Готовый перевод Galactic Tomb Raiding Live Stream / Звёздный эфир: Мои раскопки смотрит вся Империя: Глава 13

Лампа вечного горения слегка покачивалась, отбрасывая дрожащие тени на стены, а тяжелое, сдавленное дыхание Грома наполняло усыпальницу гнетущей атмосферой.

Ян Хань, казалось, совершенно не осознавала, какой шок её выходка произвела на остальных, и очень восторженно подняла украшение.

— Какая магия! — воскликнула она. — Оказывается, декор на моем звездном диске — это ключ к открытию серебряного гроба!

Размером и формой её вещица напоминала карманные часы, отличаясь лишь толщиной. Внутри она действительно очень походила на звездный диск, а в самом центре выделялся выступающий элемент декора — пятицветная глазурь в форме лотоса, размеры которой идеально совпадали с углублением на серебряном гробу.

Ян Хань была слишком взволнована и не заметила, как переменились лица Ду ЛэДина и Су Тэна. Сама же она, глядя в серебряный гроб, удивленно произнесла:

— Это же маска демона!

Серебряный гроб доверху наполняла черная жидкость. Тело хозяина гробницы было погружено в неё так, что виднелось лишь лицо — казалось, будто на черной воде плавает маска демона.

Хотя в серебряном гробу не появилось ничего зловещего, в душе Ду ЛэДина бушевали бурные волны, мысли метались быстрее молнии, сменяя друг друга в одно мгновение.

В прошлой жизни у него тоже была точно такая же вещица, как у Ян Хань. Внешний корпус и звездный диск ничем не отличались, разнился лишь центральный декоративный элемент — у него это был наконечник трезубца из чистого серебра.

Он вырос в детском доме. По словам директора, его подкинули на порог в самый лютый мороз, в день, когда валил густой снег. Кроме этого украшения, в пеленках не было ничего.

Он всегда верил, что родители были вынуждены бросить его лишь по воле непреодолимых обстоятельств. Прямо как в романах о боевых искусствах: оскорбили культ демонов, подверглись преследованию и, чтобы защитить единственного сына, были вынуждены отдать его на воспитание другим. А эта вещица — памятный знак для будущей встречи.

Он бесчисленное количество раз фантазировал о том, как в один прекрасный день кто-то взволнованно схватит его за руку, станет расспрашивать, откуда у него это украшение, а выслушав историю, они будут плакать, обнявшись, и этот человек назовет себя его отцом, дядей, тетушкой, двоюродным братом по линии второго дяди или младшим кузеном со стороны старшего дяди.

К сожалению, эта трогательная сцена возникала лишь в его снах, а в реальности никогда не происходив.

В тот момент, когда Ян Хань вытащила цепочку, висевшую у нее на шее, сердце Ду ЛэДина наполнилось самыми разными чувствами: эта девушка с большой долей вероятности была его кровной родственницей! Еще больше его поразило то, что Ян Хань открыла серебряный гроб с помощью этого украшения.

Размышляя об этом, он понял, что его собственный талисман тоже вполне мог оказаться ключом к чему-то — сокровищем, оставленным родителями. К сожалению, после его смерти в прошлой жизни он наверняка больше никогда не увидит эту реликвию.

Будучи сиротой, Ду ЛэДин в глубине души тосковал по семейному теплу. Даже несмотря на то, что всё связанное с украшением было лишь его собственными догадками, глядя на Ян Хань, он невольно ощутил, как его взгляд смягчился.

Ду ЛэДин подошел ближе, заглянул в серебряный гроб и как можно спокойнее спросил Ян Хань:

— Откуда у тебя это украшение?

Интуиция подсказывала ему, что столь изысканная и архаичная вещица непременно должна быть семейной реликвией.

Однако Ян Хань ответила неожиданное:

— Подарили.

— ...Кто? — поинтересовался Ду ЛэДин. Потомки его родни и впрямь совершенно не умеют ценить чужой труд, как можно было разбрасываться столь ценными вещами? Впрочем, так даже лучше: раз Ян Хань не доводится ему родственницей, он вполне может продолжить развивать с ней отношения.

Рассеянным голосом Ян Хань произнесла:

— Мой жених подарил.

Ду ЛэДин умолк. О развитии романтических чувств тоже можно было забыть.

— Твой жених знает о происхождении этого украшения? Почему оно смогло открыть серебряный гроб в этой гробнице? — прямо спросил Найт.

Ян Хань покачала головой:

— Он говорил, что это украшение передается из поколения в поколение. А какое у него происхождение — он и сам не знает.

Слова передается из поколения в поколение задели нервы Ду ЛэДина. Если посмотреть на это под таким углом, то как раз жених Ян Хань вполне мог оказаться его кровным родственником.

— Что это за черная жидкость? — мысли Ян Хань были полностью поглощены серебряным гробом. — Неужели бальзамирующий раствор?

Блуждающее внимание Ду ЛэДина вернулось к серебряному гробу. Черная жидкость немного напоминала разведенное желе из черепашьего панциря, а сверху плавала маслянистая пленка. В древности методы бальзамирования были самыми причудливыми, и большинство из них малоэффективно, но погружать тело полностью в жидкость доводилось нечасто.

Чарли запрыгнул на плечо Су Тэна и произнес:

— Почему она даже после смерти не хочет снимать маску?

Ян Хань завелась еще сильнее:

— Давайте снимем с нее маску и посмотрим, как она выглядит на самом деле.

— Нельзя, — неожиданно жестким тоном бросил Су Тэн.

— Почему нельзя? — удивилась Ян Хань.

Не считая пары длинных фраз, сказанных Ду ЛэДину, Су Тэн больше не желал произносить ни единого слова. Его равнодушный вид немного испугал Ян Хань, но в то же время вызвал легкое чувство протеста:

— Разве смысл археологии не в том, чтобы искать и открывать правду?

Найт насмешливо усмехнулся и подхватил:

— Предпосылка поиска правды заключается в том, что ты должен остаться в живых. Мы сейчас заперты здесь, среди горы трупов, так что лучше лишний раз не наживать себе проблем. Вместо того чтобы тратить на это силы, лучше подумай, как отсюда выбраться.

Ян Хань хотела было поспорить, но боковым зрением заметила, что при свете ламп вечного горения выражение лица демонической маски на трупе стало еще более странным и свирепым, в нем даже промелькнуло нечто лукавое, словно она холодно со стороны наблюдала за их спором.

Вспомнив все прошлые неприятности, Ян Хань почувствовала, как у нее затылок покрывается ледяным потом, и наконец успокоилась.

— Ладно, — с некоторой досадой произнесла она. — Давайте наберем немного этой жидкости с собой на анализ, чтобы узнать, что это такое.

Ду ЛэДин очень хотел сказать, что это наверняка не что иное, как древние травы, которые, по мнению предков, должны были сохранять тела нетронутыми тысячелетиями; даже обнаружив какие-то неизвестные компоненты, в итоге удастся лишь изречь нечто в духе телепередачи «В поисках истины» и оставить вопрос открытым: «Почему же так произошло?».

Ян Хань уже подошла к Грому и, присев на корточки, принялась шарить в его рюкзаке в поисках подходящего сосуда. Ду ЛэДин хотел последовать за ней и расспросить насчет её жениха, как вдруг раздался оглушительный грохот, землю под ногами сильно тряхнуло, а поле зрения качнулось.

Чарли испуганно завопил:

— Он снаружи!

Все разом уставились на дверь усыпальницы: за стеклянной стеной к ней прильщало и вглядывалось внутрь страшное уродливое лицо. На лишенной кожи физиономии застыло странное выражение, после чего оно вновь со всего маху врезалось телом в преграду.

Столкнувшись с этим ожившим мертвецом в третий раз, Ду ЛэДин впервые смог толком разглядеть его внешность. Всё его тело было багрово-фиолетовым, опутано черными жилами и до боли напоминало древнее дерево, густо оплетенное лианами.

Обе ноги насквозь пронизывали тонкие железные прутья — судя по всему, вбитые прямо через подошвы, именно поэтому при ходьбе раздавался звук трения металла о землю.

Больше всего Ду ЛэДина смущали два выступающих заплечья на спине этого живого мертвеца — они жутко походили на лишенный кожи и перьев скелет крыльев.

Разве у людей могут расти крылья?

Новый мощный толчок заставил Ду ЛэДина пошатнуться, и он ухватился за стоявший рядом гроб.

Эта стеклянная усыпальница была не такой уж прочной. Проектировщик гробницы наверняка учитывал этот момент, и чтобы расхитители гробниц не проломили стены напролом, здесь определенно имелись мощные защитные механизмы.

Если этот обладающий чудовищной силой живой мертвец разобьет стеклянную стену, ловушки активируются, и у них не останется ни единого шанса на спасение.

Су Тэн вытащил из-за спины резак и стремительно направился к двери усыпальницы:

— Что бы ни случилось, не выходите.

Ду ЛэДин остолбенел:

— Используй бомбу! Если одной мало, закинь две!

— Этот экзоскелет не боевой, он разработан специально для археологических работ, — пояснил Найт. — Ради снижения веса и сохранения скорости полета на нем нет ни оружия, ни боеприпасов. Было всего две бомбы, но мы их уже потратили.

Силуэт Су Тэна скрылся за дверью, и сквозь стеклянную стену теперь можно было разглядеть лишь смутные очертания фигуры да вспышки резака. Ду ЛэДин воочию увидел, как фигура живого мертвеца внезапно взмыла в воздух, а два оставшихся одними костями крыла яростно замахали.

— Это птица или человек?! — изумленно вырвалось у Чарли.

Ду ЛэДин пробормотал:

— Птицечеловек, судя по всему. Хорошо хоть экзоскелет Су Тэна тоже умеет летать, иначе с этим ходячим трупом и правда было бы не справиться.

За дверью мелькали клинки и метались тени. В усыпальнице, погруженной до того в тишину, снова раздался крик Ян Хань:

— Гром… он не дышит!

В какой-то момент тяжелое, с трудом дававшееся дыхание получеловека смолкло, а его грудь замерла. Ян Хань в отчаянии бросилась к Грому, но под его плотной грудной клеткой не ощущалось ни малейшего движения.

Девочка была близка к слезам, её слабые руки давили на грудь Грома, тщетно пытаясь вернуть его к жизни с помощью сердечно-легочной реанимации.

Найт, наконец не выдержав этого зрелища, глухо бросил:

— Прекрати, он уже мертв.

Ян Хань обессиленно опустилась на колени рядом с Громом — удар от потери двух товарищей за один день лишил её сил даже на то, чтобы стоять. Она дрожащими руками попыталась закрыть Грому глаза, но едва её пальцы коснулись его лица, как те самые мутные зрачки внезапно уставились прямо на нее.

Ян Хань испуганно отпрянула: она была не в силах понять, возвращение ли это к жизни или обычное посмертное подергивание. Не успела она опомниться, как грубая лапища Грома вцепилась ей в горло.

Лицо высокого полуорка почернело, белки глаз покрылись густой сеточкой лопнувших сосудов, а из горла вырывалось хриплое, тяжелое дыхание.

Вид у него был невероятно мученический и явно невменяемый. Одной рукой он мертвецки вцепился в тонкую шейку Ян Хань, и стоило ему приложить чуть больше усилий, как она хрустнула бы.

Найт рявкнул:

— Ты сошел с ума? Отпусти её!

Словно одержимый злым духом, Гром больше не узнавал товарищей. Издав яростный рев, он лишь сильнее сжал пальцы.

Хрупкое тело Ян Хань оторвалось от земли, ноги беспомощно засучили воздух. Она вцепилась в запястье Грома, из её широко открытого рта вырывались обрывистые стоны, и казалось, что она продержится еще секунду.

Но ведь она была невестой его кровного родственника! Ду ЛэДин не мог оставаться в стороне. Он запрыгнул на крышку каменного гроба, побежал к Грому и, оттолкнувшись краем каменного саркофага, взмыл в воздух. С налету врезавшись в Грома, он сбил того с ног.

Ян Хань отбросило далеко в сторону, и Найт тут же бросился поднимать ее.

Ду ЛэДин перекатился по земле, уперся одной рукой в пол, выровнял положение и настороженно уставился на Грома, готовый пресечь любые новые безумства.

Пропластавшись по полу несколько секунд, Гром вдруг взревел и вскочил на ноги. Безумствуя, он принялся яростно рвать на себе одежду, обнажая покрытую шрамами грудь.

В местах, где его укусили и оцарапали черные когти, зловеще клубился черный туман. Кожа покрылась пугающими красными трещинами, казалось, будто под ней бурлит раскаленная лава.

Гром выплюнул полный рот крови, мучительно извиваясь всем телом. И без того свирепая внешность орка с парой клыков в сочетании с помрачением рассудка делала его похожим на вырвавшегося из ада демона.

Он метался во все стороны, катался по полу, опрокинув серебряный гроб, а следом разворотил еще несколько каменных саркофагов.

Ду ЛэДин находился совсем близко к серебряному гробу. Опрокинутый саркофаг раскрылся перед ним настежь, и тело хозяина гробницы вместе с потоками черной липкой жижи выплеснулось наружу, покатившись прямо к его ногам.

Полузастывшая мутная жижа журчащим потоком хлынула наружу. Словно кровь, сочащаяся из тела, она змеей расползалась по полу.

Стоило Ду ЛэДину бросить лишь один взгляд на труп, как его словно ударило током — он отпрыгнул назад.

Свет ламп вечного горения покрыл демоническую маску на лице мертвеца чарующим матовым блеском. Пышная грудь трупа мерно вздымалась и опускалась, словно погруженный в глубокий сон человек ровно дышал и мог в любую минуту очнуться от дремы и сесть.

Раздался выстрел. Пуля угодила Грому в колено, и он рухнул на землю. Его изодранные в клочья руки судорожно царапали и колотили собственное тело, словно он пытался содрать с себя кожу. Открытые участки плоти пестрели кровавыми полосами — зрелище было поистине жуткое.

Из ран непрерывно сочился черный туман, казалось, будто изнутри Грома пытается вырваться нечто живое.

Найт отбросил Ян Хань в сторону и быстрыми шагами приблизился к Грому, нацелив плазменный пистолет ему в голову.

Адамова яблоко Ду ЛэДина судорожно дернулось, а взгляд заметался между Громом и тысячелетним женским трупом.

Кто знает, не было ли странное состояние Грома связано с недавним укусом черных когтей? При этой мысли Ду ЛэДин вдруг почувствовал неприятный зуд в области раны на руке, но поспешил успокоить себя тем, что это всего лишь игра воображения, а у Грома, пожалуй, просто начался приступ острой умственной недостаточности.

Лежавший неподалеку от его ног тысячелетний женский труп не проявлял ни малейших признаков активности, однако Ду ЛэДин несколько раз убедился, что ему не мерещится: грудная клетка трупа действительно вздымалась, словно при дыхании.

Хвост Чарли туго обвился вокруг щиколотки Ду ЛэДина, пока тот пристально разглядывал женский труп.

Потоки комментариев заполнили экран так плотно, что скрыли изображение: зрители в ужасе гадали, жива ли эта женщина в роскошных одеждах и демонической маске, не поднимется ли она вдруг, чтобы сотворить какую-нибудь жуть.

С тех пор как они ступили в подземный древний город Империи Дулинь, каждое событие было пропитано призрачной атмосферой, и смотреть на происходящее прежними глазами уже никто не мог.

Серебряный гроб валялся на боку, черная жидкость из него почти вытекла, а одежда на женском трупе за столь долгое время даже не истлела.

— Что это? — Чарли протянул лапу и указал на живот мертвеца.

Там сквозь одежду проступала черная трубчатая штуковина, которая тянулась прямо из живота женщины в серебряный гроб, пронизывала его дно насквозь и уходила глубоко под землю.

Ду ЛэДин осторожно пнул эту трубку ногой — создавалось ощущение, что она намертво срослась с женским трупом, словно росла вместе с ней с самого начала.

Он обошел серебряный гроб с другой стороны и обнаружил, что в полу специально оставлено круглое отверстие точно под диаметр этой трубы; куда именно вело оно с обратной стороны, оставалось только гадать.

Пока он внимательно осматривал пол, чат трансляции пришел в неистовое движение.

— В гробу что-то есть, Диндин, иди посмотри!

— В серебряном гробу какая-то черная штука?!

— В гробу что-то шевелится!! Ааа, комментаторы сейчас с ума сойдут!

Ду ЛэДин еще не до конца привык к этой своей новой роли стримера и вечно забывал, что каждое его движение и каждое слово транслируются на десятки тысяч зрителей.

По подсказке Чарли Ду ЛэДин вернулся к лицевой стороне серебряного гроба и действительно заметил неприметную вещицу — черный металлический брусок.

Ду ЛэДин обратился к Чарли:

— Сними-ка жилетку, одолжи мне.

Чарли испуганно вытаращился:

— Это что же, я голышом останусь?

— На тебе же еще твоя пушистая шуба, — отмахнулся Ду ЛэДин. — К тому же мы понятия не имеем, что это за черная жидкость, не могу же я брать её голыми руками, вдруг она разъедает плоть?

— С чего бы ей разъедать! — возмутился Чарли, выкатив круглые глаза. — Если бы она была едкой, женский труп давно бы растворился.

Ду ЛэДин не стал слушать возражения и попросту обобрал Чарли. От элегантного кота остался лишь монокль.

Зрители в чате были в восторге: посыпалось множество сообщений в духе «зрелище стоило того», и они принялись засыпать подарками «голого» Чарли.

Завернув металлический брусок в кошачий жилет, Ду ЛэДин аккуратно извлек его. Обтерев находку, он разглядел на поверхности узоры: как и на серебряном гробу, никаких швов не наблюдалось, перед ним лежал сплошной кусок металла, но судя по весу, внутри он был полым.

Раз эту вещь положили в гроб вместе с хозяином, она несомненно обладала колоссальной ценностью. По привычке профессионала Ду ЛэДин мысленно записал её в трофеи нынешней вылазки и сунул в карман.

Едва он успел спрятать металлический брусок, как за спиной раздался яростный грохот — то ли Су Тэн, то ли тот живой мертвец снова врезался в преграду, и на стеклянной стене слева от входа проступила сеть трещин, похожая на паутину.

По мере того как тонкие трещины с треском ползли дальше, переливающаяся стеклянная стена словно заполнилась чернилами, постепенно окрашиваясь в густой черный цвет, который продолжал расползаться.

Только теперь Ду ЛэДин заметил, что лампы вечного горения в коридоре за пределами усыпальницы почему-то погасли, и снаружи воцарилась непроглядная тьма.

Стеклянные стены со всех четырех сторон чернели на глазах, пространство сужалось, а вслед за этим послышался какой-то мелкий шорох, напоминавший далекий шепот.

Этот отрешенный, зловещий звук приближался, словно кто-то нашептывал прямо в затылок, отчего по коже побежали мурашки, заставляя затылок покрываться ледяным потом.

Находящиеся в усыпальнице люди затаили дыхание, настороженно ожидая удара.

Когда нервы были натянуты до предела, у входа раздалось резкое тук-тук, заставившее их всех разом оглянуться; Ду ЛэДин чуть не свернул себе шею.

Стеклянная дверь усыпальницы тоже почти полностью почернела, но сквозь неё все еще угадывался слабый тусклый свет. Сердце Ду ЛэДина ёкнуло, он бросился вперед и распахнул дверь — снаружи действительно стоял Су Тэн.

Он держал в руке обезображенную голову живого мертвеца, его экзоскелет был сплошь залит грязной кровью, а на лице пятнами запеклась багровая жижа, из-за чего он до боли напоминал залитого кровью святого рыцаря с западных полотен, повергшего демона.

Ошеломленный Ду ЛэДин выдохнул:

— Ты как, не ранен?

Су Тэн посмотрел на Ду ЛэДина взглядом, в котором мягко мерцал теплый свет, швырнул голову на пол и произвел:

— Всё в порядке. Нам нужно убираться отсюда как можно скорее.

Ду ЛэДин позвал остальных на выход:

— Придется возвращаться тем же путем. Эта усыпальница ненормальная, останемся здесь еще немного — и точно не уйдем.

Су Тэн крепко схватил его за руку:

— Нам не выйти. От коридора остался лишь кусок у входа, а дорога, по которой вы сюда шли, исчезла.

Ду ЛэДин на секунду онемел. Скорее всего, это было то самое, о чем Су Тэн называл пространственным сдвигом или полем. Вспышка озарения пронзила его мозг, и он выпалил:

— Когда вы свалились из горшка, здесь по-любому должен был быть выход! Где он?

Су Тэн указал рукой наверх, и Ду ЛэДин снова замер: на стеклянном потолке не то что выхода — даже крошечной дырочки не наблюдалось.

— Да это просто чертовщина какая-то! — могильный холод поднялся от самых пят Ду ЛэДина, и волосы едва не встали дыбом.

В отличие от Ду ЛэДина, Су Тэн был уверен, что у любого явления есть рациональное научное объяснение. Пусть место, куда они провалились, исчезло, это тоже можно объяснить с точки зрения квантовой физики — в конце концов, микрочастицы не стационарны, и любой объект способен изменяться, когда за ним не наблюдают.

Однако тратить язык на пустые разговоры, не помогающие исправить текущее положение дел, он не привык. Тот самый назойливый шуршащий звук подобно зловещему приливу заполнял каждую стену, окружая всю усыпальницу целиком, и казалось, что преграды вот-вот будут прорваны.

Трещины на стеклянных стенах с хрустом сжимались, каждый звук внушал животный ужас. Взгляд Ду ЛэДина метался по погружающейся во тьму усыпальнице, лихорадочно пытаясь отыскать хоть какую-то зацепку, способную подарить надежду.

После устроенного Громом погрома усыпальница превратилась в руины: крышки нескольких каменных гробов сорвало, и внутри и впрямь лежали человеческие тела.

Внимание Ду ЛэДина привлекла десятая каменная гробница, на крышке которой отсутствовал узор со злым духом. Её крышку тоже сдвинуло, обнажив зияющую черную дыру, в которой ничего нельзя было разглядеть.

Раз уж гробы все равно вскрыты, Ду ЛэДин решил целиком сдвинуть крышку этой десятой гробницы. Стоило ему заглянуть внутрь, как его сердце заколотилось с удвоенной силой.

Каменный саркофаг оказался пустым, у него даже не было дна — внизу зияло другое пространство, и куда оно вело, никто не знал.

Единственным выходом оставался этот проход в десятом гробу. Вместо того чтобы ждать, пока стеклянные стены разлетятся вдребезги и высвободят неизвестную ловушку, лучше уж рискнуть и испытать удалю на этом пути.

Ду ЛэДин немедленно поторопил остальных спускаться. Первым в проход нырнул Чарли, за ним бледная Ян Хань, придерживая руками горше, с трудом скатилась в темноту.

Ду ЛэДин уже собирался помочь подняться Грому, как раздался выстрел, и мучительный рев Грома оборвался.

— Ты… — Ду ЛэДин уставился на Найта, не веря, что та хладнокровно прикончила собственного товарища.

Найт с бесстрастным лицом убрала пистолет, бросила на Ду ЛэДина мимолетный взгляд и холодным, куда более низким, чем у обычных женщин, голосом произнесла:

— Ему уже не уйти. Вместо того чтобы медленно умирать в муках, лучше так.

С этими словами она стремительно шагнула в проход внутри каменного гроба.

Ду ЛэДин хотел было спросить, кто дал ей право решать судьбу человека, но, опустив глаза и заметив разодранное собственными руками лицо Грома, застрявшие в горле слова так и не смогли сорваться с языка.

Раздался еще один треск — стеклянная стена уже не выдерживала давления. Су Тэн подскочил к Ду ЛэДину, затолкнул его внутрь прохода и прыгнул следом.

Цепляясь за край каменного гроба, он с силой надвинул крышку. В самый момент смыкания последних щелей он увидел, как стеклянная стена окончательно рухнула, исторгнув изнутри волну черной жижи, которая лавиной неслась прямо к саркофагу.

Задвинув крышку до конца, Су Тэн отпустил её, спрыгнул вниз и подошел к Ду ЛэДину.

Под этим проходом оказалась еще одна каменная камера, в центре которой стоял огромный деревянный гроб. Его крышка была сдвинута, а внутри пустовало.

Найт подошла к деревянному гробу и пинула ногой какой-то предмет на полу:

— Похоже, до нас здесь кто-то побывал.

Это был черный рюкзак с золотыми узорами по бокам. Выглядел он так, будто им пользовались уже очень давно, и углы изрядно потрепались.

Лицо Ду ЛэДина мгновенно посуровело — он слишком хорошо знал этот рюкзак. Именно его он оставил здесь шестьдесят лет назад, тот самый рюкзак, с которым проходил столько лет и с которым никак не мог расстаться.

http://bllate.org/book/28810/3482471