Готовый перевод The Alpha is for Fishing / Альфа на крючке: Искусство приручения: Глава 10

К тому же у него постоянно создавалось ощущение, будто во взгляде собеседника таится едва уловимое сожаление. Словно... словно существовало нечто, что ему следовало сделать, но из-за каких-то обстоятельств он не смог, и причиной всему был именно он сам.

Тань Шу внезапно произнес:

— Выглядишь как-то иначе.

Сюй Мяо:

— ...А? Что именно иначе...

В пригороде было не так уж многолюдно. Возле тротуара целая толпа дедушек и бабушек с местным акцентом разложила маленькие табуретки и резалась в карты. Кроме них, Сюй Мяо не смог заметить вокруг ни единого альфу, представляющего хоть какую-то опасность.

Если это не было спланированным наведением, то оставалось лишь удивляться.

— Кем тебе приходится Сюй Хэн?

Услышав это имя, Сюй Мяо внутри весь сжался. Ему отчаянно хотелось сорваться с места и бежать, но собеседник явно не позволил бы ему так просто уйти.

Осторожно подбирая слова, Сюй Мяо пробормотал:

— ...Он мой отец.

— Выходит, он мне не соврал. Что ж, — вздохнул Тань Шу, — твой отец мертв.

Сюй Мяо резко вскинул голову и, остолбенел, выдавив из самого горла:

— ...Чего?

Утром, часов в восемь-девять, воздух все еще был довольно холодным. На огромном рекламном экране на здании напротив крутили прогноз погоды: из-за сильного снега скоростные трассы оказались перекрыты. От белоснежного зимнего пейзажа веяло жутковатым холодом, который просачивался сквозь поры прямо в кровеносные сосуды.

Омега с сожалением произнес:

— Какая жалость.

— Прости, напугал тебя? — «виновник» собственного разоблачения оказался на редкость «заботливым». — Вон там полицейский участок, иди-ка ты домой пораньше.

— ...

Сюй Мяо даже сам не заметил, как в порыве паники ухватил Тань Шу за рукав.

— ...Ты, — заикаясь, произнес Сюй Мяо, — ты только что сказал, что ты... убил моего отца?

Тань Шу ответил:

— А, ну с этим не поспоришь.

— Зачем ты его убил?

— Восстановил справедливость? — Тань Шу чуть приподнял подбородок. — Я-то думал, ты знаешь, что он за тварь.

У Тань Шу не было ни малейшего чувства вины за то, что он оскорбляет отца прямо перед его сыном, — его уверенность в собственной правоте граничила с тихой наглостью.

Сюй Мяо явно был в курсе всего, но при этих словах лишь сдержанно закусил губу.

— Помоги мне, — не смея смотреть Тань Шу в глаза и испуганно блуждая взглядом по сторонам, с напускной храбростью бросил он. — Иначе... иначе я отведу тебя в полицию!

Тань Шу вдруг рассмеялся, нарочно растягиваягласные:

— О-о-о...

— В конце концов, — продолжая говорить, Сюй Мяо постепенно терял уверенность, и, растеряв всю нажитую с таким трудом смелость, перешел на другое, — здесь полно камер! Стоит мне только выбежать и заорать, и тебе не сбежать. Так что лучше уж со мной... Сам понимаешь.

— В этом что-то есть, — согласился Тань Шу. — Есть еще причины?

Сюй Мяо сглотнул слюну и попытался зайти с другой стороны:

— Потому что я тоже жертва.

— Ладно, — кивнул Тань Шу. — Ты меня растрогал. Выкладывай, что от меня требуется?

Сюй Мяо паниковал: его глаза бегали туда-сюда, он упорно избегал взгляда Тань Шу, а пальцы обеих рук нервно теребили друг друга.

— Он убил мою маму...

— Кого?

Сюй Мяо глубоко вдохнул:

— Сюй Хэна.

— Несчастливая семья, — так охарактеризовал ситуацию Тань Шу.

Сюй Мяо продолжил:

— Моя мама была помешана на вере. Она считала, что на детях после развода лежит проклятие, и макала ветки в какую-то жижу, чтобы опрыскивать нас — якобы для изгнания злых духов. Так продолжалось всегда, сколько я себя помню.

— Пару лет назад у нее начались проблемы с бизнесом, и она исчезла на несколько лет. А когда вернулась, стала постоянно вымогать у отца деньги. Требовала до тех пор, пока отцу не надоело, и тогда...

Сюй Мяо умолк на полуслове, голос его становился все тише. Темные круги под глазами от нескольких бессонных ночей совсем не сочетались с покрасневшими глазными яблоками. Здоровый, крепкий с виду парень сидел прямо на земле и совершенно не стесняясь размазывал по лицу слезы.

— Эх, — посочувствовал Тань Шу. — Какой хороший ребенок. А где тело твоей матери?

Сюй Мяо покачал головой:

— Мы живем на окраине, людей мало, я не смел...

— Понимаю, — озасаченно проговорил Тань Шу. — Но ты явно ошибся адресом. Я болезненный слабак, к тому же омега... Впрочем, ладно, а то вдруг и правда сдашь меня в полицию. Ты что, непременно хочешь возиться со мной?

Альфа Сюй Мяо почувствовал, как у него горят щеки:

— Да нет...

— Я же шучу, — улыбнулся тот. — Куда мы сначала отправимся? К тебе домой?

Сюй Мяо снова замялся:

— ...

— В чем дело? — утешил его Тань Шу. — Я же не собираюсь истреблять всех подряд.

— Нет, я не...

Сюй Мяо совершенно не смел смотреть ему в глаза.

— Моя мама...

Уставившись на стоявшего совсем рядом Тань Шу, Сюй Мяо вдруг почувствовал, как его пальцы непроизвольно судорожно сжались, словно какая-то неведомая сила мешала ему вымолвить хоть слово. — Да проехали.

— ... — Тань Шу медленно приподнял бровь, повторяя его слова: — Проехали?

Сердечко Сюй Мяо ёкнуло от тяжелого, недоброго предчувствия, и голос его совсем испуганно упал:

— В общем, к мне домой идти не нужно, я все равно скоро уечу за границу.

— Выходит, я тебе больше не нужен?

Дело не в том, что не нужен, просто...

Сюй Мяо шумно выдохнул, пытаясь изобразить хладнокровие:

— Ты — убийца, так что выбор должен оставаться за мной.

— Тоже верно, — ответил Тань Шу, уходя от ответа. — А ты знаешь, почему Сюй Хэн погиб от моей руки?

Сюй Мяо напустил на себя храбрость и спросил:

— Потому что ты зачищаешь инородные виды?

Тань Шу покачал головой:

— Этим должны заниматься хорошие люди, а я вовсе не хороший.

— ... — Это снова противоречило тому, что Тань Шу говорил пару минут назад, и Сюй Мяо немного растерялся. — Тогда почему?

...Тань Шу с натянутой, не предвещающей ничего хорошего улыбкой медленно произнес:

— Потому что он лгал.

Сюй Мяо почувствовал, как в груди неприятно ёкнуло.

— Больше всего на свете я ненавижу тех, кто лжет, или, иначе говоря, любит строить из себя хитрецов.

Сообразив, к чему клонится дело, Сюй Мяо сильно напряг спину.

Он отступил на шаг, на второй, но Тань Шу остался стоять на месте.

Судорожно дернув ремень рюкзака и напрягши икры, Сюй Мяо пробормотал:

— Простите, я пожалуй пойду...

— Холодное лезвие уперлось ему в горло, вплотную прижавшись к коже и оставив на ней тонкий, саднящий алый порез.

Недоговоренная фраза Сюй Мяо оборвалась на полуслове, застряв прямо в тех пронзительно-чрезвычайно белых и черных зрачках, в которых плескалась ледяная усмешка.

— Использование незнакомца в своих целях имеет свою цену, — мягко произнес Тань Шу. — Ты должен был быть готов к тому, что твой спутник — маньяк.

Сюй Мяо:

— Я...

Губы Сюй Мяо крупно дрожали, он вытаращился на стоящего перед ним омегу так, будто увидел призрака. Назло всему Тань Шу продолжал улыбаться той же мягкой улыбкой и тихонько спрашивал:

— Ну же, говори, что ты хотел сказать?

Сюй Мяо:

— ...

— А я-то думал, этот твой роток куда острее.

Обухом ножа, гладким, как ледяная поверхность, Тань Шу провел по его губам, раздвинул зубы и прижался к самому кончику покрасневшего языка.

С разочарованием в голосе Тань Шу протянул:

— Оказывается, ты мастак только языком трепать.

...Он ошибся человеком.

Жжение на кончике языка смешалось с привкуса железа, заполнившим рот, и эту смесь со слюной оставалось только сглотнуть.

Не успел Сюй Мяо и слова вымолвить, как до него донесся едва уловимый, тихий шорох в воздухе. Брови Тань Шу слегка нахмурились, и едва он перевел взгляд в сторону, как другой легкий звук заставил его резко повернуть голову:

— А? — коротко и недоверчиво выдал он, застыв на полуслове.

Сюй Мяо инстинктивно дернулся, но его голову тут же силой вдавили обратно, и в тот же миг —

— Бах-бах —!!!

Звук страшного столкновения тяжелых тел, визгливый скрежет шин по асфальту и оглушительные крики вокруг слились в единый хор. Всё произошло настолько внезапно, что нервы даже не успели напрячься.

— Черт...

Сюй Мяо еще толком ничего не сообразил, как его резко дернули за рукав, и его тело буквально в миллиметре разминулось с отлетевшей на бешеной скорости автомобильной деталью!

Проследив за траекторией в образовавшемся просвете, он повернул голову и расширившимися от ужаса глазами впился в картину, достойную какого-нибудь голливудского блокбастера:

Две мчавшиеся на превышении легковушки столкнулись лоб в лоб на широкой двухполосной дороге. Словно два смертельно раненых гигантских зверя, они утягивали друг друга на грань гибели, а взметнувшиеся языки пламени в считанные секунды безжалостно пожрали искореженные кузова!

— Звоните! Срочно звоните!

Топот ног и безумные крики подхватывались ветром и разносились во все стороны. Зимний холод испарился, вытесненный обжигающим жаром пожара, а едкий, удушливый запах гари липко осел на одежде.

— ... — Тань Шу зажал ладонью половину уха и на мгновение зажмурился, его лицо помрачнело.

Ему пришлось убрать клинок.

Сюй Мяо едва не рухнул на землю, но Тань Шу перехватил его за плечо, ловким движением рывком поставил на ноги и не слишком церемонно сжал за загривок — после этого Сюй Мяо уже не смел и шевельнуться.

Сжавшись в комочек, словно испуганный перепел, и с совершенно пустой головой, он механически выдавил:

— Спасибо...

Тань Шу явно услышал что-то заранее.

Но больше всего Сюй Мяо поразило даже не это, а то, что Тань Шу действительно вытянул его из-было бы беды, не дав погибнуть подлетевшим капотом.

— Ему было страшно. Не только от Тань Шу, но и от чего-то еще.

Сюй Мяо показалось, будто он расслышал какой-то знакомый голос, внезапно выкрикнувший его имя, но в самый последний момент оборвавшийся.

— Эм...

Сюй Мяо с деревянным лицом покосился на стоявшего рядом с ним человека с абсолютно непроницаемым выражением лица, но тут же поспешно отвел взгляд.

— Мы случайно...

Разве нам не нужно тоже вызвать скорую или хотя бы попытаться помочь...

*

Бригада скорой помощи прибыла незамедлительно, но попытки Сюй Мяо завязать разговор так и остались без ответа.

Толпу постепенно оттесняли назад, и лишь в самом центре хаоса, на месте аварии, то и дело появлялись и исчезали люди.

В горле Сюй Мяо застрял тяжелый ком, не давая ни вздохнуть, ни выдохнуть. Его застывший взгляд следил за тем, как носилки, накрытые испачканной кровью белой простыней, укладывают внутрь черного фургона.

Всё произошло слишком быстро и слишком близко к нему, так что даже после долгих попыток прийти в себя он все еще продолжал пребывать в полусне-полуявь.

http://bllate.org/book/28389/3431382