Но он никогда не брался за дела, в которых не был уверен на все сто, и умел выжидать момент, когда требовалось проявить терпение... Взгляд его остановился на лице Чи Юаня, и он с горькой усмешкой подумал, что такой подход, должно быть, одинаков во всех аспектах.
Оба они, затаив скрытые помыслы, пытались угадать ход мыслей друг друга, а тем временем руководитель компании Синьмин, не выполнивший поставленную задачу, дрожал от страха. Раньше, общаясь с Чи Юанем по телефону, он искренне полагал, что добиться желаемой цели будет проще простого. Однако только что, подавая знаки Лу Хуаю после того, как тот оскорбил его, он столкнулся с умышленным игнорированием и наконец понял, что попал в ловушку.
Сейчас вопрос о разделении прибыли казался мелочью, но если проект сорвется из-за невозможности заключить партнерство с Корпорацией Лу и Корпорацией Чи — вот тогда настанет настоящий кризис.
Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы это дело провалилось по его вине! Пока он охвачен был тревогой, раздался голос Лу Хуая — и обращался он вовсе не к нему.
— Благородный муж помогает людям совершать добрые дела. К тому же... — на этих словах Лу Хуай слегка замялся. — Я действительно проявил небрежность, так что можно сказать... признаю поражение, раз уж проиграл спор.
Это было чистой правдой: если бы они не стали упрямо соревноваться в выпивке, он бы не угодил в больницу, контракт давно бы подписали, и Синьмин не стал бы надеяться, что у него есть другие варианты, и менять сторону в последний момент. Но, погружаясь глубже, Лу Хуай опустил взгляд, скрывая эмоции: на самом деле он просто не хотел, чтобы Чи Юань продолжал цепляться к этой теме. Его дела с Синхэ, раз уж на них было потрачено столько сил, следовало держать в строжайшем секрете.
Если всплывут какие-то детали, и на пути снова встанет Чи Юань, это наверняка породит лишние осложнения.
Какими бы ни были хитросплетения в мыслях Лу Хуая, четырех слов «признаю поражение, раз уж проиграл спор» оказалось достаточно, чтобы Чи Юань замер, смутно уловив в них нотки проявления слабости. Но с чего бы Лу Хуаю проявлять слабость? Неужели за последние два года этот человек и впрямь полностью изменился?
Пусть Чи Юань и не верил в искренность капитуляции Лу Хуая, ему все же приходилось признать, что эти слова его успокоили. Это было похоже на то, как давно терзавшую тебя вещь вдруг внезапно суют прямо в руки: даже если ты не понимаешь причины, ты все равно радостно прижимаешь ее к груди и ни за что не хочешь отпускать.
К тому же...
Чи Юань окинул взглядом лицо Лу Хуая, сквозь легкое, небрежное слово «ошибка» разглядев болезнь и госпитализацию этого человека. Подсчитав дни, он прикинул, что это случилось как раз на следующий день после того, как он облил его вином. Чи Юань невольно потер нос, догадываясь, что здесь все-таки есть и его доля вины: возможно, из-за того, что он целых два года не пикировался с соперником, его сердце смягчилось, и ему стало чуточку не по себе.
Впрочем, только чуточку не по себе. Отвечать на слова Лу Хуая Чи Юань не стал: его узкие персиковые глаза сузились, блеснув опасным холодом, и он перевел взгляд на директора Синьмина, которого до этого полностью игнорировали.
— Вы всё расслышали? — произнес он.
Уголки его губ тронула улыбка, но прозвучало это безжалостно:
— Похоже, на этот раз Синьмину будет крайне сложно договориться о сотрудничестве с Корпорацией Лу. А у меня, знаете ли, внезапно появились кое-какие соображения. Может, вернемся к детальному обсуждению через пару дней?
Директор Синьмина понял, что происходит ровно то, чего он боялся больше всего. Его охъяла паника, но, стараясь сохранить лицо, он выпрямился и выдавил из себя натянутую улыбку:
— Хорошо. Мы подождем, пока генеральный директор Чи все обдумает, и тогда продолжим.
Проводив взглядом удаляющегося человека и помня о необходимости партнерства с Синхэ, Лу Хуай тоже собрался уходить. Он посмотрел на Чи Юаня, разрываясь между двумя сомнениями: стоит ли вообще подавать голос и как именно это сделать.
— Я...
— Подожди.
Оба заговорили одновременно и тут же синхронно замолчали.
Личные секретари обоих мужчин тоже были потрясены этой поистине жутковатой картиной. Они переглянулись, вспомнив недавние слухи, и испугались, что Лу Хуай и Чи Юань внезапно воспылают друг к другу такой неприязнью, что прямо здесь бросятся в драку.
Секретари молча подались вперед, рассчитывая в ту же секунду навести порядок после бури.
Лу Хуай же совершенно не ожидал, что Чи Юань подаст голос. Его прикрытые влажным блеском глаза заискрились от какого-то неописуемого чувства польщенности, и Чи Юань, поймав этот взгляд, на мгновение потерял дар речи.
— Лу Хуай, спасибо.
В отличие от прежних колких перепалок, это «спасибо» прозвучало на редкость деревянно. Лу Хуаю стало одновременно смешно и странно, но он видел, что Чи Юань смотрит на него упрямо, а значит — говорит вполне серьезно.
Это «спасибо» выглядело несколько бессмысленным, и все присутствующие тут же озадаченно нахмурились — разве они не заклятые соперники?
Но Чи Юань, разумеется, ни капли не сомневался, что Лу Хуай его поймет.
Фраза Лу Хуая отрезала Синьмину путь к отступлению, тем самым оставив ему пространство для борьбы за собственную выгоду. Остальные могли ничего не понять, но Лу Хуай поймет наверняка.
И действительно, Чи Юань увидел, как Лу Хуай улыбнулся ему, совершенно спокойно принимая эту благодарность.
— Не за что.
Просто ему не хотелось, чтобы кто-то в самый последний момент узнал всю правду и испортил себе настроение.
Они снова встретились лишь спустя полмесяца.
Когда Лу Хуай появился на месте, Чи Юань уже сидел рядом с отцом Чи, и недовольство читалось на его лице с первой до последней секунды. Лу Хуай опустил взгляд на часы — прошел ровно час с тех пор, как они с Чэнь И подписали контракт. Должно быть, эта новость уже долетела до ушей Чи Юаня, а учитывая каналы получения информации, которыми тот располагал, такая скорость не удивляла.
И все же... думая об этом, Лу Хуай чувствовал, как его взгляд тяжелеет, а на губах помимо воли застывает беспомощная улыбка.
Ну надо же было случиться такому совпадению.
Стоило ему только подписать договор, как родители с обеих сторон тут же объявили о совместном ужине. Со стороны это выглядело так, будто он намеренно все подстроил, пытаясь скрыть правду и унизить соперника в самый последний момент. Если бы эти два события не наложились друг на друга, Лу Хуай думал, что смог бы ненароком дать Чи Юаню то объяснение, которого тот ждал. Но теперь Чи Юань, пожалуй, только и делал, что мысленно крыл его последними словами.
Процесс подписания контракта между Лу Хуаем и Чэнь И прошел не гладко. Во-первых, он никак не мог посвятить партнера в планы Корпорации Лу касательно дальнейшего развития этого проекта; во-вторых, Чэнь И опасался, что столь разношерстную компанию, как Синхэ, будет еще сложнее держать под контролем. Из-за этого сторонам было трудно прийти к общему знаменателю.
Лу Хуай думал, что ему повезло довериться собственной интуиции. Незадолго до этого поползли слухи, будто внутреннее руководство Синхэ погрязло в хаосе, и что кто-то даже ухитрился воспользоваться лазейкой в договоре, прихватив деньги и пустившись в бега. Однако эту сплетню быстро замяли: содержание показалось столь абсурдным, что ей почти никто не поверил. И только потому, что Лу Хуай специально отдал помощнику распоряжение покопаться в обрывках диалогов на каком-то форуме, ему в голову пришла подобная догадка.
У Чэнь И оборвались финансовые цепочки, и даже несмотря на то, что один из проектов вскоре должен был окупиться, для поддержания оборота ему отчаянно требовалась крупная сумма наличных. Получить эти деньги было не так уж трудно: у Синхэ за эти годы появилось немало надежных партнеров, да и благодаря безупречной деловой репутации кредит одобрили бы без проблем. При условии, что этот факт оставался бы от него скрыт. Бей врага в самое уязвимое место — этот принцип Лу Хуай понимал всегда.
http://bllate.org/book/29272/3555340
Готово:
