Готовый перевод Wake Up, Stop Sleeping: The Unfinished Lamp (Complete + Extras) / Проснись и люби: Идеальный фасад: Глава 4

Синсин моргнул, а затем посмотрел на Чу Чжумина. В глубине его глаз плескалась чистая, невинная наивность, словно он говорил, что уже предупредил маму и вовсе не хотел делать это нарочно.

Пэй Ченин тоже проследил за его взглядом. Выражение лица собеседника то ли помрачнело, то ли пропиталось легкой беспомощностью. Пэй Ченин решил, что поддразнивания уже достаточно, и, боковым зрение заметив, как кто-то толкает дверь, наклонился и легонько коснулся губ Чу Чжумина.

— Кажется, я не вовремя, — раздался за спиной чужой голос. Улыбка в глазах Пэй Ченина еще не успела исчезнуть, и он вместе с Чу Чжумином повернулся в сторону звука.

Пришедшим оказался Чу Хэсин, сводный брат Чу Чжумина. В руке он держал стопку документов, судя по всему, явившись по делу.

Гость, казалось, ничуть не смущался тем, что помешал кому-то, перевел взгляд на ребенка и снова произнес:

— Синсин тоже здесь?

Однако ни деловые вопросы, ни какие-либо другие темы Пэй Ченина совершенно не интересовали. Он лишь кивнул Чу Хэсину в знак приветствия, после чего произнес дежурную фразу:

— Малыш, поздоровайся с дядей.

По старшинству Синсин должен был называть Чу Хэсина дядей по отцовской линии, но у Пэй Ченина не было такого намерения, будто он давал окружающим понять, что их семьи вовсе не близки по крови.

Синсин тоже ничего не сказал, лишь зевнул, а затем отвернулся и прижался щекой к плечу Пэй Ченина.

Обычно в это время Синсин после дневного сна уже бодрствовал, но дорога обратно неизбежно отняла бы часть времени, поэтому Пэй Ченин снова посмотрел на Чу Чжумина:

— Синсин хочет спать, так что я, пожалуй, отвезу его домой, раз больше ничего срочного нет.

Его голос был тихим, но его прекрасно слышал стоявший неподалеку Чу Хэсин.

— Мм, — Чу Чжумин кивнул, а затем протянул руку и поправил воротник Пэй Ченина. — Вероятно, задержусь на работе, ужинать меня не жди.

Из-за этого маленького эпизода Чу Чжумин наконец разжал руки.

Не будь здесь Чу Хэсина, он изначально собирался еще раз поцеловать Чу Чжумина в знак добровольного примирения, но теперь этот план сорвался.

Пэй Ченин прижал к себе ребенка, сбросил с лица улыбку и, сделав вид, будто не замечает Чу Хэсина, обошел его и вышел за дверь.

Семья Чу принадлежала к высшему свету, но за исключением самых необходимых случаев Пэй Ченин никогда не лез в дела их семьи, особенно касающиеся отношений двух братьев.

Во-первых, в этом не было нужды, во-вторых, ему и не было интересно.

По сравнению с этим он куда охотнее слушал советы богатых жен о воспитании детей.

К тому же, словно намеренно избегая лишних слухов, Пэй Ченин вовсе не желал заводить с Чу Хэсиным никаких дополнительных контактов, ограничиваясь лишь самыми сухими знакомствами.

* * *

Часовая стрелка неуклонно ползла вверх, приближалось девять часов вечера. Ранний летний дождь прекратился еще в сумерках, окрасив остатки заката в фантасческие переливы, а солнце скрылось за горизонтом задолго до того, как на редких звездах ночного неба проступила густая, как тушь, тьма.

В детской на третьем этаже виллы все еще горел свет. Прошло уже минут пятнадцать с тех пор, как внизу заглох двигатель машины. Пэй Ченин полулежал на кровати, одной рукой придерживая Синсина, который устроился у него на груди и пил молоко.

Синсин всё еще сжимал в ручонке маленькую салфетку. Сделав пару глотков, он отставил бутылочку и позвал:

— Мама.

Пэй Ченин тут же поднял руку и принялся с бесконечным терпением поглаживать его по спине, отзываясь на каждый зов:

— Мама здесь.

На нем была лишь пижама, и для большего удобства во сне верхние две пуговицы оставались расстегнутыми, широко открывая ворота воротника.

Мягкая щека ребенка прижималась к этому участку обнаженной кожи, а маленькие пальчики легонько касались крошечной татуировки на ключице.

— Мама, бо-бо.

Пальчики малыша были мягкими, и от их прикосновений почти ничего не чувствовалось. Пэй Ченин осторожно перехватил его ручку, поднес к губам, легко коснулся ее и мягко произнес:

— Тогда малыш должен подуть на маму.

Синсин ничего не ответил, опустив взгляд на чернильный цветочный узор. Выражение его лица стало чуть печальным, и он, оставив на коже след от не вытертого вовремя молока, чмокнул это место, а затем снова завалился на него.

Мягкий и влажный малыш доставлял Пэй Ченину щекотные ощущения.

— Спасибо, малыш, — он погладил ребенка по голове. Тонкие, мягкие волосы приятно скользили в ладони, и он терпеливо добавил: — А теперь Синсин должен спать вместе с мамой.

Обычно в это время ребенок уже давно видел десятый сон, да и днем после возвращения домой он спал совсем недолго. Пэй Ченин уговаривал его изо всех сил: он видел, как малыш зевает раз за разом, как выпил больше половины бутылочки с молоком, делая долгие паузы, но вот уложить его никак не удавалось.

Вместо этого мальчик раз за разом повторял одно и то же:

— Мама.

Синсин позвал снова и одновременно отбросил бутылочку. Упершись короткими ручками о его плечи, он приподнялся, карабкаясь чуть выше, обнял его за шею и прижался щекой к щеке.

Пэй Ченин придерживал его, опасаясь, что мальчик свалится. Волосы ребенка щекотали ему щеку, поэтому он слегка повернулся и поцеловал кроху в лоб, спрашивая:

— Синсин, что такое?

На этот раз малыш отреагировал иначе: вытянув ручку, он указал пальчиком на дверь и озадаченно произнес мягким, нежным голоском:

— Папа?

Он указывал на дверь, которая оставалась закрытой с самого вечера, когда они вошли вместе с мамой, и вопрошал, почему папа до сих пор не вернулся. Он ждал Чу Чжумина.

Обычно, когда Синсин отправлялся спать, им вовсе не обязательно было находиться рядом вдвоем, но сегодня происходило что-то странное. Наверное, он тоже услышал звук подъехавшего к дому автомобиля — звук, который всегда означал возвращение отца, — но сейчас папа почему-то всё не шел, и кроха чувствовал сильнейшее недоумение.

Пэй Ченин тоже бросил взгляд в направлении, куда указывал Синсин. Его взгляд замер, словно он о чем-то задумался, но вскоре лицо снова приняло привычное выражение. Дверь по-прежнему была плотно закрыта, и звукоизоляция дома в этот момент казалась на редкость безупречной — из соседних комнат не доносилось ни звука.

http://bllate.org/book/28681/3467834