В тринадцатый год правления Хунли князь Ю, Юй Цзыбо, скончался от болезни. Наследник, Юй Цзюньцянь, унаследовал титул, а второй сын, Юй Цзюньянь, был пожалован титулом Ван Юаня. Поскольку князь Ю приходился старшим братом покойному императору, после смерти его следовало похоронить в императорском мавзолее. Юй Цзюньцянь и Юй Цзюньянь лично сопровождали тело князя Ю обратно в Императорскую столицу. После того как князя Ю предали земле, Император на глазах у всех сановниковтёр глаза платком, исторгнув потоки фальшивых слёз и заслужив всеобщее восхищение подданных. Юй Цзюньянь в душе холодно усмехнулся, но внешне остался совершенно невозмутим. Услышав, как Император зовёт Цзюньяня, он поспешно вышел вперед, опустился на колени и произнёс:
— Ваш подданный здесь.
Молодой правитель посмотрел на это волевое и суровое лицо, чуть прищурился и промолвил:
— Я давно слышал, что оба сына моего достопочтенного дяди необычайно хороши собой и обладают божественной красотой, да всё не выпадало случая встретиться. Но сегодня, увидев тебя воочию, я понял, что слухи не лгут. Твоя внешность, братец, поистине ослепительна — я и сам чувствую, что рядом с тобой меркнут.
Юй Цзюньянь торопливо опустил голову и ответил:
— Ваш подданный трепещет от страха! Величественный облик Вашего Величества несравним ни с чьим.
— Ха-ха, братец, неужто ты думаешь, что я не смотрюсь в зеркало? — Император легко рассмеялся и едва заметно кивнул, явно оставшись крайне доволен ответом Юй Цзюньяня. Покрутив в пальцах нефритового льва, он продолжил: — Братец, а ведь тебе нынче исполнилось двадцать, верно?
Юй Цзюньянь ответил:
— Отвечая Вашему Величеству, вашему подданному двадцать один год.
— А женился ли ты?
— Еще не женат.
— О? Или твои требования столь высоки, что никто не приглянулся? — с улыбкой произнес Император. — Мужчине положено жениться, а женщине — выходить замуж. Как насчет того, чтобы я сам распорядился и подобрал тебе невесту?
Юй Цзюньянь ответил:
— Отец только что скончался, и я боюсь...
— Э-э-э, пустяки, — перебил Император. — Если мы решим вопрос с женитьбой прямо здесь и сейчас, твой дядя на том свете будет только рад за тебя.
Юй Цзюньянь считал, что заводить разговор о свадьбе в столь скорбный час крайне неуместно, но раз Император заговорил об этом, пространства для отказа ему не оставили. Оставалось лишь ответить:
— Пусть Ваше Величество решает во всём по своему усмотрению.
— Хорошо! — улыбнулся Император. — Есть ли у моего братца кто-то на примете?
Юй Цзюньянь перевел взгляд и произнес:
— Ваш подданный уже давно восхищается дочерью министра военных дел по имени Чэнь Лянь, и я умоляю Вашего Величества исполнить мое желание.
Пальцы Императора, крутившие нефритового льва, на мгновение замерли. На его лице промелькнула тень недовольства, но он тут же мягко произнес:
— Дочери семьи Чэнь исполнилось восемнадцать, она довольно миловидна и прекрасно подходит тебе по возрасту и происхождению, но, к сожалению...
Услышав это, Юй Цзюньянь внутренне напрягся, понимая, что его расчет, судя по всему, рушится.
Император продолжил неторопливым голосом:
— К сожалению, твой дядя уже давным-давно заключил для тебя помолвку.
— Что? Отец заключил для меня помолвку? — в недоумении переспросил Юй Цзюньянь. — Когда же?
Император ответил:
— Твой дядя заключил брачный договор с Су Синем, главным лекарем Императорской академии медицинских наук, решив породнить их семьи. Твой старший брат Юй Цзюньцянь тогда тоже присутствовал. Теперь же, когда твой брат уже взял в жены княгиню, эта помолвка по праву переходит к тебе. Цзюньцянь, скажи, разве не так?
Юй Цзюньянь подозрительно посмотрел на Юй Цзюньцяня и заметил, как на лице того сменилось несколько выражений, прежде чем он медленно произнес:
— Отвечая Вашему Величеству, такое и вправду было, но дочь семьи Су в детстве по неосторожности упала в воду и погибла...
— Пусть у семьи Су больше нет дочерей, но раз помолвка уже была заключена, нарушать ее нельзя. Иначе будущие поколения станут говорить, что наш императорский род нарушает данное слово, а это нехорошо, — прервал Юй Цзюньцяня Император. — К тому же, разве у Су Синя не остался сын? В годы правления Шэн-ди императрица и вовсе была мужчиной, так что сделать мужчину цзюньванфэй вполне допустимо.
Юй Цзюньцянь потрясенно воскликнул:
— Но ведь он...
Император вновь оборвал Юй Цзюньцяня и обратился к стоявшему рядом главному евнуху Чэнь Шаню:
— Чэнь Шань, как звали сына лекаря Су?
Чэнь Шань ответил:
— Отвечая Вашему Величеству, молодого господина из семьи Су зовут Юй Хэн, ему тоже восемнадцать лет. Нрава он чистого и доброго, а внешностью... тоже весьма хорош... — Чэнь Шань многозначительно поднял большой палец.
— Нрава чистого и доброго... Хм, прекрасно! — кивнул Император. — Жена должна быть добродетельной, и лишь тот, кто обладает чистым и добрым нравом, достоин моего бесценного брата Яня, обладающего божественной красотой!
Юй Цзюньянь холодно наблюдал, как Император и Чэнь Шань разыгрывают этот спектакль, думая про себя, что Император наверняка решил всё заранее и теперь просто устраивает представление для вида. Украдкой взглянув на Юй Цзюньцяня, он увидел, что лицо брата помрачнело, однако тот всё же едва заметно кивнул, призывая смириться с этим браком.
Юй Цзюньянь тяжело вздохнул. Понимая, что иного выбора у него нет, ему оставалось только произнести:
— Ваш подданный во всем покоряется воле Вашего Величества.
Выйдя из дворца, Юй Цзюньянь спросил Юй Цзюньцяня:
— Старший брат, когда это отец успел заключить помолвку с семьей Су? И кто, во имя всего святого, этот Су Юйхэн?
Юй Цзюньцянь вздохнул и ответил:
— Старшая дочь Су Синя, главного лекаря Императорской академии медицинских наук, Су Юйянь, с детства росла смышленой и послушной, истинной благородной девицей. Отцу она очень нравилась, и он действительно как-то обмолвился, что когда она подрастет, их семьи могли бы породниться. Вот только потом...
Юй Цзюньянь спросил:
— Что потом?
Юй Цзюньцянь продолжил:
— Потом юная госпожа Су, играя во дворе, оступилась и упала в пруд, захлебнувшись насмерть. В тот год ей исполнилось ровно десять лет.
— Старший брат, ты в это веришь? — холодно усмехнулся Юй Цзюньянь. — Раз госпожа Су была благородной девицей, она бы не стала носиться повсюду, словно дикая девчонка. К тому же в резиденции полно служанок и мамок-нянек, с чего бы ей позволять играть у самого края пруда? По-моему, ее утопление — ложь, а вот то, что ее сгубили недоброжелатели — чистая правда.
Юй Цзюньцянь вздохнул:
— Я прекрасно это понимаю, и многие при дворе знают об этом. Говорят, она навлекла на себя беду, случайно оказавшись втянутой в интриги гарема.
Юй Цзюньянь поинтересовался:
— А что насчет Су Юйхэна?
— Он — младший брат Су Юйянь, рожденный от той же матери, — ответил Юй Цзюньцянь. — Мальчик тоже рос смышленым и проворным, но не прошло и полугода после смерти Су Юйянь, как он тяжело заболел. Несколько дней подряд у него держалась высочайшая температура, и хотя жизнь ему в итоге спасли, рассудок сгорел в лихорадке.
— Что? Сумасшедший?! — теперь Юй Цзюньянь наконец понял, что именно Император имел в виду под чистым и добрым нравом: умалишенный человек попросту не может иметь иных помыслов. Он тут же гневно бросил: — Этот пес на троне заставляет меня жениться на дураке?!
— Тс-с! — Юй Цзюньцянь торопливо зажал рот Юй Цзюньяню и испуганно зашипел: — Не болтай глупостей! Всюду шпионы императора, если кто-нибудь услышит, мы навлечем на себя страшную беду.
— Хм! — Юй Цзюньянь в ярости ударил кулаком по стволу стоявшего рядом дерева, так что с веток градом полетели листья. — Император явно остерегается меня! Он уже лишил нас власти и запер в уделе, и настанет день, когда нас тайком убьют точно так же, как дядечку Гуна и дядечку Сюй!
— Эх... твоя правда, — с мрачным видом произнес Юй Цзюньцянь. — Судя по поведению Императора, места для нас он и впрямь не оставит. Жизнь нам предстоит непростая, и вернувшись в удел, тебе придется быть предельно осторожным во всем. Что же до Су Юйхэна — просто прими его. Взять в жены дурака много лучше, чем позволить Императору приставить к тебе своего доверенного человека, вроде... госпожи Хань.
Юй Цзюньянь понимающе кивнул:
— Император подарил госпожу Хань отцу под видом красавицы, а на деле — чтобы внедрить шпионку в нашу княжескую резиденцию. Раз в этот раз она возвращается в удел вместе с тобой, будь с ней начеку.
— Я понимаю, — Юй Цзюньцянь хлопнул Юй Цзюньяня по плечу. — Янь-эр, теперь, когда ты получил титул и свой удел, ты стал взрослым человеком. По прибытии на место трижды обдумывай каждый шаг. В роду остались только мы двое, береги себя и не заставляй старшего брата волноваться.
Юй Цзюньянь сложил руки в приветственном жесте:
— Буду строго следовать наставлениям старшего брата!
http://bllate.org/book/29218/3549774
Готово:
