Кто-то за дверью договорил и удалился. Вскоре послыщлось резкое «хруст», и прежде чем Цзинь Юй успел что-либо сообразить, со всех сторон внезапно хлынули струи воды, бьющие прямо в лица узникам. Вода была ледяной, мощной и неистовой, и от внезапного удушья Цзинь Юй резко повернул голову, тяжело задышав.
Шум воды то и дело заглушали сорванные голоса и жалкие мольбы о помощи. Глаза Цзинь Юя невозможно было открыть, ледяная вода нещадно хлестала по лицу, вызывая острое чувство удушья, и ему поневоле приходилось открывать рот, чтобы глотнуть воздуха.
Его одежда насквозь промокла и липла к телу, а спутанные влажные пряди волос прилипали к безобразному шраму на щеке, придавая ему совершенно жалкий вид.
Пытка водой продолжалась неизвестно сколько. Когда она наконец прекратилась, Цзинь Юй тяжело дышал, ощущая, как по всему телу волнами расходится жуткий холод. Подземелье было сырым и мрачным, а мокрая одежда лишь усиливала пробирающий до костей озноб.
Яд уже глубоко проник в тело Цзинь Юя, и обычное водное наказание едва не лишило его половины жизни, особенно в такой ледяной обстановке. Он бессильно опустил голову: его конечности начали постепенно деревенеть от холода, а следом накатила невыносимая боль, будто кости ломали на куски.
Все вокруг дрожали от холода, и лишь Цзинь Юй, стиснув зубы от терзавшей его боли, чувствовал себя так, будто его конечности закопали в снежную ледяную пустыню, а затем, ожесточив донельзя, принялись ломать и выворачивать суставы.
Сознание Цзинь Юя затуманилось. В этом подземелье то и дело раздавались жуткие, леденящие душу вопли призраков, которые для остальных звучали пугающе и кошмарно, но для погруженного в полубессознательное состояние Цзинь Юя проходили бесследно.
Неизвестно сколько времени прошло, прежде чем дверь подземелья отворилась. Цзинь Юй открыл глаза и увидел, что его развязывают. Лишившись последних сил, он рухнул на колени.
Вошел Сяо Чжэюань и уселся на стул, который принесли его подчиненные. Бросив беглый взгляд в сторону Цзинь Юя, он увидел распростертого на земле человека с настолько белой кожей, что она казалась прозрачной. На этом фоне его брови и глаза выделялись густой тушью, словно на живописном свитке. Если бы не уродливый шрам, пересекавший лицо, его профиль был бы поистине ослепительно прекрасен.
Взгляд Сяо Чжэюаня слегка дрогнул, уголки губ изогнулись в усмешке:
— Этот убийца из Павильона Черного Ястреба с малых лет обучался боевым искусствам, так почему же одна пытка водой сделала его столь слабым? Он даже подняться не может. Ты действительно первый в рейтинге убийц Павильона Черного Ястреба?
Цзинь Юй опустил голову, а в глубине его холодных глаз затаилась убийственная жажда.
Сяо Чжэюань поднялся на ноги, подошел и, присев перед Цзинь Юем на корточки, приподнял его за подбородок. Лицо юноши было мертвенно-бледным, а взгляд Сяо Чжэюаня — пронзительным и жестким.
— Говорят, глава Павильона Черного Ястреба благоволил тебе больше всех и поверял любые тайны. Ты знаешь, где он? Назови его местонахождение, и я сохраню тебе жизнь.
Ресницы Цзинь Юя едва заметно дрогнули. Отвратительное прикосновение заставляло его содрогаться от омерзения. Стиснув зубы, он прямо посмотрел на Сяо Чжэюаня и покачал головой.
В ту же секунду улыбка исчезла с лица Сяо Чжэюаня. Резким движением он вцепился в горло Цзинь Юю, сжав пальцы, и холодно процедил:
— Не знаешь? Цзинь Ци, ты же любимчик Павильона Черного Ястреба, а ведь эти ваши убийцы перебили половину моих людей!
— Кх-м… — Цзинь Юй задохнулся от боли. Он в отчаянии вцепился руками в руку Сяо Чжэюаня, но хватка на шее становилась лишь крепче. Его бледное лицо стремительно багровело, накатывал ужас перед неминуемой гибелью, и в глазах Цзинь Юя мелькнула искра безнадежности.
Если он умрет, что станет со Старшей сестрой и Сяо Цзю? А Се Чэнъюнь успел бежать — снимет ли он с них яд?..
Сейчас у Цзинь Юя совершенно не осталось сил для сопротивления. И когда ему уже показалось, что он найдет свой конец в этой темнице, Сяо Чжэюань разжал пальцы. Получив возможность вздохнуть, юноша опал на землю и зашелся в кашле.
Сяо Чжэюань с видом праздного наблюдателя ждал, пока тот переведет дыхание. Заметив кровавую дымку в глазах Цзинь Юя, он мягко произнес:
— Чего ты боишься? Я же не собираюсь по-настоящему убивать тебя.
С усмешкой поднявшись на место, Сяо Чжэюань снова сел, взял у поданного Чэнь Цинем платок, чтобы вытереть руки, окинул презрительным взглядом поверженных на полу людей и снова спросил:
— Кто следующая цель для убийства у Павильона Черного Ястреба?
После слов Сяо Чжэюаня в темнице воцарилась мертвая тишина. Он бросил взгляд на стоявшую на коленях впереди женщину. Нянь Чжу испуганно припала к земле, но, подняв голову, случайно встретилась взглядом с Сяо Чжэюанем и тут же задрожала. В этот момент боковым зрение она заметила, как один из стражей поднял с низкого столика железные щипцы, на которых еще виднелись следы запекшейся крови.
Тот самый стражей бросил щипцы раскаляться в жаровню, после чего направился прямо к ней.
Все присутствующие в панике зажались в углы и стали пятиться назад. Нянь Чжу в ужасе замахала головой, следя за приближающимся стражем, и принялась беспорядочно жестикулировать.
Сяо Чжэюань не понял ее знаков и посмотрел на Чэнь Циня. Тот доложил:
— Ваше Высочество, кажется, она говорит о поместье генерала…
Нянь Чжу закивала и снова сделала несколько отчаянных пассов руками.
Чэнь Цинь на миг замер:
— Молодой генерал Ситу?
— Цзыцин? — медленно произнес Сяо Чжэюань. Чэнь Цинь кивнул и переспросил:
— Кто из вас должен был выполнить это задание?
Нянь Чжу и остальные разом уставились на Цзинь Юя. Она ткнула в него пальцем:
— Это он! Такой приказ отдал лично глава павильона! Мы к этому не имеем никакого отношения!
Павильон Черного Ястреба был уничтожен, и если удастся выбраться отсюда, они обретут свободу. В глазах Нянь Чжу вспыхнула решимость, и она выложила всё как на духу:
— В поместье генерала строжайшая охрана, только он способен справиться с этим заданием! И нападение назначено на завтрашний вечер! Мы здесь не при чем, умоляем Ваше Высочество пощадить нас!
— Умоляем Его Высочество наследного принца пощадить нас!
Сяо Чжэюань молча выслушал это, затем перевел взгляд на Цзинь Юя:
— Не ожидал, что ты так силен. Покушаешься на чиновника императорского двора да еще умудряешься скрываться от погони стражи? Тц.
Видя, что тот хранит молчание, Сяо Чжэюань принялся выстукивать пальцами ритм по подлокотнику кресла. Словно что-то вспомнив, он усмехнулся:
— Второй принц в сговоре с Павильоном Черного Ястреба, он неоднократно покушался на жизни многих чиновников, его преступления непростительны. Что ж, раз все вы здесь — лишь козлы отпущения, давайте так: выберите одного, кто примет смерть за остальных. Как вам идея?
Сбившиеся в кучу убийцы переглянулись, а затем единодушно указали на Цзинь Юя. Цзинь Юй скосил глаза, в его взгляде мелькнул холодный блеск.
Сяо Чжэюань с живым интересом наблюдал за происходящим. Он легко вздохнул и с наигранным сожалением произнес:
— Какая жалость. Я обещал лишь позволить вам выбрать одного смертника, но вовсе не говорил, что оставлю остальных в живых.
Люди в ужасе широко раскрыли глаза. В этот момент Сяо Чжэюань поднялся и отдал приказ сверху вниз:
— Помимо него… убить всех остальных.
С этими словами Сяо Чжэюань вышел из пыточной. Позади сверкали клинки и летела кровь, а звуки рвущейся грубой ткани и рассекаемой плоти заставляли кожу покрываться мурашками. Совершенно не меняясь в лице, он бросил шедшему следом Чэнь Синю:
— Велети Чэнь Мину предупредить Цзыцина, чтобы в эти дни он был осторожнее. Если Второй принц спрятал Се Чэнъюня, он вполне может снова нанести удар.
— Слушаюсь. — Чэнь Цинь замялся, желая что-то добавить: — А Цзинь Ци…
Сяо Чжэюань внезапно опустил взгляд на собственные руки и нахмурился:
— Эта его фамилия встречается не так уж часто… Сходи-ка проверь его происхождение, не связано ли оно с делом князя Жуя многолетней давности.
— Слушаюсь. — Получив приказ, Чэнь Цинь продолжил: — Ваше Высочество, у Цзинь Ци превосходные навыки боевых искусств. Если привлечь его в Теневую стражу, он станет для вас мощным подспорьем и серьезной угрозой для Второго и Третьего принцев.
— По-твоему, человек с таким характером добровольно мне подчинится? — холодно бросил Сяо Чжэюань.
— Люди эгоистичны. Если Вашему Высочеству удастся заставить его служить себе, то даже со сломанными крыльями и вырванными тигриными клыками он не сможет даже дернуться, — ответил Чэнь Цинь.
Услышав это, Сяо Чжэюань обернулся и с легкой усмешкой посмотрел на подчиненного:
— Ах, Чэнь Цинь, Чэнь Мин говорит, что ты добр и чист сердцем. Но теперь я вижу: должно быть, в глазах того малого любимый человек прекрасней любой красавицы, вот ему и кажется милым любое твое проявление.
Выражение лица Чэнь Циня застыло, на щеках проступило смущение. Опустив голову, он произнес:
— Подчиненный лишь считает, что такой талант, как Цзинь Ци, при освобождении станет неминуемой угрозой в будущем, а казнить его — просто расточительство. Лучше оставить его при себе. Второй принц переманил на свою сторону немало мудрых мужей при дворе, а Ваше Высочество как раз нуждается в кадрах.
Сяо Чжэюань хмыкнул:
— Что ж, тогда приручим его, пусть работает на меня.
Цзинь Юй очнулся от тряски тюремной повозки. Его доставили на просторную площадку, окруженную высокими, похожими на клетку стенами. Из каждого выхода под этими стенами медленно выезжали такие же тюремные повозки. Всмотревшись, Цзинь Юй понял, что в них находятся другие убийцы Павильона Черного Ястреба, выполнявшие задания в разных местах.
Цзинь Юй поднял голову. На возвышении Сяо Чжэюань сидел рядом со своим другом. Тот бесстрастно глянул на него холодным, равнодушным взглядом и, тут же отвернувшись, продолжил беседу с соседом.
— Хотя убийцы из Павильона Черного Ястреба давным-давно приговорены к смерти, заставлять их убивать друг друга — не слишком ли жестоко? — непринужденно произнес Сыту Ю, переводя взгляд на Сяо Чжэюаня с улыбкой: — Пусть эта шайка и не сможет свидетельствовать против Второго принца, но если удастся переманить их на свою сторону, ты ведь сможешь создать второй Павильон Черного Ястреба, верно?
Сяо Чжэюань лишь пренебрежительно хмыкнул:
— В мире сильных пожирают слабых. Если они не могут одолеть даже мою Теневую стражу, какая от них польза? Впрочем, что касается этого Цзинь Ци, знаешь ли ты, кто он?
— Кто же? — с любопытством спросил Сыту Ю.
— Единственный сын князя Жуя, чей род много лет назад был вырезан за одну ночь. Его Величество приказал тщательнейшим образом расследовать это дело, но спустя несколько месяцев оно превратилось в глухаря, который и по сей день пылится в архивах Великого судебного приказа, — неторопливо ответил Сяо Чжэюань, отпивая глоток чая. — Се Чэнъюнь — человек Второго принца, а вот он…
— Хочешь сказать, то истребление клана совершил Его Величество… — Сыту Ю уловил скрытый подтекст. Уничтожение поместья князя Жуя в свое время потрясло весь императорский двор, однако спустя несколько месяцев Великий судебный приказ второпях закрыл дело. — Да ну… Князь Жуй Лэлин годами следовал за Его Величеством, помогал ему взойди на престол, и Его Величество даже пожаловал ему титул и пожалование на тысячу дворов, как такое возможно…
Сяо Чжэюань холодно улыбнулся и ничего не ответил.
В пятнадцатый год Юаньдэ злоумышленники убили прежнего императора, и тот отправился на небеса верхом на драконе. Наследный принц Сяо Лихэн взошел на престол, сменив девиз правления на Юаньлун. В августе первого года Юаньлун Цзинь Фэннянь получил титул князя Жуя с уделом в Лэлине, став единственным в династии Даюн ваном с чужой фамилией. На пятый год правления Юаньлун поместье Герцога, Защищающего Государство, было полностью вырезано, а императрица Ян повесилась в Куннинском дворце. В марте того же года поместье князя Жуя было загадочно уничтожено за одну ночь, не оставив в живых никого из домочадцев, и с тех пор кануло в лета.
Это дело пролежало в Великом судебном приказ совсем недолго, прежде чем двор объявил внешнему миру, будто поместье князя Жуя подверглой нападению и разграблению бандитов. После столь неуклюжего объяснения не нашлось никого, кто не усомнился бы в правдивости версии, но возражать не смел никто. Новый император издал суровые законы, добавив к пяти основным видам наказаний еще и смертную казнь через пролом черепа, так что никто не желал лезть на рожон и брать на себя роль смельчака. Впрочем, эта история неизбежно наводила на мысль о ее возможной связи с недавним истреблением всего рода Герцога, Защищающего Государство.
Госпожа Ян, Янь Ваньцзюнь, приходилась родной матерью ныне здравствующему наследному принцу Сяо Чжэюаню. Ее дед был верным военачальником, сопровождавшим императора-основателя династии Даюн в многочисленных военных походах, одним из главных заслуженных сподвижников создания государства, которого император лично пожаловал титулом герцога, защищающего государство. В его руках была сосредоточена огромная военная власть, и опасались его все до единого. Позже титул наследовал отец Янь Ваньцзюнь. Янь Ваньцзюнь и Сяо Лихэн были знакомы с детства, росли вместе, и Сяо Лихэн под предлогом юношеской искренней привязанности попросил прежнего императора назначить Янь Ваньцзюнь наследной принцессой. Оперевшись на влияние могущественного клана герцога, он тем самым успешно заручился поддержкой нескольких влиятельных семей и взошел на императорский престол.
http://bllate.org/book/29433/3577359
Готово:
