Юнь Фэй помрачнел взглядом, но быстро вернулся в прежнее состояние и непринужденно шагнул вперед, открывая дверь пассажирского сиденья.
— Ханьцин, ты долго ждал. — Юнь Фэй плотно закрыл дверь, слегка поправил одежду, закинул ногу на ногу, прикрывая разрез на подоле халата, и с легкой улыбкой посмотрел на сидевшего рядом альфу.
Чжоу Ханьцин еще когда Юнь Фэй только приближался, заметил этот банный халат; его брови едва заметно сошлись на переносице, после чего он спросил:
— Ну как, он действительно изменил?
Юнь Фэй кивнул, подперев подбородок рукой, и посмотрел на пейзаж за окном летательного аппарата:
— Да, расстались.
Чжоу Ханьцин на мгновение замер:
— Так быстро?
Наверное, он не верил, что Юнь Фэй поступит так решительно — они ведь встречались целый год, надеялся, что это просто слова со зла.
— Даже если другие не знают... — Юнь Фэй перевел взгляд на него. — Разве ты меня не знаешь?
Этот тон, казалось, намекавший, будто только им двоим ведомо нечто сокровенное, наполнил салон летательного аппарата странной, томной атмосферой.
Под пристальным взглядом его светло-карих глаз у Чжоу Ханьцина неожиданно запылали уши. Просидев так добрую половину минуты, он наконец пришел в себя, тихо кашлянул и неспешно запустил двигатель летательного аппарата.
— Ты прав.
Чжоу Ханьцин был соседом Юнь Фэя по комнате, и он действительно прекрасно понимал, что истинное лицо Юнь Фэя кардинально отличается от того образа, который тот демонстрирует окружающим.
Все в академии знали Юнь Фэя как хрупкого и мягкого человека; не поступи он на факультет альф, любой бы решил, что он омега, лишь уловив его феромоны, и еще удивлялся бы, почему эти феромоны не вызывают у него никаких чувств.
Но Чжоу Ханьцин знал, что Юнь Фэй совсем другой, он далеко не такой, каким его видят окружающие.
— Даже включая автопилот, не отвлекайся. — Скрестив руки на груди и откинувшись на спинку кресла, лениво напомнил Юнь Фэй.
Чжоу Ханьцин резко опомнился, чувствуя себя так, будто его поймали с поличным. В груди запылал огонь, но тут он вспомнил кое-что, что позволило ему быстро переключить внимание.
— Юнь Фэй, на следующей аттестации по управлению Меха тебе случайно не выпал Цзян Чжии?
Юнь Фэй продолжал смотреть в окно и в ответ лишь лениво угукнул.
Брови Чжоу Ханьцина тут же нахмурились:
— Этот Цзян Чжии в хороших отношениях с Шао Чу. Вы расстались, боюсь, Цзян Чжии тебе жизни не даст.
Цзян Чжии занимал вторую строчку в рейтинге курса по Меха, и победить его не удавалось практически никому.
Даже если кто-то и мог, вряд ли кто-то охотно согласился бы помогать Юнь Фэю.
— Разберемся, когда придет время, — небрежно бросил Юнь Фэй.
— ...Не переживай, я потом пойду и расспрошу Сун Цзя.
Сун Цзя занимал третье место на курсе по Меха, не уступая по силе Цзян Чжии, вот только в бою вечно чуть-чуть ему проигрывал.
Но если попросить его, при должных уговорах он наверняка согласится поменяться местами с Юнь Фэем и сразиться с Цзян Чжии.
Этот экзамен не был высечен в камне: при особых обстоятельствах, если удавалось найти замену и составить убедительную причину для преподавателя, существовал огромный шанс всё уладить.
Однако экзамен был крайне важным, и без крайней нужды никто бы не пожелал драться с заведомо превосходящим по силе противником.
Чжоу Ханьцин рядом хмурился от беспокойства, тогда как Юнь Фэй выглядел совершенно невозмутимым и просто считал магнитные бусины на воздушных трассах за окном.
Засмотревшись, он вдруг почувствовал мимолетное теплое касание сбоку от бедра, которое тут же исчезло.
Юнь Фэй повернул голову.
И увидел, как Чжоу Ханьцин, словно совершивший нечто предосудительное, стремительно отдернул руку.
Юнь Фэй: ?
Чжоу Ханьцин заикаясь произнес:
— Я... у тебя тут всё задралось, хотел поправить.
Юнь Фэй опустил взгляд: из-за того, что он закинул ногу на ногу, разрез халата разошелся еще сильнее, и нижняя его пола легла прямо на сиденье, полностью обнажая боковую часть бедра вплоть до самого основания.
Юнь Фэй невозмутимо изрек:
— Мы же оба альфы, чего тут такого.
Чжоу Ханьцин: ......
Чжоу Ханьцин и сам не понимал, что творит. Выдохнув, он сказал:
— Да, но я подумал: сейчас день, к тому же день возвращения в академию, на территории наверняка полно народу. Аппарат придется оставить на подземной парковке в задней части кампуса, до общежития еще топать и топать — ты же не пойдешь туда в таком виде.
Юнь Фэй протянул руку ладонью вперед:
— Есть верхняя одежда?
Чжоу Ханьцин: — Нет.
Юнь Фэй: — И что делать?
Чжоу Ханьцин: ........
Раз знал, что будут проблемы, почему нельзя было одеться нормально!
В конце концов Чжоу Ханьцин припарковал летательный аппарат в более уединенном месте и сбегал купить верхнюю одежду.
Юнь Фэй посмотрел на темно-зеленую вещь в пакете и брезгливо ее оттолкнул.
Он ненавидел зеленый цвет.
Чжоу Ханьцин заметил это и с упреком бросил:
— Откуда мне было знать, что ты не только овощи не ешь, но еще и зеленый цвет терпеть не можешь.
Юнь Фэй поднял руки и запахнулся в длинное пальто.
На самом деле этот оттенок зеленого шел ему невероятно: глубокий цвет не только делал его кожу еще белее, но и сглаживал присущую ему легкомысленность.
Пальто до колен скрыло халат практически целиком.
Юнь Фэй поднял изящное лицо, его длинные ресницы тихо трепетали над веками. Обычно он носил на лице мягкую улыбку, но сейчас, когда он не улыбался вовсе, это неожиданно привлекало еще больше внимания.
Эта холодность, казалось, подходила ему даже больше.
Чжоу Ханьцин украдкой задержал на нем взгляд, даже не заметив этого.
Лишь когда Юнь Фэй внезапно повернул к нему голову, он опомнился и судорожно принялся делать вид, будто заводит двигатель.
— У меня что-то на лице? — Юнь Фэй провел пальцами по щеке.
Чжоу Ханьцин опустил голову еще ниже и сбивчиво пробормотал:
— Эм, нет... — Он уже собирался что-то добавить, но, словно найдя способ сменить тему, уставился на чистую и прозрачную стеклянную бусину-серьгу в левом ухе Юнь Фэя и выпалил: — Отличная серьга, где купил?
Стекло было самым дешевым материалом, но эта вещица на Юнь Фэе явно выделялась: мало того, что она была необычайно чистой, так еще и ее поверхность отличалась удивительной тонкостью и блеском.
На свету она отливала слабыми переливами.
Чжоу Ханьцин спросил об этом просто к слову, но взгляд Юнь Фэя слегка замер. Он невольно перевел глаза на оконное стекло, в котором смутно отражалась та самая стеклянная бусина с едва заметными цветными бликами.
http://bllate.org/book/28461/3441028
Готово:
