить на меня.

К моменту окончания сегодняшней тренировки Е Фэншу почти заподозрил, что Сюй Син мстит ему.

Потому что, когда Сюй Син помогал ему делать растяжку, он надавил со всей дури.

Помимо обычных съёмок, существовала ещё одна важная задача, которую необходимо было выполнять параллельно — съёмка закусочных кадров.

К закадровым материалам Е Фэншу относился вполне благосклонно: сам сюжет можно подлатать на монтаже, а вот бэкстейдж — нет. К тому же играть в таких коротких сценах было куда проще, ведь там не мог выскочить никакой режиссёр с криком «давайте снимем ещё один дубль на всякий случай!».

Сегодняшние кадры со съёмочной площадки требовалось отснять особенно качественно.

Натура была отлично знакома Е Фэншу. Этот дворцовый комплекс построили в котловине, со всех сторон окружённой поросшими лесом горами.

На одном дереве может поместиться с семь-восемь обезьян, но вот поджидать актёров с камерами там могли аж по тридцать семь человек одновременно. Сколько бы заградительных лент ни натягивала съёмочная группа, остановить их было невозможно.

Съёмочной группе хотелось запечатлеть живое общение двух главных героев в перерывах между дублями.

Е Фэншу и Сюй Син обменялись парочкой дежурных любезностей, но посчитав это слишком официальным и лишённым всякой искры, Е Фэншу пустил в ход руки и отвесил Сюй Синю несколько увесистых тумаков по руке.

Однако Сюй Син отвечал ему как-то рассеянно. На нём был грим, но даже сквозь толстый слой тонального крема было заметно, как сильно он побелел.

Спустя ещё какое-то время даже Е Фэншу понял, что дело нечисто:

— В чём дело, учитель Сюй? Вчера слишком усердно занимался?

Вчера, когда Е Фэншу покидал тренажёрный зал, Сюй Син ещё оставался там, а сегодня его вызов на площадку стоял на самое раннее утро — судя по всему, он пришёл на работу ещё до рассвета.

Сюй Син через силу улыбнулся:

— Всё в порядке, наверное, просто не выспался.

У Е Фэншу имелся богатый опыт в вопросах недосыпа:

— Так подреми немного втихаря, раз выдалась минутка! Смотрю же, у тебя ещё хватает сил трепаться с Лао Тайбао.

Сюй Син ответил:

— Хорошо, сейчас я…

Но до «сейчас» дело не дошло: Сюй Син вдруг стал оседать вниз, словно из него вынули батарейку.

Е Фэншу замер, рефлекторно пытаясь ухватить его за рукав, но костюм для съёмок был слишком скользким — стоило только прикоснуться, как ткань ускользнула меж пальцев, точно вода. К счастью, вокруг толпилось немало сотрудников, и общими усилиями они подхватили Сюй Сина, хотя он всё же без сил рухнул на землю.

Кто-то звал принести стул, кто-то пытался снова поднять Сюй Сина на ноги.

В этот момент Е Фэншу вдруг озарило.

Ах ты ж чёрт, да ты и впрямь мастерски выкладываешься!

— Не трогайте его! — рявкнул Е Фэншу, растолкав окружающих.

Он тоже присел на корточки, перетянул Сюй Сина из рук какого-то работника к себе и позволил ему прислониться к собственной груди.

Сюй Син не шевелился. Если в сцене с принцессной переноской по длинной улице Е Фэншу сыграл неплохо, то нынешнее исполнение Сюй Сина заслуживало как минимум награждения императорской печатью.

Не будь Е Фэншу лично знаком со зрелищем того, как Сюй Син громыхает железом в качалке и крутит с мастером Чэнь приёмы Вин-Чун, он, пожалуй, и вправду поверил бы, что тот лишился чувств.

Словно желая отыграться за тот день с переноской на руках, Сюй Син перенёс на Е Фэншу всю тяжесть своего тела. Сначала Е Фэншу, надеясь сохранить красивую картинку для кадров, принял было элегантную позу на полуколенях, но теперь об этом не могло быть и речи — ему пришлось опуститься на оба колена, широко разведя их в стороны.

http://bllate.org/book/28269/3416759