Чу Ваннань не ответил, лишь бросил на Е Чангуана многозначительный взгляд, словно говоря: «А сам как думаешь?»
— Ладно-ладно, с другом детства, с которым рос с малых лет, всегда всё по-другому.
Е Чангуан оробел, но с возмущением повернулся к другу:
— Сяо-Лю, дай сделать глоток из твоей бутылки!
— Я же просил не называть меня Сяо-Лю! — жалуясь, Сяо Цинлу протянул ему воду и не преминул напомнить: — Только не припадай губами к горлышку.
— У тебя что, тоже брезгливость?
Сяо Цинлу молча посмотрел на него:
— Неужели ты хочешь, чтобы я ел твои слюни?
Тьфу, от одного этого звука стало противно.
Оба парня одновременно передёрнули плечами.
— Ладно, будь по-твоему. — Е Чангуан согласился, а затем с молниеносной быстротой запрокинул голову и сделал огромный глоток. — Кайф!
— Е Чангуан, сукин ты сын! Если ты выпил всю воду, что пить мне?!
— Сходи попроси у брата Чу.
Пока они шумно препирались и толкались, к ним кто-то внезапно приближался.
Воспользовавшись моментом, пока те были заняты возней, Чу Ваннань почти осушил бутылку и уже отставил её в сторону. Он уперся локтями в колени и опустил голову, чтобы отдохнуть, когда перед ним вдруг легла тень.
К ним подошел капитан команды соперников — парень с отличными навыками игры в баскетбол и крепким телосеньем. Сейчас он в упор смотрел на Чу Ваннаня, а в его глазах читалось непреклонное намерение добиться своего.
— Тебя зовут Чу Ваннань? Давай добавим друг друга в вичат.
Для тех, кто играет в баскетбол, было вполне нормально: даже если раньше они не были знакомы, но после игры выяснялось, что кто-то играет хорошо, захотеть обменяться контактами в вичате, чтобы потом поддерживать связь. Никто не придал бы этому моменту особого значения — кроме Сяо Цинлу и Е Чангуана.
Они прекратили возню и переглянулись. Е Чангуан выразительно заиграл бровями, предвкушая зрелище с заразительным азартом.
Чу Ваннань не заметил их переглядываний. Он отставил в сторону бутылку с водой:
— Прости, я не люблю добавлять незнакомцев.
Получив отказ, капитан баскетбольной команды ничуть не упал духом:
— Тогда давай познакомимся прямо сейчас. Меня зовут Хань Ицзе, я учусь в Первой старшей школе, только что сдал выпускные экзамены, как и вы.
Он качнул рукой со смартфоном вперед:
— Теперь можно добавить?
Судя по его внешности и уверенной манере держаться, было очевидно, что в жизни этот парень привык быть в центре внимания. Получив отказ с самого начала, он испытал легкое раздражение, но интерес к Чу Ваннаню перевесил досаду, а холодное отношение собеседника лишь раззадорило его боевой дух.
Капитан баскетбольной команды улыбнулся с тайным смыслом, словно говоря: «Ты же понимаешь меня без слов»:
— Ты попробуй добавить. Глядишь, после этого поймешь, что мы с тобой одного поля ягоды.
Одного поля ягоды?
Сяо Цинлу ответил раньше, чем успел подумать:
— Оба мужики?
Улыбка капитана баскетбольной команды мгновенно застыла, и он посмотрел на Сяо Цинлу недобрым взглядом.
Сяо Цинлу вжался в плечи, но не успел ничего произнести, как сидевший рядом Чу Ваннань уже поднялся на ноги.
Он был выше того баскетболиста доброй на голову, с резкими чертами лица и пронзительным взглядом. Его безмолвная, но давящая аура заставляла сердца людей тяжелеть.
Капитан баскетбольной команды инстинктивно отступил на два шага назад и выдал в изумлении:
— Ты…
Чу Ваннань произнес:
— Мы с тобой не одного поля ягоды. Пожалуйста, отойди.
Сяо Цинлу, которого Чу Ваннань надежно заслонил своей спиной, выглянул из-за его плеча и покачал головой, заметив, как в глазах капитана промелькнула тень робости.
По его мнению, эти люди просто никогда не видели Чу Ваннаня с помрачневшим лицом. Иначе как можно было после одного лишь взгляда на столь свирепый вид испытывать внутренний трепет и при этом всё равно лезть за вичатом?
Мысли Сяо Цинлу унеслись невесть куда.
Хань Ицзе — такого имени он раньше не слышал. Видимо, этот парень, как и младшеклассники из прошлых сцен, был не более чем живой декорацией.
Куда бы ни пришел герой в книге, везде находились поклонники Чу Ваннаня: одни влюблялись с первого взгляда, другие очаровывались его чертами после долгого общения и начинали безнадежно сохнуть по нему.
Притяжение поистине магической силы.
Прямо как проклятие.
Чу Ваннань не проявил ни капли снисходительности. Капитан баскетбольной команды потерял лицо, и его лицо почернело:
— Ишь какой недоступный! Не хочешь добавлять — и не надо, больно нужен ты кому-то!
Если не нужен, так чего же не уходишь?
Мысленно съязвил Сяо Цинлу.
Капитан баскетбольной команды удалился с мрачной тучей на лице, а Чу Ваннань снова сел. Е Чангуан тут же закинул руку ему на шею и поддразнил:
— Ай да ты! Меньше чем за неделю уложил наповал мечты двух юношей.
Чу Ваннань пропустил его слова мимо ушей. Собираясь отвести взгляд после питья, он случайно заметил выражение лица Сяо Цинлу.
Его рука замерла на полпути, и он протянул бутылку с отвинченной крышкой прямо перед ним:
— Пей.
Он решил, что Сяо Цинлу всё еще хочет пить, но вода закончилась, поэтому у того и испортилось настроение.
Сяо Цинлу покачал головой:
— Не нужно, я не хочу.
Он просто-напросто переживал из-за развития сюжета.
Чу Ваннань внезапно подался вперед. Идеальное лицо, словно высеченное искусным скульптором, увеличилось прямо перед глазами — так близко, что можно было разглядеть каждую отдельную ресничку.
— Подожди, не двигайся, у тебя что-то в волосах, — произнес он.
Сяо Цинлу послушно опустил голову:
— Что такое?
Чу Ваннань подцепил пальцами соринку:
— Клочок бумаги, неизвестно откуда ветром нанесло.
Они находились непозволительно близко друг к другу, однако ни один из них не видел в таком расстоянии ничего странного.
— Я-то гадал, почему ты отказываешься добавлять меня в вичат, а оказывается, у тебя уже есть парень.
Раздалась насмешливая реплика.
Все трое повернули головы на звук. Так и не смирившись с отказом и вернувшись обратно, капитан баскетбольной команды стоял в двух метрах от них, скрестив руки на груди и холодно ухмыляясь.
Главным образом его взгляд был прикован к Сяо Цинлу, и в нем сквозила скрытая враждебность.
Сяо Цинлу: ?
Он огляделся по сторонам, убедился, что капитан смотрит именно на него, и ткнул пальцем в собственный грудь:
— Я?
Он — парень Чу Ваннаня?!
— Пф-ха-ха-ха-ха!
Е Чангуан выплеснул изо рта воду и согнулся пополам от смеха, не в силах разогнуться.
Взгляд баскетболиста стал еще более недоброжелательным.
Е Чангуан с трудом перевел дыхание, протиснулся между Сяо Цинлу и Чу Ваннанем, приобнял каждого за плечо, дважды кашлянул и с серьезным видом заявил капитану:
— Ты абсолютно прав, они состоят в романтических отношениях, к тому же родители с пеленок сосватали их друг другу. Через пару лет они сыграют свадьбу, так что у тебя нет ни единого шанса.
По мере того как капитан слушал этот бред, уверенное выражение лица на нем постепенно сменялось полным недоумением.
Он поскреб в затылке, скривил мину и уставился на Е Чангуана:
— Ты издеваешься надо мной?
Е Чангуан возразил:
— И в мыслях не было. Они вообще-то обычно даже спят… Ой-ой-ой, больно, больно, больно!
Е Чангуан мгновенно убрал руки, схватился за тыльную сторону ладони — из глаз чуть слезы не брызнули — и обиженно посмотрел на Сяо Цинлу. Тот как раз ущипнул его за кожу на руке и с чувством прокрутил на сто восемьдесят градусов.
Сяо Цинлу невозмутимо вернул руку на место:
— Не слушай его чушь.
Капитан баскетбольной команды перевел взгляд с него на Е Чангуана и фыркнул:
— То есть хочешь сказать, что ты не его парень?
Он перевел взгляд на Чу Ваннаня:
— Тогда почему ты не хочешь добавить меня в вичат?
Сяо Цинлу подумал про себя: «Это кто только что говорил, будто ему не нужно?»
Он стер мурашки с предплечий, находя эту сцену донельзя странной. Парень, который минуту назад заявлял, что ему никто не нужен, теперь вернулся с расспросами, напрочь забыв о недавнем унижении.
Хотя они виделись впервые, тот вел себя так, будто смертельно влюбился в Чу Ваннаня, и теперь цеплялся мертвой хваткой.
До чего ж жутко.
Сяо Цинлу молча сделал шаг назад, оставляя поле боя Чу Ваннаню, на лице которого уже проступало явное раздражение.
Чу Ваннань процедил:
— Потому что я не добавляю дураков. Особенно тех, кто не понимает человеческой речи. Теперь тебе понятно?
— Ты! — лицо капитана резко изменилось в цвете.
Чу Ваннань сохранял бесстрастие:
— Мне повторить еще раз?
Капитан баскетбольной команды кипел от досады, но даже его глаза видели, как сильно Чу Ваннань раздражен.
Только что зародившаяся юношеская симпатия — штука крепкая и хрупкая одновременно. Набраться наглости и вернуться было пределом его возможностей, а продолжать приставать дальше означало бы опуститься до уровня назойливого прилипалы.
Испорченный обидой, капитан выругался сквозь зубы и ушел. Сяо Цинлу заподозрил, что теперь этот типчик из вредности возненавидит еще и Чу Ваннаня.
Это сильно отличалось от бесконечных преследований со стороны поклонников из книги. Впрочем, книжный Чу Ваннань тоже отличался от реального: первый принимал ухаживания всех подряд, а на лбу второго разве что табличка не висела с надписью: «Не подходи, убью».
Сяо Цинлу погрузился в задумчивость, как вдруг кто-то легко шлепнул его по макушке. Он поднял голову.
Чу Ваннань ни капли не был задет выходкой баскетболиста:
— Хватит витать в облаках, давай собирать мячи и идти домой.
— Уже домой? — Е Чангуан слегка разочаровался, но тут же взглянул на часы и добавил: — Ладно, мне сегодня тоже нужно ужинать с семьей.
Е Чангуан помахал им на прощание.
Сяо Цинлу тоже взмахнул рукой.
Летняя ночь всегда наступает с опозданием, и ближе к шести часам солнце всё еще не спешило садиться за горизонт. Однако воздух заметно остыл. Друзья шли плечом к плечу по дороге домой, обдуваемые легким, приятным ветерком, который приносил долгожданную прохладу.
На душе у Сяо Цинлу тоже стало тихо и спокойно. У него появилось свободное время, чтобы мысленно оглянуться на события уходящей недели и выдохнуть с изумлением:
— Какая всё-таки фантастика.
Какая-то случайная книга, выхваченная с лотка, предсказала, что его друг детства превратится в ветреного серцееда, не отвергающего ничьих знаков внимания.
А в реальности словно сорвали какую-то печать, и к Чу Ваннаню один за другим начали признаваться в любви парни.
Сяо Цинлу скосил глаза. Снизу вверх линия челюсти Чу Ваннаня казалась четкой и резкой, высокие надбровные дуги, чуть глубоко посаженные глаза, прямой нос и красиво очерченные тонкие губы складывались в потрясающий профиль.
С таким ошеломляющим лицом его привлекательность для представителей своего пола казалась вполне объяснимой, верно?
Неуверенно подумал Сяо Цинлу, в конце концов, прекрасное притягательно вне зависимости от пола.
Его взгляд задержался слишком надолго, словно палящее солнце. Не дождавшись, пока Сяо Цинлу отведет глаза, Чу Ваннань тоже повернул голову:
— У меня на лице цветы распустились?
В отличие от ледяного тона при общении с капитаном баскетбольной команды, сейчас Чу Ваннань говорил обычным голосом, наполненным привычной, до боли знакомой теплотой. Даже его интонация смягчилась — так он разговаривал с ним всегда.
Они выросли вместе. Какими бы они ни казались окружающим, перед глазами друг друга они всегда оставались самими собой.
Из-за невероятной близости они научились улавливать малейшие изменения в настроении друг друга.
— Ты в последнее время сам не свой, — произнес Чу Ваннань.
Эта странность, казалось, началась еще неделю назад. Сначала он думал, что Сяо Цинлу просто не может привыкнуть к резкой перемене от насыщенной учебы к пугающей свободе выпускника, и через пару дней всё наладится. Но судя по сегодняшнему дню, Сяо Цинлу тревожило совсем другое.
http://bllate.org/book/28409/3433224
Готово:
