Готовый перевод The Ascendant's Fall / Падение высокомерия: Одержимость омеги: Глава 5

Чжао Сянъюй заплакал — от боли.

— Сотрудничество — это не так уж и плохо, в конце концов, нам в любом случае нужны поставщики.

Ротанговая трость сломалась, но Чжао Юйтин даже не изменился в лице. Он невозмутимо поправил закатанные рукава:

— Продукцию одной компании господина У неоднократно снимали с продажи из-за добавления запрещенных веществ, а некий господин Хэ был оштрафован за уклонение от налогов. Ты правда считаешь, что с ними можно сотрудничать?

Чжао Сянъюй наконец перестал плакать:

— Брат, я правда понял свою ошибку. Но падение акций — это не моя вина! Если кого и винить, так это того утенка… сотрудника Сицзяньюэ. Это он болтал всякое, это он подал жалобу, из-за чего меня и повязали.

Чжао Юйтина от глупости собственного брата разобрал смех. Подобные мелочи никак не могли повлиять на котировки акций, это было просто случайное совпадение, не имеющее к нынешнему инциденту никакого отношения.

— Уходи. Полмесяца не выходить из дома.

Чжао Сянъюй пробормотал:

— Понял. Мне всё равно нужно лечиться не меньше полумесяца, даже если бы ты разрешил выйти, мне было бы стыдно показываться людям.

Скрипя зубами, он дошел до двери, снова заглянул внутрь и тайком отпихнул обломок ротанговой трости:

— Брат, а тот… ну, как его, Цинфэн, почему ты привел его к нам?

— Цинфэн?

— Ну, тот, что внизу.

— У меня свои планы, тебе не нужно знать слишком много.

В кабинете снова воцарилась тишина. Чжао Юйтин сидел перед компьютером. Появление Ли Юйюй было слишком уж подозрительным: сначала он вышел на Чжао Сянъюя, а теперь впутал и самого Юйтина. За этим человеком явно кто-то стоит, и немало постарался.

За эти годы ему пытались навязать столько людей — не меньше восьми, а то и десяти. Разные красавицы, звезды, интернет-знаменитости, мужчины, женщины, зрелые, невинные — кого только не присылали, но Чжао Юйтин никогда не давал им ни единого шанса.

Линхай далеко не так благополучна, как кажется со стороны. Внутри компании процветают интриги и деление на группировки. Несколько акционеров, которые были с дедом еще во времена основания Линхай, остались недовольны тем, что власть перешла к Чжао Юйтину, и выдвинули против него его второго дядю — Чжао Сюня.

Чжао Сюнь, рожденный дедом от женщины на стороне, был всего на семь лет старше Чжао Юйтина. Несколько лет он вел себя тихо, стараясь не привлекать внимания, но последние пару лет стал постоянно появляться на заседаниях совета директоров. Он уже неоднократно подсылал к Чжао Юйтину своих людей, но тот каждый раз хладнокровно их устранял. Ли Юйюй, скорее всего, тоже дело его рук.

Чжао Юйтин пришел к выводу: Чжао Сянъюй, прикрываясь его именем, договорился о встрече с господином У и остальными. Чжао Сюнь узнал об этом и, ошибочно решив, что на встречу придет сам Чжао Юйтин, подослал Ли Юйюй. А тот, в последний момент поняв, что ошибся человеком, был вынужден подать жалобу.

Если не получается воздействовать внутри компании, значит, выбрана обходная тактика. Стоит отослать этого — Чжао Сюнь пришлет следующего.В следующий раз неизвестно, улыбнется ли этому глупцу Чжао Сянъюй такая же удача. Раз уж так сложилось, Ли Юйюй лучше оставить здесь: с одной стороны, это успокоит Чжао Сюня и позволит держать врага под самым носом, а с другой — в последнее время дел невпроворот, и возиться с воспитанием Чжао Сянъюя некогда.

Раздался звонок от Чжэн Сююаня:

— Господин, человек, опубликовавший видео, уже установлен — это некий Цай. Наши люди обнаружили в его телефоне еще одну запись.

Видео переслали на телефон Чжао Юйтина. Главным героем на нем был Чжао Сянъюй: он курил и пил, а в левом нижнем углу экрана какого-то смельчака-мальчишку кто-то обнимал и страстно целовал.

Приблизивив изображение, они убедились, что это Ли Юйюй. Чжао Сянъюй и некий господин У наблюдали, как Ли Юйюй целуется с другим мужчиной — все в этой сцене было донельзя абсурдным, распутным и грязным. Чжао Юйтин в мгновение ока ударил по кнопке удаления, чувствуя, будто его глаза осквернили.

Ли Юйюй отыскал тряпку и вымыл все вдоль и поперек. Уставший и голодный, он рухнул на узкую кровать и тяжело вздохнул.Телефон и кошелек остались в Сицзяньюэ. Снаружи царила абсолютная тишина. Окно подсобки выходило прямо на сад, где газонные фонари источали тусклый мертвенно-зеленый свет. Ли Юйюй погладил себя по животу:

— Интересно, сколько времени? Ужасно хочется есть.

Зная заранее, попросил бы у тетушки хоть какой-нибудь еды, а теперь она, наверное, уже спит.

В подсобке было электричество, но отсутствовала вода. Сходив в сад за ведром холодной воды, он кое-как принял душ — от ледяной воды начала зимы его всего колотило. Одежда была той самой рабочей формой, в которой он пришел из Сицзяньюэ. Теперь, сняв ее, он только заметил, насколько она нескромная. Молча натянув свои ношенные трусы, Ли Юйюй поверх надел большое пальто Чжао Юйтина, а рубашку наскоро постирал и повесил сушиться на вешалку.

После душа стало еще холоднее, а вместе с холодом усилился голод. Ли Юйюй направился к фасаду виллы, бормоча про себя:

— Живой человек с голоду не умрет. Управляющий Чи ведь наверняка не спит? Попрошу у него что-нибудь поесть, а если он уже заснул — зайду на кухню, поищу съестное. Это не воровство, это взаймы.

Вилла оказалась поистине огромной. Обойдя сад в поисках главного входа и накрутив так два круга, он так и не смог найти черный ход — не могло же его совсем не быть. Парадная дверь была наглухо закрыта, и стучать в нее сейчас означало рискнуть разбудить Чжао Юйтина, но хуже того — нарваться на Чжао Сянъюя, а лишние проблемы ни к чему. Решив, что худой мир лучше доброй ссоры, Ли Юйюй повернул назад тем же путем в надежде придумать что-то еще.

Хотя он шел строго обратно, на этот раз найти подсобку никак не получалось. Сад был огромным, ночью видимость оставляла желать лучшего, и Ли Юйюй, продолжая петлять, свернул вправо и пошел вперед. В самой дальней комнате правого крыла горел свет, и дверь от легкого толчка приоткрылась.

Ли Юйюй заглянул внутрь — в просторном помещении никого не было видно. За первой комнатой обнаружилась вторая, смежная, и Ли Юйюй вежливо произнес:

— Здравствуйте, извините за беспокойство, скажите, пожалуйста…Человек подошел к входу в апартаменты, и разговор сам собой затих. Чжао Юйтин стоял перед силовой рамой с обнаженным торсом, развивая силу рук. Свет падал на его тело — нельзя было не признать, что без жилетки и рубашки фигура у него была великолепная: мышцы не сказать чтобы чрезмерные, живот подтянутый, в руках чувствовалась огромная мощь, а мелкие капельки пота искривились в лучах света. Ли Юйюй хотел уйти, но было уже поздно.

Холодный приказ Чжао Юйтина прозвучал надменно:

— Что ты здесь ищешь? Убирайся.

— Извините, я заблудился. Я ничего не собирался искать, просто хотел раздобыть поесть.

Чжао Юйтин взял полотенце, чтобы вытереться. Движения его были резкими, а взгляд — ледяным:

— Слишком избитый предлог. Банальный отброс.

— Нет, я правда заблудился, здесь слишком огромный дом. К тому же я не отброс, я все еще студент.

Чжао Юйтин набросил халат:

— Играешь неплохо.

— Наверное, никто не любит с вами разговаривать, общаться с вами — такой тяжелый труд. Я действительно не мог найти дорогу и хотел попросить у управляющего Чи какой-нибудь еды. Я очень голоден, а когда голоден, не могу уснуть.

Чжао Юйтин искоса взглянул на Ли Юйюя. Присланный в этот раз человек оказался сообразительнее предыдущих: прошлую секретаршу из приемной, которая нарочно опрокинула на него кофе, уволили на месте, заставив компенсировать компании комплект лимитированных кофейных чашек в придачу к сшитому на заказ костюму.

Та секретарша уходила рыдая и подписывая бумаги; а та, что была перед ней, в столовой компании притворилась, будто подвернула ногу, и упала на него — ее перевели чистить овощи на кухню, где она не продержалась и двух недель и уволилась по собственному желанию.

Очевидно, этот претендент стоял на ступеньку выше предыдущих, и его целью было намеренно разозлить его и привлечь к себе внимание.

Чжао Юйтин отвел взгляд:

— Кажется, твоя одежда похожа на мою.

Распознав в его словах насмешку, Ли Юйюй невозмутимо ответил:

— Вовсе не похожа, это и есть твоя. Твой помощник выбросил ее, а я подобрал. Ты ведь не собираешься ее забирать? Она такая дорогая, мне было бы жалко ее выбрасывать.

— Сними.

Ли Юйюй слегка опешил:

— А? Она тебе еще нужна?

— У меня нет привычки делиться одеждой с кем-либо. А теперь сними ее.

Судя по его тону, он не шутил. Но под крышей чужого дома приходится прогибаться, когда это необходимо, поэтому Ли Юйюй в два счета расстегнул пуговицы, скинул пальто, зашел за спину к Чжао Юйтину и набросил ему на плечи:

— Возвращаю.

Чжао Юйтин резким движением отпрянул в сторону, и одежда упала к его ногам. Увидев стоявшего без пальто Ли Юйюя в одних трусах, он нахмурился:

— Сицзяньюэ научил тебя только этому? Твои профессиональные навыки требуют улучшения.

Выходец из Сицзяньюэ, грязный представитель низов, пропитавшийся насквозь этой выгребной ямой — в глазах Чжао Юйтина тот был лишь воплощением грязи и коварства.

Чем лучше актерская игра, тем изощреннее коварство. Ради достижения целей такие люди готовы на любые ухищрения, поэтому оценка, которую Чжао Юйтин дал Ли Юйюю, звучала так: вульгарный, легкомысленный и расчетливый интриган.

Лишившись тепла пальто, кожа соприкоснулась с холодным воздухом, и Ли Юйюй не удержался от чихания. Скрестив руки на груди, он прямо посмотрел на Чжао Юйтин и прочитал в его взгляде отвращение, брезгливость и желание держаться подальше. Ли Юйюя от злобы даже пробрало на смех:

— Чему меня научил? Я не понимаю, о чем ты говоришь. Господин Чжао, если хочешь что-то сказать, говори прямо.

Чжао Юйтин отпихнул одежду обратно:

— Она грязная, мне не нужна. Надень ее и не оскорбляй мои глаза.

Этот высокомерный тон, этот взгляд, словно он смотрит на какую-то мерзость, разозлили Ли Юйюя настолько, что он без всякой гордости подобрал пальто и натянул его на себя:

— Воздух здесь тоже грязный, так что не дыши им.

Все эти его мелкие уловки были детскими и смехотворными. Чжао Юйтин холодно спросил:

— Сейчас час ночи. Объясни мне, что ты в конце концов ищешь?

Желудок некстати издал голодный протест, и Ли Юйюй покраснел до самых ушей. Но тут же подумал: с чего бы ему краснеть? Он пришел сюда с определенной целью, а вовсе не для того, чтобы соблазнять Чжао Юйтина.

И он ответил с полной невозмутимостью:

— Я же говорил: я просто проголодался и искал еду. Я не знал, где находится кухня, и не знал, в какой комнате живет управляющий Чи, поэтому случайно забрел сюда.

Чжао Юйтин прошел мимо него, слегка повернувшись боком:

— За мной.

Ли Юйюй трусцой семенил следом и невзначай споткнулся о гантель, по инерции бросившись на Чжао Юйтина. Тот не успел увернуться, и его буквально завалили в объятия.

Почти мгновенно Чжао Юйтин оттолкнул Ли Юйюя, зашагал широкими шагами вперед, а голос его замерз от холода:

— Оставь свои грязные штучки. И не отставай.

Чжао Юйтин решительно оттолкнул Ли Юйюя, позволив тому упасть плашмя на пол.

Преодолевая физическое отвращение от телесного контакта, он довел его до кухни и тут же развернулся, чтобы уйти.

Ли Юйюй поблагодарил его в спину:

— Спасибо. Я сам приготовлю, не нужно будить остальных. Господин Чжао, ты голоден? Хочешь, я сварю порцию и для тебя?

Однако Чжао Юйтин не стал слушать его благодарности и широким шагом направился наверх.

Заносчивый, грубый, самовлюбленный — мысленно выругался Ли Юйюй.

Двадцать минут спустя Ли Юйюй наслаждался своим сегодняшним ужином: лапшой с куриным супом и трепангом.

Новый день начался для Ли Юйюя с того, что его разбудил настойчивый стук в дверь. В кладовой не было ни кондиционера, ни отопления, так что за ночь его ноги озябли донельзя. Закутавшись в одеяло, он открыл дверь — на пороге стоял свирепый Чжао Сянъюй:

— Эй, вставай и за работу.

У Ли Юйюя на сегодня были планы: ему нужно было вернуться в Сицзяньюэ за кошельком, удостоверением личности и телефоном. Он потер еще не до конца проснувшиеся глаза:

— Что мне нужно сделать?

— Вымой двор на первом этаже, убери сухие ветки в саду. Сначала сделай это, а остальное я скажу, когда вспомню.

В их доме действительно не было ни одного робота, что полностью разрушало устоявшийся стереотип о том, что дома у представителей высшего общества напичканы умной техникой. Ли Юйюй медленно и неохотно поднялся с постели.

http://bllate.org/book/28603/3457689