Готовый перевод Transmigrated into the School Hunk's Tmall Genie / Стать умной колонкой школьного принца: Глава 13

Пробубнив полчаса утренние стихи, Лу Юньфэй и Ли Юаньцин вперевалку, закинув руки друг другу на плечи, направились к спортивной площадке готовиться к утренней зарядке.

Ли Юаньцин спросил его:

— Спорторг к тебе подходил? Сегодня утром я только зашёл в класс, а этот пухляк чуть ли не мне на шею бросился. Ревел белугой, умолял записаться хоть на какой-нибудь вид соревнований, напугал меня так, что я чуть хулатан не пролил.

— И ты записался?

— Записался, конечно. Пухляк хоть мне на шею не запрыгнул, зато в талию вцепился мертвой хваткой, того и гляди носом в грудь уткнулся бы. Разве посмел бы я отказаться?

— И на что ты записался?

— Эстафета четыре по сто.

— И всё?

— Слышь, Фэй, нам же после спартакиады ещё с Чжан Ланом и остальными в баскетбол играть, нужно же и силы поберечь.

Услышав это, Лу Юньфэй хлопнул себя кулаком по ладони:

— Точно! Как это я сам не додумался? Юаньцин, есть один разговор.

Ли Юаньцин подозрительно прищурился:

— С чего это у меня такое чувство, что ты замышляешь что-то недоброе?

— С чего бы вдруг? Мы же с тобой не чужие люди. Иди сюда, послушай.

Лу Юньфэй придвинулся ближе:

— В этот раз на баскетбольный матч ты не выходишь. Выиграем — пойдём в ресторан за наш счёт, проиграем — с тебя тоже ни копейки не возьмём. Я тут подумал выставить Бянь Цзиньюаня.

— Кого? — Ли Юаньцин решил, что у него слуховые галлюцинации. — Ты кого сказал? Мне послышалось? Сколько ты дней с ним за одной партой сидишь, а уже старых друзей на новых променял! Только и знаешь, что радоваться новым знакомствам да забывать старые!

— Моя ты наложница ненаглядная, ты зря переживаешь. Я просто подумал, что у Бянь Цзиньюаня семейные обстоятельства немного особенные, вот и хочу ему помочь.

— И что у него за особенности? — не понял Ли Юаньцин.

— Да разве ж можно чужие секреты вот так налево и направо рассказывать? Бянь Цзиньюань человек гордый, разве емуловко перед другими позориться?

— Значит, перед тобой емуловко не было?

Лу Юньфэй про себя подумал: дело тут вовсе не в ловкости, просто деваться некуда, теперь-то я сам часть его семьи! Нельзя же недооценивать мелкую бытовую технику и не считать её членом семьи!

— Короче говоря, дело решённое. Тренироваться продолжаешь с нами, просто на самой игре на поле не выйдешь.

— С чего это ты так уверен, что Бянь Цзиньюань согласится?

— Конечно уверен, — самодовольно заявил Лу Юньфэй. — Я кто такой? Я ему добро сделал, неужели он мне откажет?

— Это кто там у нас творит добро и не ждёт награды? Ты что ли, Фэй?

— Ну уж точно не я, — Лу Юньфэй сунул руки в карманы. — Человек я слишком рассудительный, разве стану говорить такие глупости себе во вред?

Ли Юаньцин усмехнулся:

— Ну ладно.

— Не переживай, — Лу Юньфэй толкнул его плечом. — Придёшь под конец матча, я тебе дам минут десять поиграть.

— Большая честь.

— Ещё бы не большая, — Лу Юньфэй снова пихнул его локтем.

Когда они после зарядки вернулись в класс, к ним, само собой, подбежал спорторг-пухляк.

Спорторг окинул взглядом бесстрастного Бянь Цзиньюаня, перевёл глаза на улыбающегося Лу Юньфэя и без малейших колебаний завыл прямо на ухо последнему:

— Лу Юньфэй! У тебя же такие крутые результаты по физкультуре, запишись хоть на один вид! Ну запишись!

Лу Юньфэй изначально и так планировал записаться — в конце концов, ему самому нравились школьные спортивные праздники, так что мучить бедного пухляка он не стал:

— Ладно, запиши меня на эстафету четыре по сто и на стометровку.

— Отлично-отлично! — у пухляка от радости даже глаза сузились. Он торопливо сделал пометку в блокноте и повернулся к Бянь Цзиньюаню: — А ты, одноклассник?

— У меня нет времени, — ответил Бянь Цзиньюань.

Проведя два дня внутри домашней Тяньмао Цзинлин, Лу Юньфэй уже примерно понимал, что у Бянь Цзиньюаня действительно нет свободной минуты. Помимо учёбы, тот ещё и подрабатывал, так что, разумеется, был куда занятее их всех — школьников, которым ни о чём, кроме уроков, думать не нужно.

Пухляк продолжал уговаривать:

— Ну запишись на один, хотя бы на один!

Бянь Цзиньюань сидел, уткнувшись носом в тетрадь и молча решая задачи.

Видя, как жалко выглядит спорторг, Лу Юньфэй решил вмешаться:

— Сходи сначала спроси остальных. Если в конце концов на какой-нибудь дисциплине вообще никого не окажется, тогда возвращайся ко мне — если смогу, выступлю. А если нет, пускай учитель Ли назначает принудительно. Ты же ради класса стараешься, так что не переживай: если людей совсем не хватит, пусть учитель просто прикажет кому надо.

Услышав это, пухляк смущённо посмотрел на него и тихо пробормотал:

— Я просто не хочу лишний раз беспокоить учителя.

— Тут уж ничего не поделаешь, — заметил Лу Юньфэй. — Сам знаешь: на спартакиаде зрителей всегда полно, а спортсменов кот наплакал.

Пухляк кивнул и виновато улыбнулся:

— Спасибо тебе, Лу Юньфэй.

— Не за что, — отозвался тот.

Только после этого пухляк отошёл от его парты и отправился выяснять, кто ещё готов поучаствовать.

Лу Юньфэй повернулся к Бянь Цзиньюаню, который всё ещё был занят заданиями, придвинулся ближе и спросил:

— Сосед, а ты в баскетбол играть умеешь?

Бянь Цзиньюань оторвал руку от бумаги и спокойно ответил:

— Умею.

— И как? Хорошо играешь?

— Нормально.

Бросив это, он снова принялся выводить цифры в тетради.

Лу Юньфэй не стал ему мешать, а просто продолжил:

— Слушай, выручишь меня?

— В смысле? — поднял на него глаза тот.

— Мы с парнями из нашей компании ещё с девятого класса договорились с учениками из другой школы провести баскетбольный матч в субботу на неделе спортивных соревнований. Но у Ли Юаньцина тут непредвиденные дела возникли, он поехать не сможет. Сможешь заменить его и поехать с нами? Не бойся, бесплатно играть не заставим — за этот турнир дают денежный приз. Если победим, получишь пять тысяч.

Перо в руке Бянь Цзиньюаня снова замерло.

Он едва ли не ушам своим верил:

— Пять тысяч? Так много?

Разве это много? Лу Юньфэй считал, что даже маловато — пяти тысяч Бянь Цзиньюаню сейчас ни на что не хватит, он бы с радостью ещё нолик к этой сумме пририсовал. Вот только такой человек, как Бянь Цзиньюань, судя по всему, чертовски гордый: предложи ему сейчас взаймы — наверняка откажется. Придётся искать способ помочь постепенно.

— Разве это много? — нарочито небрежно бросил Лу Юньфэй. — Мы же чисто ради веселья участвуем, приз тут не главное. Главное — победа или поражение, проиграть-то позорно, верно?

Бянь Цзиньюань посмотрел на него:

— А если проиграем?

Если проиграем, каждый из нас выложит по пять тысяч из своего кармана. Но об этом лучше было помалкивать. Лу Юньфэй догадывался, что после таких слов Бянь Цзиньюань тут же сбежал бы — пусть сам он и не собирался заставлять того платить, но гордость Бянь Цзиньюаня вряд ли позволила бы ему допустить, чтобы кто-то другой расплачивался за его поражение.

http://bllate.org/book/29419/3575337