Готовый перевод Amnesiac and Pregnant with My Nemesis's Child / Амнезия и ребенок от заклятого врага: Глава 4

А стоявший неподалёку Наследный принц, хоть и был чертами лица на пять десятых похож на Императора, обладал куда более мягким нравом.

Над главным тронным залом придворные по очереди докладывали о делах.

В этот самый момент извне пришло донесение: передали весть с Горы Линшань.

— Неужели Алтарь Жертвоприношения Небесам пострадал от подземных толчков? — спросил Император.

— Отвечаю Вашему Величеству, алтарь и впрямь задело, однако господин Чэнь говорит, что всё удастся починить в самые сжатые сроки и на график работ это не повлияет.

Услышав это, Император немного смягчился в лице: раз алтарь будет сдан вовремя, незначительные разрушения не стоили беспокойства.

— Кто-нибудь пострадал? — поинтересовался Наследный принц.

Доставивший весть гонец получил строгие наставления от Чэнь Бинчжуна и изначально собирался доложить обо всём подробнее уже после окончания утреннего доклада, ведь у пострадавшего было весьма необычное положение. Но раз Наследный принц задал вопрос прямо сейчас, ослушаться он не смел и был вынужден ответить:

— Отвечаю Вашему Высочеству, среди мастеров обошлось легкими ранами, а лекарь, которого привёл с собой молодой господин Вэнь, уже обработал им повреждения. Однако… травма самого молодого господина Вэня оказалась куда серьёзнее: он сильно ударился головой.

Стоило прозвучать этим словам, как все присутствующие замерли.

Ведь Вэнь Чаоло был всеобщим любимцем в Резиденции герцога Го, и надо же было такому случиться — в первый же день отправки Наследным принцем на Гору Линшань для выполнения поручения он получил травму головы. Какая невероятная неудачливость.

Стоявший рядом Герцог Чанго крайне встревожился:

— Как состояние моего сына? Привезли ли его обратно в столицу для лечения?

— Не тревожьтесь, господин герцог, жизни молодого господина Вэня ничто не угрожает. Но лекарь сказал, что из-за ухабистой дороги юному господину сейчас нельзя перенапрягаться в пути, к тому же… — гонец замялся, словно чувствуя неловкость.

— Есть что сказать — говори, нечего мямлить, — велел Император.

— После получения травмы молодой господин Вэнь то приходит в сознание, то снова впадает в забытье, а когда просыпается, говорит… говорит, что хочет видеть заместителя командира Ци.

Как только это было произведено на свет, десятки взглядов в унисон устремились на Ци Сюаня, стоявшего у самого Драконьего трона.

Многие мысленно подумали, что этот избалованный юноша из Резиденции герцога Го поистине не знает границ: умудрился заявить о поисках человека прямо во время утреннего доклада.

Сам же заместитель командира Ци стоял в безупречно застёгнутом боевом облачении, непоколебимый и прямой, на его лице не отражалось и тени эмоций, однако в душе бушевала настоящая буря.

Какую именно чертовщину затеял Вэнь Чаоло, неужели он от удара головой лишился рассудка?

— Пусть глава Императорской медицинской академии лично возглавит группу и отправится на Гору Линшань, во что бы то ни стало исцелив второго молодого господина семьи Вэнь. Передай лекарям: пусть берут из хранилищ любые пригодные медикаменты и выступают немедленно, — произнес Император, после чего бросил взгляд на Ци Сюаня и приказал: — Ци Сюань, отправляйся с ними и оцени для Меня состояние сына рода Вэнь.

— Подчиненный повинуется. — Ци Сюань отдал Императору положенный поклон и быстрым шагом вышел из тронного зала.

Император и без того собирался отправить его на Гору Линшань, так что сегодняшний инцидент как нельзя лучше предоставил законный повод.

Когда их отряд, мчась во весь опор, добрался до лагеря в окрестностях столицы, Вэнь Чаоло находился без сознания.

Юноша лежал с плотно сомкнутыми глазами, его длинные густые ресницы бросались в глаза, делая болезненно-бледное лицо еще более утонченным.

— Мой молодой господин проживает в лагере, как же он умудрился повредить голову? — воспользовавшись тем, что глава академии осматривал Вэнь Чаоло, только что прибывший стражник из Резиденции герцога Го обратился к стоявшему рядом распоряжителю строительных работ.

— Нижний чин и сам не ведает… — Чэнь Бинчжун утер пот со лба.

— Прошлой ночью, сразу после толчков, мы выбежали из палатки и увидели, что Чаоло лежит на земле без чувств. Придворный лекарь Резиденции герцога Го тщательно всё осмотрел и предположил, что в момент землетрясения он находился снаружи, где его оглушило ударной волной, из-за чего он и ударился головой, — пояснил Лу Минцзун.

В этот момент главный лекарь подал голос:

— Судя по пульсу, жизни молодого господина Вэня ничто не угрожает.

Хотя лагерные лекари уже несколько раз проверяли пульс, Вэнь Чаоло то приходил в себя, то снова отключался, так что окружающие всё равно не могли до конца успокоиться. Услышав слова императорского лекаря, они наконец смогли вздохнуть с облегчением.

— Когда нашему молодому господину станет лучше? — спросил стражник.

— Об этом пока рано говорить, пожалуй, для начала я поставлю ему иглы.

К счастью, спустя добрых полчаса после иглоукалывания Вэнь Чаоло пришел в себя.

Проснувшись, он выглядел каким-то заторможенным, словно всё еще не до конца оправился от тяжелого сна.

— Молодой господин Вэнь, узнаете ли вы старика? — обратился к нему глава Императорской медицинской академии.

— Узнаю. Почему вы здесь? — недоуменно спросил Вэнь Чаоло.

— Сколько это пальцев? — собеседник выставил перед его глазами три пальца и покачал ими.

— Три… Хватит трясти, в глазах рябит, — Вэнь Чаоло смахнул чужую руку.

А-Фу, увидев это, наконец-то отбросил тревоги и воскликнул:

— Молодой господин, вы наконец очнулись! С самого утреннего пробуждения вы проспали почти весь день!

— Я уже просыпался сегодня? — растерянно переспросил Вэнь Чаоло.

— Просыпался, только сказали пару слов и снова потеряли сознание, — ответил А-Фу.

— Мхм… — Вэнь Чаоло потер голову, чувствуя, что воспоминания расплывчаты и не имеют четкости. — Прошлогодняя… тьфу, вчерашняя ночная тряска была такой сильной, никто не пострадал? Из столицы вестей не поступало?

— Не извольте беспокоиться, молодой господин, всё в порядке, в столице тоже тихо, — ответил находившийся рядом стражник.

— Раз всё спокойно, то хорошо, — с облегчением выдохнул Вэнь Чаоло и одновременно удивился, ведь он отчетливо помнил, насколько мощными были подземные толчки минувшей ночью.

Заметив, что Вэнь Чаоло выглядит вполне сносно, стражник поспешил обратно в столицу. Узнав сегодня о ранении молодого господина, и Резиденция герцога Го, и Восточный дворец сидели как на иголках, так что ему следовало как можно скорей вернуться с благой вестью.

— Поднимите молодого господина Вэня, пусть сделает пару шагов, посмотрим, как он держится на ногах, — распорядился лекарь.

А-Фу поспешно поддержал Вэнь Чаоло, помогая подняться, но едва ноги юноши коснулись земли, как он тут же рухнул обратно на топчан, жалуясь на боль в стопе.

Увидев это, лекарь осмотрел его лодыжку и произнес:

— Подвернул ногу, ничего страшного, пару дней отдыха — и всё пройдет.

— А кости целы? — с беспокойством спросил А-Фу.

— Позвольте мне взглянуть еще раз. — Заметив, как сильно страдает Вэнь Чаоло, лекарь провел повторный тщательный осмотр. — Кости целые, никаких повреждений.

— Наш молодой господин очень боится боли, — поспешил объяснить А-Фу.

— Тогда… тогда пусть побольше отдыхает и пока воздержится от ходьбы.

Столкнувшись с подобным молодым господином, лекарь и сам не знал, что делать: не выписывать же обезболивающий порошок из-за банального растяжения.

— А-Фу, — дождавшись, пока лекарь покинет палатку, болезненным голосом поздоровевшего хворого бросил Вэнь Чаоло. — А ты велел передать тому человеку с фамилией Ци, что я пострадал?

— Когда вы проснулись утром, то сами изволили пожелать его видеть, и господин Чэнь тотчас отправил человека передать слова…

А-Фу пребывал в глубоком недоумении: разве его господин и заместитель командира Ци издревле не были заклятыми врагами? Еще вчера молодой господин вовсю сочинял про него едкие пьесы, так с чего вдруг сегодня он стал так сильно о нем беспокоиться?

— И после этой вести он так и не явился? — переспросил Вэнь Чаоло.

— Э-э, вообще-то заместитель командира Ци приходил, просто затем отправился проверять Алтарь Жертвоприношения Небесам.

— Я в таком состоянии, а у него еще хватает духу думать об алтаре?! — крайне возмутился Вэнь Чаоло. — И сколько же он пробыл здесь, когда приходил?

— Заместитель командира Ци прибыл вместе с лекарем, но всё время стоял в стороне и молчал, кажется, ушел сразу после того, как лекарь закончил ставить вам иглы. — А-Фу напряг память и добавил: — Кстати, если бы не люди Стражи Охотников на Волков, лекарь вряд ли смог бы добраться сюда так быстро. Говорят, заместитель командира Ци лично заявился к нему домой и буквально вытащил главу академии из постели.

Сегодня главный лекарь не дежурил в ночную смену, а потому к моменту утреннего доклада еще не успел явиться во дворец.

Появление людей из Стражи Охотников на Волков ранним утром на пороге его дома изрядно напугало старика — он уж было подумал, что совершил какое-то страшное преступление и теперь Стража пришла ликвидировать его тайным образом.

В конце концов, эти люди без веской причины по домам не хоживали, а уж коли заявлялись — жди беды.

— Когда Ци Сюань закончит осмотр алтаря? — снова спросил Вэнь Чаоло.

— Он… — А-Фу почесал в затылке. — Может, мне сходить и расспросить?

— Ступай и передай ему: я должен видеть его немедленно. Если же пройдет время, за которое сгорает палочка благовоний, а он не покажется на глаза, пусть больше вообще не смеет появляться передо мной! — тон Вэнь Чаоло не предвещал ничего хорошего.

Хотя А-Фу совершенно ничего не понимал, он послушно пошел искать человека, чтобы передать слова Ци Сюаню.

К счастью, дежурившие в лагере стражи Стражи Охотников на Волков работали расторопно: стоило гонцу вскочить на конь и взмыть на гору, как они и впрямь притащили нужного человека обратно.

Когда Ци Сюань вошел в палатку, то увидел, что тот самый человек, который еще недавно лежал без сознания, теперь явно вернулся к жизни: его лицо больше не казалось мертвенно-бледным, а даже покрылось странноватым румянцем, из-за чего создавалось впечатление, будто он… злится?

— Очнулся? — подал голос Ци Сюань.

— Ты вспомнил, что нужно навестить меня? — обвиняющим тоном бросил Вэнь Чаоло.

Ци Сюань открыл рот, но какое-то время просто не знал, что ответить.

До сих пор он привык, что, сталкиваясь с ним, Вэнь Чаоло вел себя подобно ощетинившемуся коту, всем своим видом показывая, что связываться с ним чревато. И тем не менее ему самому ужасно нравилось дразнить этого кота, даже когда тот выпускал коготки.

Но сегодняшний Вэнь Чаоло разительно отличался от прежнего. В чем именно заключалась эта разница, он пока не мог сформулировать — возможно, из-за травмы весь его облик казался на редкость обиженным и несчастным.

— Я к тебе обращаюсь! — сверля его взглядом, повысил голос Вэнь Чаоло.

Хотя Ци Сюань не совершал за собой никаких дурных поступков, под этим пронзительным допросом он почему-то испытал легкое чувство вины.

— Голова все еще болит? — спросил Ци Сюань.

— Раскалывается. И голова болит, и нога болит, — тон Вэнь Чаоло немного смягчился, но в нем по-прежнему сквозила горькая обида. — Мне нужно в уборную.

Услышав это, Ци Сюань отступил на шаг в сторону, освобождая молодому господину проход к выходу из палатки. Однако молодой господин Вэнь не поднялся, а продолжал упорно смотреть на Ци Сюаня, словно чего-то ожидая.

— Не… терпится? — не выдержав, переспросил Ци Сюань.

— Терпится, прямо сейчас нужно.

— Тогда почему не идешь?

— Я же сказал, что у меня болит нога, и ты хочешь, чтобы я шел сам?

— Ох. — Ци Сюань всё понял, протянул руки и предложил: — Помочь тебе дойти?

— Не нужно, — свысока приказал Вэнь Чаоло. — Возьми меня на руки и отнеси.

Что за черт?

Взять на руки?!

Ци Сюань ошеломленно уставился на Вэнь Чаоло, его мозг лихорадочно заработал, пытаясь определить, не придумал ли тот очередную изощренную каверзу.

Молодой господин Вэнь испокон веку терпеть не мог любые телесные контакты с людьми, и стоило Ци Сюаню в шутку приобнять его за плечо, как тот с крайним отвращением стряхивал его руку — что уж говорить о том, чтобы позволить кому-то носить себя на руках. К тому же, чтобы один взрослый мужчина носил на руках другого — разве это не дикость?

Значит, это наверняка очередной злой розыгрыш.

Еще в тронном зале, услышав о желании Вэнь Чаоло увидеться с ним, он сразу почуял неладное.

Вэнь Чаоло явно до сих пор затаил обиду из-за того инцидента с клевавшим его руку соколом, и теперь замышлял гадость, чтобы отомстить, не постеснявшись ради этого вынести дело на суд Императора и чиновников.

— Ты уверен, что хочешь, чтобы я тебя отнес? — с сомнением переспросил Ци Сюань.

http://bllate.org/book/29536/3591627