После того как Му Цзиньюнь сбросил вызов, он заметил, что взгляд Нин Юйчжоу по-прежнему прикован к его лицу.
— Что такое?
— Почему ты не сказал ему больше не звонить тебе? — спросил Нин Юйчжоу.
Му Цзиньюнь ответил:
— Обычно он меня вообще не беспокоит, думаю, и дальше не станет.
Нин Юйчжоу кивнул, но его нахмуренные брови по-прежнему выражали явное несогласие.
— И что ты предлагаешь? — Му Цзиньюнь озвучил мысль, которую сам считал совершенно безумной. — Не могу же я прямо сейчас позвонить ему, заявить, что я женат, и потребовать, чтобы он больше ко мне не приставал?
Стоило ему это произнести, как он увидел глубоко задумавшегося Нин Юйчжоу.
— Ты ведь не всерьез считаешь это осуществимым? — Му Цзиньюнь был просто поражен.
Нин Юйчжоу покосился на него:
— Осуществимость невысокая, но заявить ему об этом необходимо.
Му Цзиньюнь испугался такого серьезного тона и выпрямился:
— У меня ведь никакой почвы под ногами нет, заявить с бухты-барахты: я женат, отстань, — это будет выглядеть так, будто я нарываюсь на скандал.
Нин Юйчжоу заметил:
— У тебя в контактах он записан как ААААА Любимая Сладкая Конфетка Жун, а я?
Му Цзиньюнь опешил. Он открыл страницу чата и увидел эту умопомрачительно длинную подпись.
По сравнению с изменением имени в контактах, Му Цзиньюню хотелось просто нажать кнопку удаления.
— Жалко расставаться? — вкрадчивый голос Нин Юйчжоу донесся до него, и Му Цзиньюнь замер.
— С чего бы!
Недолго думая, он тут же удалил контакт.
Му Цзиньюнь на мгновение оцепенел. Вообще-то, раньше ему и в голову не приходило удалить Нин Цзяжуна из друзей.
Экран телефона погас, четко отразив растерянность в глазах Му Цзиньюня.
Он снова разблокировал телефон: интерфейс чата был пуст, смотреть там было больше не на что.
— Удалил? — обратился к нему Нин Юйчжоу. — Если так жалко, можешь молча добавить обратно.
Му Цзиньюнь возмутился:
— Ты за кого меня принимаешь?
С этими словами он стер контакты Нин Цзяжуна и на других платформах, и даже отписался от него в видеологе.
— Больше ничего не осталось, — произнес Му Цзиньюнь. — Ни единого следа, так что жалеть мне не о чем.
Нин Юйчжоу ничего не ответил, лишь с улыбкой глядя на него.
— Раз уж я проявил такую искренность, у тебя, если водились какие-нибудь интрижки в прошлом, тоже всё подчистить придется, верно? — заикнулся Му Цзиньюнь.
— Ничего не было, — ответил Нин Юйчжоу. — Раньше меня это совершенно не интересовало.
— Ну ты… — помявшись с минуту, Му Цзиньюнь выдавил: — Ладно, твоя взяла.
Нин Юйчжоу возразил:
— Ничего подобного, ты спросил — я ответил.
— Строишь тут из себя, — бросил Му Цзиньюнь и отвернулся. — Скучный тип.
Нин Юйчжоу промолчал, лишь молча наблюдая за всем происходящим.
Машина шла плавно, аромат ароматизатора Му Цзиньюню тоже пришелся по душе. Стоило ненадолго умолкнуть, как его начало клонить в сон, но он прекрасно знал себя: если уснет сейчас, то ночью заснуть вовремя точно не сможет.
Поэтому он решил просто потыкать в телефон. Правда, сидели они очень близко, и Нин Юйчжоу не мог не заметить его действий.
Поразмыслив секунду, Му Цзиньюнь решил, что ему совершенно нечего бояться, и смело открыл ленту коротких видео.
И надо же было такому случиться: то ли приложение сегодня сошло с ума, но подряд одно за другим шли видео сомнительного характера, причем все сплошь с участием мужчин.
Му Цзиньюнь смахнул танец какого-то парня, щеголяющего голой талией, как следующее видео продемонстрировало крупным планом мужской пресс, а фоновая музыка звучала донельзя двусмысленно.
Му Цзиньюнь подумал, что Нин Юйчжоу необязательно заглядывать в его экран, но вот эти мелодии на заднем фоне — вещица явно неблагопристойная, от одного их звука можно прослыть тем еще гулякой.
Хотя он вовсе не набивался на какой-то безупречный образ, но и получать шишки за чужие грехи Му Цзиньюню совсем не улыбалось.
— Это не я, — поспешил оправдаться Му Цзиньюнь. — Оно само подсовывает.
— Угу, — отозвался Нин Юйчжоу. — Смотри-смотри.
Му Цзиньюнь возмутился:
— Я обычно вообще не залипаю на этих странных мужиков, а стоило тебе оказаться рядом, как они поперли изо всех щелей, так что это определенно из-за тебя.
Нин Юйчжоу едва не рассмеялся от злости:
— Му Цзиньюнь, а ты мастер перекладывать с больной головы на здоровую, не так ли?
— И что с того? — Му Цзиньюнь отвел взгляд, делая вид, будто ничего не слышит.
Вот только донельзя покрасневшие кончики ушей выдавали его с головой.
Нин Юйчжоу протянул руку, и Му Цзиньюнь молча вложил в нее свой телефон.
Сообразив, насколько естественно он только что поступил, Му Цзиньюнь даже смутился.
Что это он вытворяет?
Нин Юйчжоу спросил:
— Теперь можно взглянуть?
Му Цзиньюнь небрежно бросил:
— Смотри раз хочется.
Нин Юйчжоу пролистал пару роликов: содержание было точь-в-точь как прежде, да и качество отличалось той же банальностью.
— Тут определенно что-то не так, — призадумавшись, произнес Му Цзиньюнь. — Я понял: это же не мой основной аккаунт.
Нин Юйчжоу уточнил:
— Серьезно?
— Я завел этот твинк специально для того, чтобы накручивать просмотры Нин Цзяжуну, — объяснил Му Цзиньюнь. — Если бы я ставил лайки и писал комментарии со своей настоящей страницы, он бы сразу догадался. Вот я и накупил левых аккаунтов, менял им IP, притворяясь его толпами поклонников.
Нин Юйчжоу многозначительно кивнул:
— А потом отписался?
Му Цзиньюнь парировал:
— Всякое бывает, сейчас речь не об этом. На главной странице тут совсем не то, что я люблю смотреть. Наверное, это прежний хозяин аккаунта был по этой части.
Нин Юйчжоу заметил:
— Я же не говорил, что не верю тебе, к чему так спешить с оправданиями?
— Правда? — переспросил Му Цзиньюнь. — И с таким-то прокурорским взглядом ты говоришь, что веришь мне?
Нин Юйчжоу ответил:
— У меня дурная привычка.
— Не мели чушь, — отмахнулся Му Цзиньюнь. — Выхожу отсюда. Под своей учеткой зайду — там точно всё иначе.
Словно желая доказать это, он тут же вошел в свой личный профиль.
И впрямь: теперь содержимое главной страницы разительно отличалось от прежнего. В основном там мелькала еда, украшения да тюнинг автомобилей. Му Цзиньюнь продемонстрировал всё это Нин Юйчжоу с самым невозмутимым видом.
— Всё равно в последнее время делать было нечего, мы тут недавно с одним человеком студию замутили, — пояснил Му Цзиньюнь. — Я подкинул им пару идей, а они уже нанимают людей для чертежей и эскизов.
— Recall & Probe.
— Э? — удивился Му Цзиньюнь. — Откуда ты знаешь?
— У меня свои источники, — произнес Нин Юйчжоу. — Название для бренда ты выбрал неплохое.
— Сразу видно, что оно никогда не взлетит, на это я и рассчитывал, — небрежно бросил Му Цзиньюнь.
— Почему это? — Нин Юйчжоу даже заинтересовался.
Му Цзиньюнь пояснил:
— Я сам всем доволен, а чужое одобрение мне ни к чему. Выставлять вещи на продажу ради прибыли или убытков я тоже не планирую, просто надеюсь отыскать тех, кто разделяет мои вкусы.
Нин Юйчжоу спросил:
— Выходит, устраивая весь этот шум вокруг своей страсти к моему племяннику, ты на самом деле считал, что тот попросту не заслуживает ничьей любви?
Му Цзиньюнь потрясенно выдохнул:
— Говорить так о собственном племяннике — это уже перебор, нет?
Нин Юйчжоу ответил холодно:
— Мы не близко.
— Вау, — протянул Му Цзиньюнь. — Значит, так оно всё в богатых семьях и устроено?
Нин Юйчжоу покосился на него, взгляд его был спокоен и безмятежен, как глубокий водоем без единой ряби:
— Просто сброд, разбредшийся кто куда.
Му Цзиньюнь моргнул: он явно не ожидал столь прямолинейного ответа.
Он-то полагал, что в подобных влиятельных кланах хотя бы для виду поддерживают фасад семейного благополучия.
— Нин Цзяжун из боковой ветви, — ровным тоном произнес Нин Юйчжоу, словно упомянув кого-то совершенно незначительного. — Его отец — четвертый сын, отделился много лет назад. Кроме праздников и поминовения предков, мы в общем-то и не видимся.
Му Цзиньюнь кивнул, а в голове у него всё еще крутилась фраза мы не близко.
Он вспомнил, как раньше, увиваясь за Нин Цзяжуном, трепетал на каждой тусовке, стараясь лишний раз мелькнуть перед глазами, причем старался угодить исключительно ему самому.
Он так боялся обидеть стоящую за ним семью, а оказалось, что за спиной у того максимум родители, да и те для клана пустое место.
— А ты в детстве… — осторожно начал Му Цзиньюнь, — разве не пересекался с ним?
— Пересекался, — ответил Нин Юйчжоу. — С младых ногтей я знал, что будущее семьи Нин держится на мне одном, и видел абсолютно всех. Он был почти моим ровесником, но относился к числу безнадежно тугодумных.
— Ну знаешь, это уже слишком… — Му Цзиньюнь начинал понимать: Нин Юйчжоу из тех людей, кто режет правду-матку не задумываясь.
— Констатация фактов, не более. Впрочем, ума ему хватает ровно на то, чтобы не пропасть, — заметил Нин Юйчжоу.
— Выходит, к нему у тебя… — вполголоса осведомился Му Цзиньюнь, — вообще никаких чувств?
— О чувствах тут речи не идет, — холодно отрезал Нин Юйчжоу. — Когда он достиг совершеннолетия, его пристроили в компанию на какую-то номинальную должность. Дивиденды капают неплохие, но на заседаниях совета директоров он не имеет права присутствовать даже в качестве слушателя. Между нами и знакомства-то поверхностного нет.
Му Цзиньюнь цыкнул языком:
— И при этом ты позволяешь ему разгуливать повсюду, козыряя вашей фамилией?
— Семья Нин не обеднеет от одного такого имени, — Нин Юйчжоу перевел на него спокойный взгляд. — Но вздумай он использовать это имя во зло, первым, кто с ним расправится, буду я.
Му Цзиньюнь сглотнул вязкую слюну, внезапно вспомнив, как во времена ухаживаний за Нин Цзяжуном тот любил козырять фразочкой мы, семья Нин. Теперь это казалось невероятной иронией, учитывая, что истинный хозяин семьи Нин сидит сейчас прямо рядом с ним.
Вскоре машина остановилась. У Му Цзиньюня оставалось еще столько недосказанного, но почему-то этот путь показался ему до обидного коротким.
— Не хочешь подняться со мной? — предложил он.
— Я без подарка, — ответил Нин Юйчжоу.
Му Цзиньюнь только глаза закатил:
— Нам с тобой друг от друга скрывать нечего, я пошел наверх.
Просидев добрую половину дня на диване, Му Цзиньюнь всё еще не мог отделаться от мысли о словах Нин Юйчжоу.
И его снекало любопытство.
Раз уж они не близко, то как Нин Юйчжоу умудрился с самого начала раскусить его проблемы и с ходу заявить, что Нин Цзяжун — его племянник?
http://bllate.org/book/28403/3432574
Готово:
