Управляющий делами Янь Да
Время вернулось в настоящее. Убедившись, что Гу Но ушел, Лу Сяофэй тут же соскочил с каменной кровати, прижался ухом к двери и прислушался к звукам снаружи.
Онда на запястьях исчезла неизвестно когда — судя по всему, Гу Но снял их сразу после встречи с ним.
Лу Сяофэй ничего не заметил: он по-прежнему держал руки сцепленными, в полной уверенности, что всё еще скован путами.
И только теперь, когда Гу Но удалился, Лу Сяофэй догадался проверить свои руки и обнаружил, что они снова обрели свободу.
Простояв так несколько минут и не услышав ни единого шороха, Лу Сяофэй принял решение: тихонько приоткрыть дверь и незаметно, чтобы никто ничего не заподозрил, сбежать.
……
Как же эта дверь открывается?
Сделав шаг назад и задрав голову, он уставился на гладкую каменную стену перед собой. Раньше он как-то упустил из виду, каким именно образом они отворили эту тяжелую створку.
Он начал шарить руками по окружающим стенам в надежде отыскать какой-нибудь потайной переключатель или кнопку, но…
— Господи!
До чего же она гладкая, словно зеркало — ни выключателей, ни дверной ручки. Как же они вообще ее открывают?
Лу Сяофэй издал жалобный стон и буквально всем телом прильнул к каменному полотну, прижавшись к нему холодным лицом. В глубине души его внутреннее «я» в отчаянии билось лбом о преграду: я хочу выбраться отсюда, я хочу домой, я не хочу безо всякой на то причины застрять в этом незнакомом месте!
Да объяснит ли ему кто-нибудь, что здесь вообще происходит?!
Этот так называемый Колдун-Владыка толком не сказал ничего полезного, а он сам даже не успел толком расспросить его об обстановке, как тот уже испарился.
Этот путь был отрезан. Оглядев комнату, Лу Сяофэй перевел взгляд на стену в изголовье каменной кровати — там темнел прямоугольный проем.
Вот только…
— Да он такой крошечный, что в него даже моя голова не пролезет!
Тяжело вздохнув, Лу Сяофэй был вынужден оставить свой ненадежный план побега и пока что затаиться, наблюдая за развитием событий.
Едва Гу Но вышел из покоев, Янь Да тут же последовал за ним, докладывая о важнейших делах в Мире Демонов.
Например, семейство Би Руо с горных утесов снова затеяло распрю с Кланом Духов: младший сын Би Руо из-за каких-то личных разносугласий сцепился с представителем расы духов, и в итоге они оба отделались тяжелыми ранениями. Янь Да советовал Гу Но лично вмешаться и уладить конфликт, иначе дело зайдет слишком далеко, что не пойдет на пользу хрупкому равновесию сил между тремя расами.
Или другой пример: когда Лайс сбежал из темницы, он разрушил немало построек, на восстановление которых уйдут время и силы. По уставу об этом тоже следовало доложить Колдуну-Владыке.
Всё это были сплошные мелочи — по крайней мере, так считал сам Гу Но. Всё, до чего ему не было дела, казалось ему пустяком, а потому он пропускал слова Янь Да мимо ушей одно за другим, обращая их в пустой звук и совершенно не вникая в суть.
До тех пор, пока Янь Да не упомянул нечто по-настоящему важное для него.
Янь Да спросил:
— Вы сейчас за спинами Короля Духов и Короля Иллюзий самовольно проложили путь во внешний мир и притащили оттуда человека. Как вы собираетесь объясняться с теми двумя правителями?
Гу Но сгнал с глаз легкое выражение безмятежности и вполне естественно ответил:
— Продолжу скрывать.
Янь Да лишь тяжело вздохнул от столь «своевольного» ребячества со стороны Гу Но. Сам Гу Но ни о чем не беспокоился, а вот Янь Да был вынужден принимать во внимание договор о взаимном сдерживании трех рас, поэтому считал за благо заранее продумать план действий.
Он произнес:
— Настанет день, когда всё тайное станет явным. Не стоит дотягивать до этого момента, пытаясь придумать отговорки в последнюю минуту.
Но у Гу Но были свои соображения на этот счет:
— Раз уж человек уже здесь, в ближайшие триста лет всё равно не представится удобного случая отправить его обратно. Даже если они узнают, им останется лишь смириться с фактом. К тому же, я сомневаюсь, что они вообще об этом узнают. Об этом ведомо лишь тебе, мне, Юлике и Лайсу. Пока вы молчите, никто ничего не узнает.
Доводы нашего Колдуна-Владыки звучали так убедительно, что я почти поверил!
Прекрасно понимая, что добиться от Гу Но вразумительного ответа не удастся, Янь Да был вынужден самостоятельно разрабатывать запасной план на случай, если подобный кризис всё же разразится, чтобы потом было чем оправдываться перед двумя другими правителями.
Он всегда мыслил шире и заглядывал гораздо дальше, чем Гу Но.
Колеблясь, Янь Да спросил:
— Вы действительно намерены сделать этого пришельца из внешнего мира своей парой?
Хотя он и полагал, что во всем Клане Демонов и даже во всем Мире Демонов, Клане Духов и у Иллюзорных не сыщется ни единого существа, способного встать наравне с Гу Но (поскольку среди демонов так и не нашлось никого, кто пришелся бы ему по вкусу), принимать решение о выборе будущей супруги столь опрометчиво?.. Не зная толком ни происхождения, ни характера, ни нрава будущего спутника жизни — как ни посмотри, это казалось верхом безрассудства.
Впрочем, оставалось еще кое-что, о чем ему необходимо было осведомиться.
Янь Да поинтересовался:
— Не соблаговолите ли вы сообщить слуге имя вашей будущей пары? Пока он еще не ваш законный супруг, мы же не можем постоянно величать его просто супругом Владыки.
— … — Гу Но умолк.
Янь Да наконец не выдержал: с его лба сорвались три черные черты, и он с сомнением протянул:
— Вы… неужели вы до сих пор не знаете его имени?!
Гу Но бросил на него ледяной взгляд, отвернулся в сторону и с полным равнодушием бросил:
— Разве это имеет значение?
Еще как имеет, черт побери! — бушевал в душе Янь Да, сохраняя на лице абсолютную невозмутимость.
Он переспросил:
— А он-то хоть знает ваше имя и статус?
Наш обожаемый Господин Колдун-Владыка снова ответил молчанием.
Поняв, какой ответ кроется за этой тишиной, Янь Да внезапно почувствовал, как сильно устал его дух. Нынешний правитель демонов был донельзя своевольным; оставалось лишь молиться, чтобы следующий маленький владыка уродился послушным и рассудительным.
Уж в этот-то раз он непременно возьмет воспитание в свои руки с самых пеленок и вырастит достойного преемника трона, а не станет пускать всё на самотек, наивно позволяя отцу Гу Но, бывшему Колдуну-Владыке по имени Чжо Яо, воспитывать ребенка по собственному усмотрению.
По крайней мере, он требовал немногого — чтобы будущий правитель был способен отвечать за дела Мира Демонов, хотя бы наполовину сравнявшись с господином Чжо Яо.
Именно потому, что Гу Но принял титул Колдуна-Владыки против собственной воли, он теперь так спешил обзавестись наследником, который перенял бы у него это бремя, позволив ему обрести долгожданную свободу, отправиться на поиски исчезнувшего господина Чжо Яо и в то же время всецело сосредоточиться на совершенствовании магической силы, чтобы одним махом превратиться в непобедимейшего силача во всех Трех Мирах.
Пусть даже сейчас Гу Но безоговорочно считался сильнейшим среди демонов и ни в чем не уступал новому Королю Духов, он все же слегка проигрывал тому самому Королю Иллюзий.
Король Иллюзий был старше Гу Но на две тысячи лет и вечно пропадал неизвестно где. Согласно слухам, он уединился в тихой глуши для углубленной медитации, из-за чего высшим сановникам Иллюзорных частенько не удавалось разыскать его, когда требовалось разрешить чрезвычайную ситуацию.
Хм, если подумать, у их собственного правителя демонов тоже были свои достоинства: по крайней мере, он не исчезал без вести. И пусть он не выносил возни с государственными делами Мира Демонов, он хотя бы удосуживался выслушивать нравоучения старого слуги.
Утешив себя этой мыслью, Янь Да задал следующий мучивший его вопрос:
— А этот ваш будущий спутник вообще согласен разделить с вами вечность?
Наверное, согласился? Иначе с какой стати тот человек последовал за Гу Но из привычного мира в эту неведомую обитель Трех Мирах? И хотя обоим их имена еще были незнакомы… кто знает, может, вспыхнула любовь с первого взгляда, и от избытка чувств он в порыве страсти принял предложение Гу Но?
В конце концов, их Колдун-Владыка обладал поистине великолепной внешностью!
Янь Да мысленно убеждал себя в этом, отчаянно пытаясь заглушить глухую тревогу в сердце.
Помолчав немного, Гу Но произнес:
— У него нет выбора.
И правда, это чистой воды наглость — силой притащить человека в Мир Демонов!
Янь Да едва не скрошил в порошок собственные зубы от досады, чувствуя себя полностью истощенным:
— Вы что, забыли?! Если нет взаимной любви, Древо Жизни не почувствует прилива чувств и не взрастит потомство!
Столкнувшись с непрекращающимися допросами со стороны Янь Да, Гу Но почувствовал легкое утомление. С самого начала им двигало лишь желание поскорее переложить ношу Колдуна-Владыки на плечи потомка, и он совершенно не задумывался о подобных тонкостях.
Ради рождения наследника с безупречной генетикой он выбрал в качестве пары черноволосого человека из иного мира, о котором узнал из древних свитков. В конце концов, его будущий ребенок не имел права проиграть на старте и с самого рождения обязан был отличаться от всех остальных.
Лица прочих существ казались ему на одно лицо — он никогда не выбирал спутников по внешности.
Проще говоря, Гу Но страдал лицевой слепотой.
Он запоминал людей исключительно по ауре демона и цвету волос, и в его памяти запечатлевались лишь те, кто подолгу находился рядом, вроде Юлики и Янь Да, либо те, кто вызывал у него особый интерес, как Король Духов.
Сдерживая раздражение, Гу Но ответил Янь Да:
— Значит, я заставлю его полюбить меня.
— А вы? Вы сами-то его любите? — задал самый каверзный вопрос Янь Да. Пусть даже тот человек проникся бы симпатией к их правителю, но если взглянуть на нынешнее отношение Гу Но — разве это похоже на человека, сраженного стрелой Амура? Он воспринимал появление партнера исключительно как средство для продолжения рода.
Впрочем, чего еще ожидать: с чего бы Гу Но испытывать какие-то чувства к мужчине, которого он видел всего пару раз в жизни? Большинство на его месте не испытывали бы ничего.
К тому же, судя по тому, как он знал Гу Но, со временем у того точно не возникло бы чувств. (П.С.: выражение со временем развиться здесь и правда означает долгий совместный период жизни, пожалуйста, не думайте о пошлом! Автор сего отступления был бит~).
Так что в этом диалоге данный вопрос был самым ключевым!
Гу Но понизил голос. Проколебавшись добрую половину минуты и подбирая слова, он наконец выдавил:
— С натяжкой… сойдет. Я постараюсь.
Разве можно верить старому слуге при таком неуверенном и сомнительном тоне? Янь Да едва не ломал голову от забот.
Да и к черту всё. Если в конце концов дела пойдут прахом, он просто подаст в отставку и уйдет в отставку, чтобы глаза его этого не видели.
Янь Да мысленно колотил себя в грудь, предаваясь отчаянию.
Но делать было нечего:
— Я постараюсь сделать так, чтобы будущая супруга полюбила вас. И в то же время очень надеюсь, что вы тоже приложите усилия, чтобы проникнуться к нему чувствами.
На самом деле, для черноволосых представителей расы, обладавших способностью давать потомство — единственной во всех Трех Мирах, — вовсе не обязательно было требовать взаимной любви, чтобы пробудить Древо Жизни. Стоило лишь самому черноволосому искренне привязаться к избраннику и возжелать подарить ему ребенка, как Древо Жизни тут же отзывалось на трепет этого чувства.
Однако если один любил страстно, а второй не испытывал ни малейшей любви, рожденный ребенок неизбежно сталкивался с изъянами: дефектами характера, нехваткой магической силы, хилым телосложением и прочими напастями.
Желая обзавестись здоровым потомком, Гу Но был обязан убедиться, что сам испытывает к будущей жене глубокие чувства — и чем сильнее, тем лучше.
Но с другой стороны… он просто физически не мог представить себе их обожаемого Колдуна-Владыку с пылающим от любви взглядом.
Эта картина казалась слишком жуткой и сокрушительной для психики!
Янь Да машинально смахнул со лба холодный пот, выступивший от собственных фантазий:
— Тогда я отправлюсь потолковать с будущей супругой.
Гу Но тут же пресек его инициативу:
— Потолковать? Тебе лучше отправить к нему Юлику.
С чего бы это?! — взвыл про себя Янь Да. Ему не хватало духу напрямую спросить Гу Но, почему тот не желает отпускать именно его, и оставалось лишь проглотить этот вопрос.
Не согласившись с решением, он произнес:
— Разве Юлика подойдет для этого? Он всё-таки не демон.
Гу Но выпалил то, что у него на уме:
— Потому что я боюсь, что ты его испугаешь.
Под словом «он», разумеется, подразумевался Лу Сяофэй.
И правда, удар ниже пояса. Неужели его внешность настолько пугающая? В молодости он слыл вполне видным красавцем среди демонов!
Янь Да даже слегка возмутился:
— Мы только что виделись с ним, и что-то он не испугался меня!
В конце концов, старику было тяжело сносить подобные удары: собственный Владыка открыто намекал, что он состарился и подурнел.
Гу Но с недоумением окинул Янь Да взглядом сверху вниз:
— С чего бы ему пугаться при первой же встрече? Неужели твои слова стали обладать столь разрушительной силой?
Гу Но возражал против визита Янь Да потому, что тот имел свойство в разговоре незаметно переходить на командный тон и давить на собеседника; куда разумнее было поручить это дело терпеливой и мягкой Юлике.
— Хорошо, я всё объясню Юлике.
Обретя былую уверенность в собственной неотразимости, Янь Да принял совет правителя, отступил назад, покинул покои Гу Но и отправился исполнять поручение.
Наконец наступила тишина, и он смог как следует отдохнуть, восстанавливая силы, растраченные на открытие пространственного разлома.
Проводив Янь Да взглядом, Гу Но развернулся и шаг за шагом поднялся по ступеням к своей кровати.
Отдыхая, он вдруг приоткрыл глаза, мысленно возвращаясь к своему недавнему поведению с Лу Сяофэем и реакцией самого парня.
Неужели он и впрямь держался слишком властно?
Не умевший толком общаться с людьми Гу Но понятия не имел, какую манеру поведения выбрать при общении с другими, а потому с малых лет привык сохранять непроницаемое каменное выражение лица, встречая им любые перемены.
http://bllate.org/book/28604/3457772
Готово:
