Готовый перевод The Goldfish Will Die_Good Luck / Золотые рыбки умирают: Пожелай мне удачи: Глава 9

Хэ Мин остановил свои качающиеся руки, указал на место, обозначенное в пригласительном билете, и произнес: — Ты бета, ты никогда не сможешь сюда попасть.

Местом проведения свадьбы был выбран фешенебельный отель, который не принимал беты в качестве гостей.

Все гости, приглашенные на свадьбу, уже получили свои пригласительные, и только Ли Байцзэ узнал об этом самом существовании пригласительных.

Ли Байцзэ немного помолчал перед Хэ Мином, затем обошел преграждающего ему путь Хэ Мина, вернулся в спальню и уже надолго погрузился в тишину.

Он не хотел, чтобы Ю Мэн и Хэ Шэнчжоу поженились, но раз уж Ю Мэн и Хэ Шэнчжоу должны были пожениться, ему очень хотелось воочию увидеть счастливый момент Ю Мэн.

За ужином Ли Байцзэ прервал свое молчание и тихо спросил Ю Мэн и Хэ Шэнчжоу: — Мама, дядя Хэ, разве я не могу пойти на вашу свадьбу? Обязательно ли иметь пригласительный билет, чтобы попасть к вам на свадьбу?

Возможно, сам Ли Байцзэ не замечал тех изменений, которые отличали его от обычного состояния, но все за столом отчетливо видели нескрываемую досаду в его вопросе.

Ю Мэн на мгновение замерла, нахмурившись, посмотрела на Хэ Шэнчжоу, и в ее взгляде читалось осуждение. Хэ Шэнчжоу сказал Ли Байцзэ: — Сяо Цзэ, ты можешь пойти, просто все будет немного иначе, чем у остальных.

Ли Байцзэ очень хотел спросить еще кое о чем: почему для проведения свадьбы выбрали место, куда бетам вход воспрещен?

Но у него, будучи бетой, катастрофически не хватало смежности задать этот вопрос вслух. Никто в семье Хэ не был бетой, и им, пожалуй, было трудно прочувствовать его состояние и подумать о том, каково это — беречь чувства Ли Байцзэ.

Он улыбнулся и сказал Хэ Шэнчжоу: — Главное, что смогу пойти.

Ю Мэн поднялась со стула, подошла к Ли Байцзэ, наклонилась, обняла его и мягко похлопала по спине: — Сяо Цзэ, не грусти, маме будет больно.

Получив утешение, Ли Байцзэ вдруг так сильно захотел заплакать, но члены семьи Хэ смотрели прямо на него, и он, дорожа своей гордостью, сдержался и не заплакал, ответив Ю Мэн: — Я не грущу.

Ю Мэн произнесла: — Ладно, наш Сяо Цзэ такой сильный.

В конце января Ли Байцзэ не смог войти через парадный вход банкетного зала, где проходила свадьба, как это сделали остальные гости — вместе с сотрудниками он прошел в банкетный зал через служебный вход.

Внутри банкетного зала повсюду пестрели нежные розы, среди которых были искусно расставлены веточки османтуса — цветки один за другим вплетались в композицию, и по всему залу разливался легкий аромат османтуса.

Даже выполненный в виде звездного неба потолок банкетного зала, если присмотреться, состоял из мерцающих звезд, имевших форму соцветий османтуса.

Поскольку феромоны Ю Мэн пахли османтусом, в свадебное оформление добавили множество элементов с этим цветком.

Ли Байцзэ не мог чувствовать феромоны Ю Мэн, но она заранее рассказала ему, что ее феромоны пахнут османтусом, и сказала: — Сяо Цзэ, у тебя появилась своя собственная веточка цветочков.

Обзавестись своим цветочком — звучало немного странно, но Ли Байцзэ очень полюбились эти слова Ю Мэн.

Находясь в банкетном зале, наполненном ароматом османтуса, Ли Байцзэ подумал, что этот цветочек Ю Мэн получил благословение других цветов.

Ли Байцзэ сидел за одним столом с младшим поколением семьи Хэ. Он тихо слушал, как свадебный распорядитель ведет церемонию, а в момент появления молодоженов не отрывал глаз от самого конца подиума — того места, где должны были показаться Ю Мэн и Хэ Шэнчжоу.

Когда Ю Мэн вышла в роскошном свадебном платье, Ли Байцзэ моргнул, и у него снова появилось непреодолимое желание заплакать. В голове будто дрались два человечка: один вовсю шумел о том, что счастье Ю Мэн — это самое главное на свете, а второй кричал, что Ю Мэн выходит замуж, теперь у нее станет еще меньше сил уделять внимание Ли Байцзэ, и сам Ли Байцзэ такой жалкий.

Уголки губ Ли Байцзэ вновь с трудом поднимались вверх. Перестав смотреть на Ю Мэн, он перевел взгляд на изысканную и аппетитную еду на столе, и настроение у него немного улучшилось. Но когда он снова поднял глаза и увидел сидящего напротив Хэ Мина с покрасневшими глазами, тайком вытиравшего слезы пальцем, два человечка в голове Ли Байцзэ тут же испарились.

Боже мой, Хэ Мин вообще-то плакал. Ли Байцзэ подумал, что слезы Хэ Мина уж точно не были вызваны ощущением счастья.

Он испытал злорадство, мгновенно забыв о собственной грусти, и чужая печаль заставила уголки его губ поползти вверх.

Стоило ему проулыбаться всего пару секунд, как это заметил Хэ Лан. Он протянул палец, указав им по воздуху на Ли Байцзэ, а затем изобразил жест разрезания чего-либо — если бы этот жест мог нанести реальный вред, на теле Ли Байцзэ тут же осталась бы рана.

Впрочем, жест не возымел никакого эффекта, Ли Байцзэ по-прежнему преспокойно сидел на своем месте, однако он решил проявить великодушие и больше не смотреть на Хэ Мина.

Вдруг Ли Байцзэ услышал тихий вздох.

Он уже слышал его раньше — это был вздох Хэ Вэя.

Он посмотрел на Хэ Вэя и увидел, как рука Хэ Вэя перехватила запястье Хэ Лана, опуская вниз ту руку, которой Хэ Лан только что показывал жесты.

Когда в прошлый раз Хэ Вэй вздохнул перед Ли Байцзэ, он произнес: какие же вы с Хэ Мином и Хэ Ланом скучные.

Возможно, на этот раз Хэ Вэю снова стало скучно от их выходок.

Ли Байцзэ подумал, что Хэ Вэй — хороший человек, которого так легко довести до вздоха своей скукой.

После свадьбы Хэ Шэнчжоу и Ю Мэн отправились в свадебное путешествие. За день до их отъезда в медовый месяц Хэ Вэй снова переехал в дом Хэ Шэнчжоу.

Утром в день отъезда Хэ Шэнчжоу и Ю Мэн, провожая их у виллы, Ли Байцзэ со слезами на глазах крепко обнял Ю Мэн и только после этого позволил ей сесть в машину и уехать.

Как только машина тронулась с места, Хэ Мин ехидно бросил в адрес Ли Байцзэ: — Ли Байцзэ — маменькин сынок.

Ли Байцзэ действительно сильно зависел от Ю Мэн и совсем не хотел, чтобы она уезжала, поэтому его задели за живое. Он хотел стерпеть, но, заметив неподалеку Хэ Вэя — ведь Хэ Вэй был защитником справедливости и обязательно остановил бы Хэ Мина, реши он снова на него наброситься, — он тут же ответил Хэ Мину: — А Хэ Мин — плакса.

Хэ Мин, вспомнив, как Ли Байзэ застал его плачущим на свадьбе, тоже почувствовал, как рушится его броня, и протянул руку, чтобы толкнуть Ли Байцзэ. Тот поспешно спрятался за спину Хэ Вэя.

Хэ Вэй протянул руку и остановил Хэ Мина. Тот больше не стал пытаться толкнуть Ли Байцзэ, лишь тихо фыркнул и направился вглубь виллы.

Хэ Лан последовал за Хэ Мином, утешая его по дороге: — Не злись ты так, подумаешь, увидел кто-то, что ты плачешь — не конец света.

Когда Хэ Мин и Хэ Лан ушли, вокруг стало намного тише. Ли Байцзэ вышел из-за спины Хэ Вэя и сказал: — Спасибо, старший брат.

Хэ Вэй вздохнул, ничего не ответил и тоже направился внутрь виллы.

Как раз наступила суббота, и у Ли Байцзэ было полно свободного времени. Он снова принялся искать возможности крутиться возле Хэ Вэя, при каждом удобном случае стараясь ему угодить.

В два часа дня Хэ Лан взял две пары боксерских перчаток и вместе с Хэ Вэем поднялся в спортзал на втором этаже. Хэ Мин поплелся следом за ними, но, заметив Ли Байцзэ, снова спустился на первый этаж, обхватил его за плечи и сказал: — Пойдем с нами, поиграешь тоже.

Разве от Хэ Мина можно было ждать чего-то хорошего? Ли Байцзэ попытался отказаться, но Хэ Мин мертвой хваткой вцепился в его руку и силой потащил на второй этаж, в спортзал.

Внутри спортзала Хэ Вэй и Хэ Лан уже вовсю занимались спаррингом. Они лупили друг друга со страшной силой, удары перчаток о тела звучали так громко, что от одного звука становилось больно.

Хэ Вэй и Хэ Лан обменивались ударами наотмашь, казалось, ни один из них не собирался уступать. Дрались они яростно — совсем не так, как Ли Байцзэ привык их видеть, без привычного налета поверхностной утонченности.

Поглазев на это пару минут, Ли Байцзэ спросил стоявшего рядом Хэ Мина: — Ты же не заставишь меня с ними драться?

Хэ Мин помотал головой и ответил: — С чего бы? Будет нехорошо, если тебя там насмерть забьют.

Затем он наклонился к самому уху Ли Байцзэ: — У Хэ Вэя характер тяжелый. Если ты будешь постоянно вертеться у него перед глазами и не дай бог чем-нибудь его взбесишь, мало не покажется — если он тебя отметелит, тебе придется туго.

И добавил: — Мы сами стараемся лишний раз его не злить.

Ли Байцзэ вовсе не был дураком: обычно человек способен предвидеть момент, когда способен кого-то разозлить, и вовремя искренне извиниться или просто унести ноги. Зачем же стоять столбом и дожидаться, пока чеье-то терпение лопнет и к тебе применят физическую силу?

И все же он кивнул Хэ Мину и сказал: — Я понял.

Раньше Ли Байцзэ не замечал, чтобы Хэ Вэй ходил в спортзал колотить грушу. Но теперь, обратив на это внимание, он стал замечать, что Хэ Вэй обычно отправлялся в спортзал после того, как подолгу засиживался в музыкальной комнате.

Его тайные наблюдения на второй неделе в выходные были замечены самим объектом слежки — Хэ Вэем. Выйдя из музыкальной комнаты, Хэ Вэй не пошел в спортзал, а направился к краю лестничного пролета, откуда прекрасно просматривался Ли Байцзэ, и их взгляды встретились.

Ли Байцзэ в панике отвернулся, но Хэ Вэй окликнул его по имени: — Ли Байцзэ.

Хэ Вэй поманил его рукой, и Ли Байцзэ поднялся по лестнице на третий этаж. Стоило ему ступить на последнюю ступеньку, как Хэ Вэй спросил: — Чего это ты тут шпионишь?

Ли Байцзэ поднял книгу, которую вечно носил с собой, и показал ее Хэ Вэю: — В комнате душно от чтения, вышел сменить обстановку.

Хэ Вэй прищурился: — По-твоему, я такой дурак, что мне можно лапшу на уши вешать?

Ли Байцзэ покачал головой. Хэ Вэй тихонько усмехнулся и произнес: — В прошлые выходные Хэ Мин говорил тебе, что если разозлишь меня, то получишь тумаков — и это правда.

Хэ Вэй выхватил книгу из рук Ли Байцзэ и бегло перелистнул страницы, тут же наткнувшись на исписанный на максимальный балл экзаменационный лист. Хэ Вэй задержал на нем взгляд на пару секунд, а затем вернул страницу на место.

Этот листок Ли Байцзэ подложил в книгу намеренно. Подобные тесты лежали у него во многих книгах — на тот случай, если в один прекрасный день Ю Мэн зайдет в его комнату и полистает книги за рабочим столом. Тогда Ли Байцзэ не придется самому хвастаться своими оценками, и он автоматически получит похвалу от Ю Мэн.

Хэ Вэй свернул книгу в плотную трубку и постучал ею по ладони, словно намекая: стоит Ли Байцзэ сказать хоть слово неправды, как в следующий же момент эта книга опустится на его голову.

От Хэ Вэя исходило такое мощное давление, что Ли Байцзэ нервно сглотнул. Выходит, Хэ Мин ничуть не соврал. Вспомнив, как дрались Хэ Лан и Хэ Вэй, Ли Байцзэ невольно испугался.

Он пробормотал: — Мне просто стало интересно, ходишь ли ты в спортзал после того, как поиграешь на виолончели.

Хэ Вэй кивнул: — Хожу.

Вдруг Хэ Вэй резко взмахнул книгой, словно собираясь ударить Ли Байцзэ. Тот инстинктивно вскинул руки для защиты, но книга лишь легко коснулась его ладони.

Ли Байцзэ услышал, как Хэ Вэй хмыкнул, и услышал его слова: — Лучше бы так рьяно учился. Иди читай свою книгу и держись от меня подальше.

Из-за пережитого испуга сердце Ли Байцзэ колотилось как безумное, лицо покраснело, а в глазах блеснули слезы — вид у него был жалобный-прежалобный. Заметив это, Хэ Вэй слегка нахмурился: — Отставить слезы.

Ли Байцзэ тут же запротестовал: — Я и не собирался плакать.

Хэ Вэй явно ему не поверил, а Ли Байцзэ выглядел так, будто стоило ему повернуться, как он тут же расплачется.

http://bllate.org/book/29360/3565912