Готовый перевод Wisdom Tooth Bite: Sunken Pearl / Зубы мудрости: Сладкая ловушка: Глава 1

В тени, сотканной из арматуры и бетона, Гу Шаньсин получил уведомление о зачислении зарплаты. Он посмотрел на закатное солнце с недостроенного высотного здания — облака казались настолько близкими, что, казалось, до них можно было дотянуться рукой. Но сквозь далекий лоскут багрово-оранжевого облака, разглядывая башни и снующие внизу машины, он словно увидел черную реку: извилистая дорога текла по городу, а люди казались такими мелкими, будто песчинки.

Выйдя со стройки, он тут же погрузился в привычный городской шум. Звуки клаксонов резали слух. Опустив голову, он перевел часть денег на другой счет, оставив остальное на расходы в следующем месяце.

Толпы людей спешили по домам, водители в час пик теряли терпение, и автомобильные гудки сливались в непрерывную трескотню, словно кто-то безумно барабанил по черно-белым клавишам рояля. Гу Шаньсин перешагнул через запруженную машинами дорогу и ответил на звонок.

— Шаньсин, выручай! У меня есть друг, в общем, земляк мой, у него дома проводка неожиданно замкнула, а в такое время никого вызвать не получается. Сможешь заглянуть к нему? Я всё еще в командировке, вернусь — с меня ужин.

Звонивший торопился. Его звали Чэнь Чуан, и полгода назад, когда Гу Шаньсин только приехал сюда, именно он помог ему устроиться на работу. Только благодаря тому, что они были земляками, человеку с аттестатом о среднем образовании удалось найти строительную бригаду, где платили страховку. Вообще-то он два года проучился в университете, но бросил, так и не получив диплом, так что его образование так и застряло на школьном уровне.

Адрес, который ему прислали, был всего в двух станциях на метро. Спустившись в вагон, Гу Шаньсин под ярким светом потолочных ламп заметил в отражении стеклянной двери брызги грязи на штанинах. Его позвали слишком внезапно, а в наши дни человек может обойтись без чего угодно, но только не без электричества, поэтому ему поневоле пришлось заявиться в элитный жилой комплекс в таком виде.

Охранник у ворот пропустил его только после того, как созвонился с хозяином квартиры. Территория комплекса была такой огромной, что здесь немудрено было и заблудиться. Гу Шаньсин, оказавшись здесь впервые, с пару минут простоял перед указателем, прежде чем уверенно отыскать нужный дом. Здание оказалось очень высоким. Ожидая лифт, он заметил в ленте соцсетей сбор средств на лечение. Тридцатилетнему мужчине требовалась операция, нужно было собрать двести двадцать тысяч. Он кликнул, и сумма автоматически перевелась — двадцать юаней. Гу Шаньсин подумал об этом, его темные брови даже не дрогнули, а грубые мозолистые пальцы дважды согнулись — целый день работы коту под хвост.

Лифт поднялся быстро. Убрав телефон, он подошел к нужной двери и нажал на звонок. Интересно, насколько аккуратно его короткие волосы выглядели на экране видеодомофона? Черные пряди были подстрижены так коротко, что это даже казалось излишним. Звонок прозвенел несколько раз, прежде чем железная дверь со скрипом приотворилась в его сторону.

Гу Шаньсин отступил на шаг и заглянул внутрь. Свет был отключен, но благодаря лампе в коридоре он смутно разглядел распухшую половину лица. Щека выпивала, словно во рту прятали грушу, из-за чего вторая, уцелевшая половина лица казалась особенно изящной, с на редкость плавными линиями. Он задержал на нем взгляд чуть дольше обычного.

Хозяин квартиры прикрыл лицо рукой и невнятно произнес:

— Проходите.

Гу Шаньсин шагнул в прихожую. Ему нагнулись и протянули домашние тапочки. Стоило ему сменить обувь и ступить в комнату, как колышущееся пламя свечи чуть не погасло от потока воздуха. Хозяин заслонил огонек рукой, держа свечу, и провел его к распределительному щитку.

Проводка обветшала, кнопки не реагировали. Гу Шаньсин произнес:

— Нужно менять реле.

Чэнь Жугу глухим голосом отозвался:

— Дома нет. Я пойду куплю.

Гу Шаньсин поднялся и бросил через плечо:

— Жди. — И вышел за дверь.

В супермаркете при комплексе такого не продавали, поэтому Гу Шаньсин по навигатору отыскал ближайший магазин хозтоваров. Купив реле, он подумал немного и прихватил еще и набор инструментов: там были и гаечные ключи, и отвертки, и запасные предохранители.

Когда он вернулся, дверь была не заперта. Чэнь Жугу стоял прямо у входа и, увидев в его руках ящик для инструментов, на секунду замер. Не сказав ни слова, он первым вошел в квартиру.

Старое реле было заменено, и электричество мгновенно восстановилось — вся квартира залилась ярким светом. Гу Шаньсин слез со стула, опустившись обеими ногами на пол, и только теперь смог как следует разглядеть Чэнь Жугу, стоявшего неподалеку.

В нем было что-то странно-прекрасное.

Выдержав тяжелый взгляд Гу Шаньсина, Чэнь Жугу смущенно опустил голову и пробормотал:

— Мне удалили зуб мудрости, лицо опухло... Перестань пялиться.

— Угу. — Гу Шаньсин подошел к умывальнику вымыть руки и заметил, что пластиковый короб для проводки на кухне отошел от стены, а оголенные провода находились совсем близко к крану — на них запросто могло брызнуть водой. Вытерев руки о штаны тыльной стороной ладони, он мозолистым большим пальцем вдавил короб на место, но спустя всего мгновение раздался сухой щелчок, и короб с треском отскочил обратно, словно и не собирался держаться.

Вздохнув, Гу Шаньсин стянул спортивную куртку. Рабочую рубашку с длинными рукавами он оставил на стройке, поэтому под курткой у него осталась лишь черная майка, а при каждом движении под кожей перекатывались крепкие мускулы.

Чэнь Жугу стоял у дверей кухни и смотрел, как на смуглой коже напрягаются вены, когда тот закручивает винты. Эти сильные, узловатые пальцы излучали одновременно чувственность, грубую силу и нечто вызывающее. Чэнь Жугу на мгновение замер. Скользнув взглядом по его плечам, он подумал, что этот человек наверняка тренируется: и плечи, и руки обладали той самой соразмерной силой, которая выдавала в нем человека крепкого телосложения.

Чувствуя этот взгляд спиной, Гу Шаньсин закручивал винт на коробе. Капли пота скатывались со лба к вискам. Замедлив движения, он произнес:

— Не сломаю, можешь так не пялиться.

Бывают же такие люди. Раньше, когда Гу Шаньсин чинил материнские платы, клиенты тоже неотступно следили за каждым его движением, боясь, что при разборке он заменит родные дорогие детали на бэушные. И их трудно было в чем-то винить: бесчестных торговцев хватало, и если у человека черная душа, на чем только не наживешься. Другое дело, что сам он подобным не занимался.

Конечно, случались те, кто под видом ремонта ломал что-то еще, чтобы нагреть руки на чужой беде. Но Чэнь Чуан — его друг, и раз уж он пришел помочь без единой копейки платы, такое недоверие казалось по меньшей мере неуместным.

Возможно, из-за его резкого тона Чэнь Жугу вдруг тревожно ёкнул сердцем, а лицо его само собой вспыхнуло. Он еще долго не мог вымолвить ни слова, а затем просто развернулся и пошел к холодильнику за слабоалкогольным напитком.

Гу Шаньсин не только починил короб для проводки, но заодно привел в порядок и счетчик воды. Арендная плата в этом районе явно немаленькая, да и коммунальные услуги влелетают в копеечку — сейчас в городе электричество стоит больше рубля за киловатт-час, а вода и того дороже. После его манипуляций счетчик воды теперь не будет накручивать лишнего.

Когда он закрыл ящик с инструментами, за окном уже совсем стемнело — было неизвестно, сколько времени. Гу Шаньсин вымыл руки и размял затекшую шею. В этот момент подошел Чэнь Жугу, и его косой взгляд случайно упал на ту самую половину лица гостя. Бледный, интеллигентный — он совсем не походил на тех людей, с которыми Гу Шаньсин привык общаться. Осознав это, он легкомысленно отвел глаза.

Чэнь Жугу протянул бумажный пакет, внутри которого лежали пирожное на одну персону и банка пива. По хорошему счету следовало пригласить человека поужинать, но вымолвить хоть слово он не мог, поэтому жест с пакетом получился немного похожим на попытку выставить гостя за дверь.

Гу Шаньсин принял пакет и оставил ему ящик с инструментами. Он не стал говорить дежурных фраз вроде «если что-то сломается, звоните», они даже не назвали друг другу своих имен и просто расстались.

Ночной ветер качал ветки и листья во дворе. Под бдением уличных фонарей звезды полностью скрылись с небосвода. Больше не глядя на черное небо, Гу Шаньсин быстрыми шагами направился к метро. Следующая их встреча состоялась только полмесяца спустя.

***

Общежитие для рабочих, состоявшее всего из тонких досок и листов железа, было демонтировано по жалобе жильцов из-за нарушения норм пожарной безопасности. Из-за этого Гу Шаньсин остался без крыши над головой. Строительная бригада выплачивала каждому по триста юаней компенсации на жилье в месяц, и тесные конурки в городе стали единственным пристанищем для таких людей, как он.

Если это вообще можно было назвать комнатой.

Гу Шаньсин предпочитал называть ее улиточной раковиной — тесным панцирем, зажатым между бетонным полом и низким потолком, куда почти не проникал солнечный свет, душным и сырым. Стоило человеку ростом метр восемьдесят встать посреди комнаты, как его макушка почти упиралась в потолок. Проснувшись как-то раз на выходных, он потянулся и широко раскинул руки, отчего пальцы с резким звуком ударились о потолок. Подняв ладони вверх, он почувствовал, как сквозь узкое окно пробивается узкий луч солнца, отражая облезлый серовато-белый потолок так, что тот казался основанием пагоды. И он словно был придавлен к самому дню этой пагоды тяжестью собственного позвоночника.

http://bllate.org/book/29399/3571941