Готовый перевод The Princess and the Witch's Embrace / Принцесса и ведьма: сладкий плен: Глава 14

Это был вопрос, который она старательно обходила стороной.

Что, если Вильветт предложит уйти?..

Жуль теребила нежный росток в руке, и желтовато-зелёный сок просачивался сквозь узоры её пальцев.

— Жуль, о чём ты думаешь?

Девушка откинулась назад, опираясь руками о землю, свободно вытянув и скрестив ноги, прикрыв глаза и запрокинув голову навстречу солнцу.

Сегодня выдался редкий солнечный день. Зимнее солнце не обжигало, но светило достаточно ярко.

Послушные пряди послушно спадали вслед за движениями девушки, а их мягкие кончики раскинулись на пледе для пикника.

Несколько непослушных волосков торчали вразнобой, преломляя в лучах золотистый свет.

Жуль повернула голову направо и видела лишь профиль девушки. В этот момент уголки её губ чуть приподнялись, длинные ресницы изогнулись красивым полукругом, а белое платье излучало на солнце мягкое и туманное сияние, словно вся она была окутана слоем органзы.

Холодная женщина на мгновение замерла, отвела взгляд и перевела его на правую руку, лежавшую на расстоянии ладони от крошечной ручки девушки, после чего произнесла:

— Я думаю о том, сколько времени ты ещё будешь со мной.

Девушка открыла глаза, встретившись взглядом с бледно-серыми радужками — это были глаза, излучавшие вечную прохладу, в которой сейчас поумерилось ледяное выражение.

— Я всегда буду рядом с тобой. — Она моргнула. — Может быть, шестьдесят лет? Или семьдесят?

С этими словами Вильветт слегка опустила веки, подняла правую руку и загнутым мизинцем отвела прядь волос от уголка рта: — Просто, когда я состарюсь, я, пожалуй, уже не буду поспевать за тобой.

Указательный палец Жуль чуть скользнул по ткани пледа.

— Нет.

Она сменила тему:

— Хочешь спуститься к подножию горы погулять?

Вильветт легла на спину.

— Не хочу.

Она повернулась набок, подложив руку под ухо, похлопала по свободному месту рядом с собой и, слегка прищурившись, с улыбкой произнесла:

— Составь мне компанию, подремлем после обеда.

Привыкшая к этому Жуль легла рядом, тоже повернувшись к ней лицом, и прямые чёрные волосы от её движения плавно соскользнули с плеча, прильнув к уху и линии подбородка.

Было немного щекотно. Жуль попыталась смахнуть их рукой, но чужая ладонь уже опередила её, и по щеке пробежало лёгкое щекочущее ощущение.

Рука девушки оказалась чуть выше щеки женщины, пальцы свободно свесились вниз, кончиками легко касаясь нежной кожи, а ногти, скользя по волосам, медленно двинулись к уху.

Заведя прядь за ухо, подушечка указательного пальца привычно и тщательно обвела ушную раковину снизу вверх, медленно провела вниз к мочке, кончик пальца сделал круговое движение по круглой мочке и продолжил путь дальше...

Её запястье перехватили.

Вильветт подняла взгляд на глаза Жуль.

— Щекотно.

— Хорошо. — Девушка озарила лицо сияющей улыбкой.

Жуль разжала пальцы, а Вильветт перехватила её запястье обратным движением, завела ей руку за поясницу и чуть подалась вперёд.

Уложив руку на талию девушки, Жуль невольно сжала ладонь.

Вильветт уткнулась лицом в шею Жуль под самым подбородком, тоже обняла её за талию, зевнула и лениво произнесла:

— Спать.

Солнце светило в самый раз, зимой недоставало стрекотания насекомых и щебетания птиц, и весь мир казался настолько тихим, будто в нём остались лишь обнимающие друг друга во сне они вдвоём.

Когда Лилит, ступая по сухим веткам, поднялась на вершину горы, перед ней предвела именно такая тёплая картина.

Не желая мешать, она присела прямо на землю, обхватила руками стоявшую на коленях корзинку с овощами и замерла, уперевшись в крышку подбородком.

Казалось, Жуль никогда не менялась: сколько Лилит себя помнила, Жуль всегда оставалась такой же красивой. Тётушки, которые в прошлом были её ровесницами, теперь превратились в женщин средних лет, а она по-прежнему оставалась такой же молодой.

Ведьма.

В городке все звали её именно так.

Жуль поняла, что Лилит пришла, ещё до того, как та подошла близко. Открыв глаза, она увидела, что замершая девушка сидит под сухим деревом с озадаченным выражением лица, очевидно размышляя о чём-то.

Заметив, что Вильветт всё ещё спит, она не стала издавать звуков.

К счастью, вскоре Вильветт проснулась.

Она потянулась, снова крепко обняла Жуль, словно какую-то большую мягкую игрушку.

Увидев это, Лилит поднялась с корзинкой в руках, стряхнула пыль с задницы и направилась к ним.

Заметив гостью, Вильветт уставилась на корзинку с некоторым недоумением:

— Лилит? Почему ты пришла сегодня?

После возвращения Жуль велела владелице лавки больше не присылать еду на гору, но та всё равно каждую неделю готовила что-нибудь вкусное и передавала наверх. А поскольку Лилит то и дело наведывалась на гору поиграть с Вильветт, обязанность носить угощения в конце концов легла на её плечи.

Однако позавчера Лилит уже приносила еду.

Подойдя к ним, Лилит без церемоний уселась по-турецки напротив, оперлась локтями о колени и огорчённо произнесла:

— Мы с мамой уходим.

Она потянула Вильветт за руку и покачала её:

— Вильветт, мне так жаль расставаться с тобой и Жуль.

Вильветт нахмурилась:

— Куда вы отправляетесь?

Лилит отпустила её руку и потёрла лицо обеими ладонями:

— Не знаю, мама ничего не говорила, только и делала, что собирала вещи.

— Почему вы уходите? — спросила Жуль.

Лилит покачала головой.

Жуль посмотрела на Вильветт:

— Спустимся с горы, попрощаемся с Жули?

Лилит торопливо замахала руками:

— Не ходите туда, мама сказала, что поднимется к нам, как только всё соберёт.

Пока они разговаривали, вдали показалась чья-то фигура.

За хозяйкой лавки за плечами висел лишь один узел с вещами.

Все поднялись на ноги. Хозяйка приблизилась и с некоторым сожалением посмотрела на них обеих.

Протянув сверток Жуль, она мягко улыбнулась:

— Гостья, это любимые сладости Вильветт, срок годности — один месяц.

Жуль молча приняла их.

Тогда Жули перевела взгляд на Вильветт, словно глядя на собственную дочь, и вздохнула:

— Помню, когда я впервые увидела тебя, ты была совсем крошкой, а теперь выросла в большую девушку.

Вильветт послушно и мягко улыбнулась.

Жули продолжила наставлять:

— Можно съедать только по одному кусочку в день.

Впрочем, она знала, что Жуль тоже будет за этим следить, но, расставаясь с ребёнком, о котором заботилась столько лет, она не могла не поворчать напоследок.

Атмосфера прощания повисла между ними.

Жуль нарушила тишину:

— Почему вы уходите так внезапно?

Жули вздохнула, и на её испитом морщинами лице промелькнула тень страха:

— По правде говоря, многие жители городка уже съехали.

Оказалось, что никто не знал почему, но люди в городке один за другим умирали от самых разных несчастных случаев. И если вдуматься, эти происшествия казались до нелепого странными: кто-то утонул в луже, кто-то свалился в отхожее место... Но поскольку следов чьего-то злого умысла обнаружить не удавалось, все просто списывали случившееся на несчастные случаи.

http://bllate.org/book/28535/3449586