Готовый перевод Oops! Turns Out I'm the Popular One [Transmigration] / Ой! Оказывается, я здесь главный любимчик: Глава 3

Сяо Хуан, видя, что Режиссер Ню выглядит так, будто его убедили комментарии летящего экрана, тоже расплылся в улыбке. Он посмотрел на монитор, где двое участников замерли в противостоянии, и хихикнул — да так зловеще, что аж мурашки по коже!

Шэнь Мунань и Сан Юю: раньше один держался так, будто вокруг никого нет, и всё воспринимал как пустоту, а вторая, не желая оставаться в тени, непременно лезла на рожон. Один наступал, другая отступала, и казалось, между ними ни за что не вспыхнет искра.

Но внезапно атмосфера между ними изменилась. Стоило Сан Юю бросить фразу про зависть, злость и ненависть, как взгляд Шэнь Мунаня переменился.

Всё выглядело так, будто в игре-перестрелке один участник всё время палил по сопернику, а тот лишь уворачивался — оттого и состязание казалось смертельно скучным.

Но стоило уворачивавшемуся прекратить прятаться, развернуться и взять оппонента на прицел, как в воздухе тут же запахло порохом, верно?

Именно в таком положении Шэнь Мунань и Сан Юю находились сейчас. Столкнувшись с прямой провокацией, Шэнь Мунань впервые удостоил Сан Юю внимательным взглядом. И пусть никто не знал, как всё обернется в будущем, их общая история только что началась.

Сяо Хуан глуповато ухмылялся — он был так счастлив, будто уже предвкушал взлет собственной карьеры.

Что самое главное для режиссера-постановщика? Разумеется, сюжетный конфликт! Особенно в развлекательном шоу: если обойтись без столкновений и все будут вести себя излишне вежливо и мило, такая передача неминуженно провалится.

Есть конфликт — будет обсуждение, есть обсуждение — будут рейтинги. Таково первое незыблемое правило создания любого реалити-шоу.

Поэтому, глядя сейчас на Шэнь Мунаня и Сан Юю, Сяо Хуан чувствовал себя голодной мышей, добравшейся до рисового амбара — его глаза так и горели. Эти двое станут неисчерпаемым источником его вдохновения!

Режиссер Ню не обращал внимания на дурацкую улыбку Сяо Хуана и лишь толкнул локтем второго режиссера:

— Трансляцию продолжаем. Общественное мнение в сети пока не трогаем. Раз уж наш девиз — это искренность, так давайте покажем зрителям самую настоящую правду!

Второй режиссер отозвался коротким «есть» и поспешил передать указание остальным. Правда, разворачиваясь, он, кажется, услышал, как Режиссер Ню тихо пробормотал себе под нос:

— Директор Шэнь, прости меня, но Платформа Тата — твоя собственная, так что ты ведь стерпишь ради родного шоу небольшую обиду, верно?

Бросив эту фразу, Сан Юю украдкой огляделся по сторонам и, заметив, что стрекотание цикад и щебетание птиц по-прежнему сливаются в непрерывный хор, а легкий летний верочек все так же колышет пряди его волос, наконец-то позволил своему взволнованному сердцу опуститься на место.

Похоже, он не прогадал.

Но почему же стоявший напротив мужчина выглядел совсем не так, как он себе представлял? Почему Шэнь Мунань смотрел на него *так*?

От этого взгляда веяло таким ужасом, словно леопард заприметил свою жертву.

Хотя шоу «Бесконечная любовь» значилось развлекательной программой класса S+ на Тата Видео, для Шэнь Мунаня оно было лишь рядовым проектом дочерней компании. Главной причиной, по которой он вообще согласился в нем участвовать, была мать.

Госпожа Шэнь являлась преданной поклонницей «Бесконечной любви» (ее прежнее название звучало как «Бесконечная влюбленность»). Помимо игры в маджонг, ее главным увлечением в жизни были телевизионные шоу, причем романтические реалити-проект неизменно стояли у нее на первом месте.

Причина крылась в ее никчемном сыне, которому уже почти стукнуло тридцать, а он всё еще оставался девственником от рождения.

В студенческие годы он отговаривался учебой и тем, что нельзя отвлекаться, а едва начав работать, отмахивался тем, что только принял компанию и у него нет времени на амурные дела.

Глядя на то, как за минувшие годы капитализация их семейного бизнеса выросла во много раз, а ее собственный сын при этом не сходил ни на одно свидание и даже намека не подавал на желание найти вторую половинку, госпожа Шэнь просто не находила себе места от беспокойства.

Как раз вовремя она узнала, что создатели «Бесконечной влюбленности» запускают сезон с обычными людьми. Разве это не идеальный шанс помочь Шэнь Мунаню устроить личную жизнь?

Недолго думая, она разыскала родного младшего брата, выступавшего продюсером программы, и пригрозила любыми путями втиснуть Шэнь Мунаня в список участников.

Мать Шэнь звали Юань Линь, а дядю — Юань Пэй. Разница в возрасте между сестрой и братом составляла целых восемьнадцать лет, они никогда не росли вместе, и к тому времени, как дядя Юань пошел в начальную школу, госпожа Шэнь уже вышла замуж и обзавелась ребенком.

А когда родился Шэнь Мунань, корпорация семьи Шэнь как раз собиралась расширять бизнес за рубежом, поэтому родители отправили малыша на воспитание в дом семьи Юань.

Можно сказать, что дядя Юань и Шэнь Мунань росли вместе. И хотя они вечно пикировались друг с другом, их связывали поистине прекрасные отношения.

Госпожа Шэнь в лепешку разбилась ради своего сына. Поначалу дядя Юань ни в какую не хотел уступать — он сам был тем еще гулякой-одиночкой и разве мог позволить себе подставлять собственного племянника? На все мольбы сестры он отвечал глухим отказом.

Но кем была госпожа Шэнь?

Она не только управлялась с корпорацией семьи Юань до того, как ее младший брат повзрослел, но и помогала мужу завоевывать позиции на заморских рынках. И пусть сейчас она устала и отошла от дел, найти управу на такого повесу, как дядя Юань, для нее было проще простого.

Она прямо заявила брату: если он не поможет ей с этим делом, она вернется к родителям и расскажет им, что это именно дядя Юань испортил Шэнь Мунаня, а после этого пусть дядя Юань ждет бесконечной череды свиданий вслепую.

Стоит отметить, что устроенная личная жизнь дяди Юаня тоже была занозой в сердце четы Юань.

Дяде Юаню исполнилось уже тридцать шесть, а он всё продолжал околачиваться черт знает где. К чему было рождаться с такой смазливой физиономией, если остепениться он так и не смог? Старики Юань из-за этого ни разу не упускали возможности отчитать его.

Руководствуясь принципом «пусть лучше погибнет товарищ, чем я сам», дядя Юань с легкостью обвел племянника вокруг пальца, заставив того согласиться на участие в шоу, после чего тут же испарился в неизвестном направлении, не оставив ни следа. В итоге попавший в ловушку Шэнь Мунань даже не мог отыскать виновника, чтобы отомстить.

Именно поэтому с самого начала съемок Шэнь Мунань ко всему происходящему относился с абсолютным равнодушием. Он желал лишь одного — чтобы этот балаган и сами съемки поскорее закончились.

Что же до остальных — тех, кто пытался завязать с ним общение, или тех, кто питал к нему скрытую враждебность, — ему было совершенно всё равно. Когда проект завершится, их пути больше никогда не пересекутся, и он даже имен остальных участников толком не запомнил, потому что не видел в этом никакой нужды.

Но теперь у него неожиданно возникло желание получше узнать одного человека.

Почему этот молодой человек по имени Сан Юю в одно мгновение словно переродился?

Глава 3

Столкнувшись с пронзительным взглядом Шэнь Мунаня, Сан Юю постоянно чувствовал себя так, будто этот мужчина видел его насквозь. Перед этим рослым парнем он ощущал себя совершенно голым. Скажите на милость, откуда вообще берется это жуткое чувство стыда, будто бегаешь голышом!

И пусть в реальной жизни он был типичным наивным студентом с налетом глуповатости, круглым дураком он всё же не являлся — его уровень интеллекта и эмоционального восприятия находился выше средних показателей, поэтому перемену в давлении, исходившем от собеседника, он уловил сразу.

Рассудив, что раз уж эта сюжетная точка пройдена, он наверняка больше не понадобится, парень решил, что лучше всего будет незаметно слинять.

— Э-э, ну тогда я пойду внутрь? Пока!

Завернув за угол и скрывшись из поля зрения Шэнь Мунаня, Сан Юю перевел долгий, облегченный дух. Но тут же в памяти всплыл его собственный нелепый вид при расставании.

Погодите-ка, он ведь только что сломал свой образ, да?

Разве тот Сан Юю из оригинальной книги стал бы прощаться с Шэнь Мунанем при уходе, да еще и добавлять напоследок такое беспечное «пока»?

Конец.

В голове Сан Юю творился полный кавардак. Он принялся то лихорадочно, то едва касаясь, биться лбом о стену.

Однако в следующую секунду он резко замер. Ему вспомнилось, что пространство вокруг, кажется, не замирало. Значит ли это, что за рамками сюжета, описанного в книге, ему позволено делать всё что угодно, и никакие отступления от характера не страшны?

— Точно, непременно так и есть!

Сан Юю ударил левым кулаком по ладони правой руки и, не рассчитав силу, шлепнул так громко, что правая ладонь моментально покраснела.

— Ай, больно!

Тело прежнего владельца с малых лет было окружено изнеженной заботой, тяжелой работы оно не знало, а потому кожа отличалась невероятной нежностью. Стоило чуть сильнее приложить руку, как ладонь тут же зажгло огнем.

Превозмогая боль, Сан Юю принялся кружиться на месте и трясти правой рукой, пытаясь хоть как-то притупить неприятные ощущения. Кто же знал, что в этот самый момент его за этим занятием застанет Сюй Цинь, только что вышедшая наружу.

Сюй Цинь появилась здесь в поисках Шэнь Мунаня, но, столкнувшись нос к носу с Сан Юю, сделать вид, будто никого не заметила, и просто пройти мимо было бы неловко, поэтому ей пришлось остановиться.

Поведение Сан Юю выглядело поистине странным и сбивало с толку. К тому же, вспоминая их общение в предыдущие дни, она считала этого паренька человеком сложным в общении, а потому какое-то время не решалась заговорить первой.

Так что, закончив свой дурацкий танец с вращением, Сан Юю внезапно обнаружил позади себя фигуру и от неожиданности едва не подскочил на месте.

Инстинктивно отпрянув назад на пару шагов, он совсем забыл, что прямо там находились ступеньки. Осознать, что под ногами пустота, было уже поздно.

Оставалось лишь смириться с неизбежным падением. Он даже успел принять нужную позу: скрестил руки на груди и крепко зажмурился, выражая готовность героически встретить неизбежное.

Он отчетливо чувствовал, как тело неуправляемо летит вниз, рассекаемый гравитацией воздух свистел в ушах, до него уже доносился запах сырости, свежей травы и принесенный ветром прохладный хвойный аромат, который в одно мгновение перенес его из знойного лета в суровую зиму, завывая северным ветром...

Стоп, чтó за бред, на дворе июль, откуда здесь запах хвои, да и в субтропиках сроду не водились никакие хвойные леса?

И почему эта земля под ним одновременно такая мягкая и твердая? Даже с уложенным газоном ощущения совсем другие!

— Сколько еще ты собираешься валяться на мне?

Стоило Сан Юю вежливо попрощаться и удалиться, как по обе стороны экрана трансляции воцарилась гробовая тишина. Зрители никак не могли взять в толк: почему парень, который еще секунду назад излучал презрение ко всему миру, вдруг в одно мгновение переменился до неузнаваемости и даже удосужился попрощаться перед уходом!

Невозможно, абсолютная неправда! Должно быть, у них у всех разом на секунду ослепли глаза и отказали уши, ведь Сан Юю просто не мог быть таким вежливым человеком.

Поскольку поиск Сан Юю входил в наказание Шэнь Мунаня, камера трансляции неотступно следовала за Шэнь Мунанем — пока он стоял на месте, операторы тоже не двигались.

Поэтому в следующий отрезок времени зрители трансляции воочию наблюдали за тем, как на неизменно спокойном, лишенном всяких эмоций лице Шэнь Мунаня промелькнуло совсем другое выражение.

Пусть он лишь едва заметно приподнял бровь, для публики это уже стало шоком. Стоит напомнить, что даже во время сегодняшнего свидания с Сюй Цинь Шэнь Мунань сохранял вид человека, которого абсолютно ничего не касается.

Никаких эмоциональных колебаний, словно робот — именно так характеризовали Шэнь Мунаня все зрители «Бесконечной любви» и съемочная группа.

И пока аудитория еще не оправилась от двойного потрясения, преподнесенного Сан Юю и Шэнь Мунанем, картинка на экране резко сменилась, и они увидели мирно покоящийся труп... то есть, нет, человеческое тело, которое с молниеносной быстротой валилось прямо на Шэнь Мунаня.

http://bllate.org/book/28588/3455986