Готовый перевод The Mermaid Incident of Langhuan Town: Flying South Together / Тайны острова Ланхуань: Русалка среди людей: Глава 8

Его одежда, каждая прядь волос — всё было пропитано влагой.

Это исходило от Тан Су.

Тан Су промок насквозь. Тан Су продолжал с удовольствием играть в унисон с его гитарой. Бай Линь слегка отрешённо уставился на макушку Тан Су; черные, прекрасные волосы, завивавшиеся вокруг этого водоворота на голове, заставляли Бай Линя чувствовать головокружение, словно он заглянул в калейдоскоп. Взгляд Бай Линя скользнул ниже, на затылок Тан Су — изящный, гладкий, как фарфор. С кончиков волос Тан Су непрерывно капала вода, стекая по позвоночнику прямо вглубь ворота. Хрупкие позвонки, а меж ними змейкой струилась неиссякаемая влага, словно ряд белой речной гальки, выступающий среди прозрачного мелкого брода.

Бай Линь не думал, что это пот.

Пахло… сладко.

Бай Линь чувствовал странность. Дело было не только в причудливой мелодии — сама реальность вокруг изменилась. Бай Линь с трудом узнавал их класс для игры на гитаре, туман расстилался без края и конца.

Это место оказалось намного просторнее, чем должен был быть класс.

Куда же Тан Су перенёс его своей мелодией?

По спине Бай Линя пробежал холодный пот физиологического отвращения; это место не было похоже ни на один уголок, виденный им в реальном мире.

Кругом лишь туман.

Какие-то смутные, исполинские создания, размером с целые горные хребты, следовали за мелодией Тан Су и смыкали вокруг них кольцо.

Бай Линь выпрямился, взял Тан Су за плечи и хотел было что-то сказать, как вдруг его зрачки сузились, и он уставился на собственную правую руку, сжимающую плечо Тан Су, лишившись дар речи от потрясения.

Между его пальцами что-то было.

Что-то вроде мясной перепонки, собравшееся между пальцами в розовые складки. Бай Линь поднял правую руку и растопырил длинные пальцы, словно беря октаву на гитаре: его перепонка, подобно рождающейся из кокона бабочке, расправила складки. Тонкая, как крыко цикады, мембрана была испещрена извилистыми сине-фиолетовыми капиллярами.

Это были перепонки.

Глаза Бай Линя слегка покраснели, и он торопливо поднял левую руку, растопырив пальцы — там было то же самое.

Бай Линя качнуло. В тумане уже проступали те гигантские тёмные силуэты; их головы склонились с самого небосвода, разглядывая Бай Линя своими глазами-планетами.

Но Бай Линь совершенно не мог их разглядеть.

— Не хочешь пообедать вместе?

Звонкий голос Тан Су поставил точку в коварном и зловещем музыкальном произведении. Бай Линь поднял голову — он встретился взглядом не с гигантскими тварями, заглядывавшими сверху, а с самим Тан Су. У Тан Су была пара влажных, отрешённых больших глаз, казалось, будто в них отражались два заброшенных, лишённых жизни мира.

Бай Линь огляделся: он уже вернулся в класс.

Туман исчез, но воздух был полон влаги, а одежда всё ещё оставалась сырой.

Бай Линь посмотрел на свои руки —

Черт возьми, перепонки всё ещё были на месте.

Взгляд Тан Су тоже неторопливо переместился на руки Бай Линя. То, как Тан Су вращал глазными яблоками, напомнило Бай Линю хладнокровных животных вроде ящериц или змей. Заметив, что руки Бай Линя покрыты какой-то слизью, Тан Су тут же виновато состроил мину.

Тан Су, казалось, по привычке первым делом демонстрировал такое слабое, уязвимое выражение лица перед каждым, кто мог его невзлюбить.

Внутри снова неудержимо забурлили сочувствие, мягкосердечность и жалость. Даже несмотря на то, что Тан Су заразил его руки какой-то гадостью, порождённой монстрами, злиться на него он бы не смог.

Но он же не мог жить с перепонками.

Сходить в больницу и отрезать?

Врачи станут допытываться до всего. А вдруг в перепонках обнаружат ДНК, микроорганизмы или что-то в этом роде — не выдаст ли это Тан Су?

В голове Бай Линя родилась ещё более безумная мысль.

Может, просто взять и срезать их ножницами самому?

Когда Бай Линь уже доходил до исступления и нервного срыва, Тан Су взял его за левую руку и, испуганно суетясь, вытащил из кармана бумажные салфетки, принявшись бережно вытирать все пять пальцев Бай Линя. Те тонкие кожные перепонки мгновенно впитались в салфетку.

Нахмурившись, Бай Линь поднял перед собой правую руку и снова попытался растопырить пальцы — кожная мембрана с натяжением порвалась, превратившись в тягучие нити, соединяющие пальцы поперёк.

Ах, так это была всего лишь водная плёнка! Она просто была настолько липкой, что тянулась подобным образом.

Сомнения закрались в душу Бай Линя: неужели и вправду так?

Почему же в том тумане ему отчётливо мерещилось, будто его перепонки густо оплетены кровеносными сосудами?

Следом Тан Су так же тщательно вытер насухо и правую руку Бай Линя. После этого дружба между Тан Су и этим парнем успешно завязалась.

Тан Су шевельнул губами и, набравшись смелости, осторожно предложил Бай Линю:

— Не хочешь сходить перекусить?

Бай Линь отбросил все свои нервные мысли и одарил Тан Су донельзя мягкой улыбкой, которой сам от себя не ожидал:

— Чего бы тебе хотелось?

*

Тан Су поводил своего нового друга по Фонтанная площадь, купив парные молочные коктейли, тирамису, пирожные с яичным желтком и один ролл с корицей.

Бай Линь обнаружил, что Тан Су любит сладкое.

Но Бай Линь, как и большинство парней, обходился одной банкой колы на весь день — от любого большего количества сладкого его уже тошнило, поэтому все эти парные десерты и молочные коктейли в конце концов отправились в желудок Тан Су.

Тан Су тоже поддавался на кормление безотказно: стоило Бай Линю заявить «я не хочу» и протянуть угощение Тан Су, как тот послушно брал его и подчистую уплетал.

Глядя, как Тан Су уплетает купленную им еду, Бай Линь испытывал приятное удовлетворение и желание угостить его вообще всем, но Тан Су считал, что они ещё недостаточно близки с Бай Линем, и наотрез отказывался делить счёт пополам.

Пришлось оставить эту затею.

Бай Линь всегда был щедр с друзьями, но с Тан Су всё было иначе. Дело было не в обычной для Бай Линя щедрости по отношению к нему… Ему так сильно хотелось о нём заботиться.

Тан Су ел очень аккуратно, кончиком языка слизывая крошки печенья с пальцев, и вовсе не стеснялся, что Бай Линь это видит, продолжая самозабвенно облизывать пальцы. Бай Линю показалось, что он похож на домашнего котёнка из соседнего двора.

Бай Линь смущённо отвёл взгляд от языка Тан Су. На Фонтанная площадь стало немного многолюднее, но лето уже прошло, и на острове Ланхуань стоял низкий туристический сезон — в будний день здесь выглядело пустынно даже посреди бела дня.

Главное отличие морского острова от материка заключалось в том, что улицы казались здесь необычайно чистыми. Морские ветер и дождь страдали манией чистоты, безжалостно сметая прочь любую лишнюю пыль.

Сделав вид, что не голоден, Бай Линь отдал Тан Су и последний ролл с корицей. Он изначально покупал его для Тан Су, который заглядывался на выпечку через стеклянную витрину кондитерской, а потом расстегнул свой детский кошелек в виде лягушачьей головы, пересчитал деньги, прикинул лимит выданных Мэн Янь карманных расходов и с расстроенным видом застегнул молнию.

Тогда Бай Линь просто подбежал к прилавку и купил этот ролл.

Всю дорогу Тан Су косился на бумажный пакет с роллом в руках Бай Линя. Стоило Бай Линю бросить на Тан Су пару взглядов, как тот с досадой отводил украдкой подглядывающий взгляд, выглядя при этом ужасно голодным.

И что ему делать… Тан Су действительно был такой милый. Не прошло и двадцати минут с тех пор, как они договорились погулять вместе, а он думал об этом всё сильнее.

Бай Линь с самым естественным видом протянул ролл:

— Я не хочу, бери.

Бай Линь обманывал Тан Су подобным образом уже дважды, однако Тан Су так и не смог сделать вывод из поведения Бай Линя — а именно, что тот покупал еду специально для него. В третий раз он удивлённо распахнул глаза, его ресницы слегка дрогнули, без остатка обнажая перед Бай Линем весь мир, таящийся в его глазах.

— Правда? Снова мне отдать?

— Ага.

Тан Су принялся откусывать от ролла. Стоило ему получить хлеб в руки, как он тут же переставал выказывать благодарность Бай Линю, проявляя даже некое собственническое отношение к выпечке, а поедая столь крупные вещи, Тан Су неожиданно демонстрировал некоторую грубость.

Словно разрывал зубами живую добычу с кровью и мясом.

А ты довольно свиреп, Тан Су.

— Тебе разве нельзя есть фрукты?

— С чего ты взял?

Из-за жующегося во рту куска хлеба голос Тан Су звучал немного невнятно.

— Твоя мама приходила к нам в класс и говорила об этом.

— А, ну да, мне нельзя.

— У тебя аллергия?

Выражение лица Тан Су показалось слегка уклончивым, будто он пытался что-то скрыть:

— …Вроде того.

Бай Линь прищурился:

— Тогда почему вчера ты попросил купить их Му Чжэ?

Тан Су прекратил жевать и перевел взгляд на лицо Бай Линя, лениво и холодно, подобно ящерице, повернув глазные яблоки.

— Откуда ты знаешь?

В этих словах Тан Су прозвучал неожиданный для Бай Линя холод.

Морской ветер налетел единым порывом, принеся с собой солоноватый и тухловатый запах. Над их головами кружили чайки, издавая бледные, монотонные крики.

— Я видел.

Бай Линь говорил с некоторым обвиняющим упреком. Вроде бы он спрашивал про фрукты, но на самом деле это больше походило на допрос: почему ты сближаешься с таким высокомерным типом?

Тан Су лишь сухо продолжал жевать чужой ролл с корицей.

Бай Линь, засунув руки в карманы, неожиданно бросил:

— Я трижды видел, как ты после уроков оставался с ним наедине.

Тан Су невнятно промычал «ага».

Бай Линь подался ближе:

— Вы боитесь, что вас кто-то увидит вместе?

Тан Су надул губы.

Бай Линя это взбесило. Его злило то, что Му Чжэ держал Тан Су в секрете и прятал от всех, а Тан Су всё ещё выглядел так, будто не мог с ним порвать.

Они уже поднялись на волнорез — узкую дорожку, уходящую в бесконечное море. С обеих сторон плескалась вода, волны яростно бились о берег, словно выказывая недовольство этим дерзко вторгшимся рукотворным творением.

— И что ты об этом думаешь?

— Ничего особенного не думаю.

— Вы дружите?

— Ага.

Внутри Бай Линя вновь зашевелилось его нетерпимое к малейшей фальши упрямство, к которому, возможно, примешивалось что-то еще. Его тон стал строже:

— Он же не хочет знакомить тебя со своими друзьями. Разве по-твоему это дружба?

— Я не понимаю.

Бай Линь запнулся, вздохнул и сделал шаг ближе к Тан Су — словно стоило ему немного отдалиться, как насмешки и травля снова со всех сторон оцепят Тан Су.

Бай Линь хотел закинуть руку на плечо Тан Су, как делал это со своими корешами, но так и не смог протянуть руку. Тан Су был совсем не похож ни на одного известного ему парня — слишком хрупкий. Одежда Тан Су всегда была застёгнута до упора, а выглядывавшие из-под неё запястья и шея казались такими тонкими, что, казалось, стоило приложить чуть больше силы, и они сломаются.

Бай Линь сжал свои зудящие пальцы, испытывая раздражение от того, что Тан Су не распределили в их класс. Он бы никому не позволил над ним издеваться.

— Тан Су, больше не позволяй им так с тобой обращаться. Если это начнётся… то уже не остановится, для них издевательства над тобой станут привычкой.

Тан Су равнодушно бросил:

— Вот как?

Судя по виду, Тан Су это волновало мало.

Бай Линю стало немного тяжело на душе.

http://bllate.org/book/29696/3613321