В Секте Линъюнь последние несколько лет существовала фраза, с которой соглашались все — от старейшин внутренних гор до мирских слуг во внешних: Если Первый старейшина берёт ученика, Главе секты обеспечена смертная тоска.
Каждый раз, когда Первый старейшина собирался сделать что-то связанное со своим учеником, у Главы секты прибавлялось седых волос, и этот раз не стал исключением.
— Эй, старший брат, — обратился он, — обучать учеников нельзя как попало! Он ведь меньше года назад сформировал ядро, да и возрастом ещё не вышел, что, если в пути случится беда?
— В этот раз я беру их с собой, — легкие слова Гу Чжи мгновенно лишили Главу секты всякого боевого настроя.
— Ты сам их поведешь? — Глава секты глубоко вздохнул, переспрашивая, мысленно решив, что после еще пара подобных случаев он, пожалуй, сможет прорваться сквозь горлышко бутыли на позднюю ступень Разделения Духа.
— Да, — кивнул Гу Чжи и покинул Главный зал.
Глава секты начал всерьез раздумывать, не прихватить ли в этот раз тех двоих соучеников внука, которые достигли Стадии Золотого Ядра едва стукнув шестидесяти.
На пике Цяньюнь Инь Си, увидев возвращающегося на мечети учителя, с улыбкой спросил:
— Глава секты согласился, верно?
— Да, — улыбнулся Гу Чжи. — Но ты должен следовать за мной повсюду и не смей носиться где попало.
Добавление такого условия было вполне естественным. Инь Си кивнул:
— Я обещаю.
У любого требования всегда найдутся лазейки. Инь Си прищурился и улыбнулся:
— Учитель самый лучший.
Как и ожидалось, Гу Чжи от этого выглядел несколько смущенным, а киноварная точка меж его бровей ярко сияла алым. Инь Си бессознательно коснулся пальцем межбродия Гу Чжи:
— Эта родинка у учителя, кажется, становится всё краснее.
Инь Си придвинулся ближе к Гу Чжи. Его учитель был невероятно красив — той красотой, что не подвластна полу, особенно когда его взгляд ускользал, создавая ощущение, будто это сам Инь Си над ним издевается. Хотя это и шло вразрез с заветами уважения к наставнику, Инь Си продолжал думать: не станет ли Гу Чжи первым наставником на свете, который краснеет от приближения собственного ученика?
— Иди занимайся, к моменту отправления ты должен достичь поздней ступени Золотого Ядра. — Гу Чжи раскусил мысли Инь Си и вспылил от стыда.
Инь Си надул губы:
— Достичь поздней ступени Золотого Ядра за два месяца? Меня что, мастер Глава секты пустит на кровь для пилюль?
— …Младший брат и так едва тебя сдерживает, он даже меня предостерегал, чтобы я не вздумал пустить тебя на лекарственные пилюли, — Гу Чжи чувствовал себя довольно беспомощным при этих мыслях. Всё из-за того ложного образа равнодушия к ученику, который он сам же и создал. Он ведь тоже хотел обучать его с самого детства! Он тоже хотел слышать, как маленький Инь Си нежно зовет его учителем!
Неизвестно почему Гу Чжи вспомнил те времена, когда Инь Си был совсем крошечным пухлым малышом, и его уши мгновенно покраснели.
— Ха-ха-ха, мастер Глава секты такой милый!
— Он-то милый?
— Учитель самый милый.
— Какой послушный.
Вернувшись в свою комнату, Инь Си позанимался совсем недолго и прервал медитацию. На самом деле его Золотое Ядро отделяло всего полшага от того, чтобы стать абсолютно золотым, а сейчас оно пока еще отсвечивало туманной дымкой. Интуиция подсказывала ему, что сейчас спешить не стоит.
Обычное культивирование в Секте Линъюнь начиналось с шести лет, когда адепты переступали порог секты. Чтобы пройти путь от пробуждения духовных корней до Очищения Ци, Закладки Основания, Просветления, Слияния Основы, Сердцебиения, Духовного Покоя и Золотого Ядра, в среднем требовалось от пятидесяти до ста лет. При этом даже культиваторы на Стадии Очищения Ци могли прожить около двухсот лет. Можно сказать, что стоило ступить на путь заклинателей, как мирские дела переставали волновать человека — ведь в мире смертных тоскуют по уходящим годам, а в практике бессмертных счет идет не на годы. Инь Си прошел путь от Очищения Ци до Золотого Ядра всего за четыре года. Раньше это можно было списать на наставления Первого старейшины и накопление скрытых сил, но слишком быстрый прогресс после обретения Золотого Ядра неизбежно вызвал бы подозрения, поэтому Инь Си решил двигаться не торопясь. В конце концов, чем чище Золотое Ядро, тем глаже пройдет рождение зародыша в будущем.
Гу Чжи, находившийся в соседней комнате, почувствовал движения Инь Си и отправил к нему бумажного журавлика.
— Почему остановился? — журавлик склонил голову набок и клюнул Инь Си в нос. В соседней комнате Гу Чжи водил пальцем по воздуху, широко улыбаясь в уголках рта.
Инь Си усмехнулся:
— Некуда спешить, я и так уже намного опередил их.
Раньше, когда он еще не занимался культивацией, те соученики внука, уступая ему в поэзии, живописи и игре на цине, пытались задеть его своими успехами в практике. В итоге он сам уже добрался до Золотого Ядра, тогда как самый быстрый из них едва достиг ранней ступени Духовного Покоя.
— Нельзя лениться, стремись к совершенству. — Журавлик взлетел чуть выше и принялся клевать Инь Си по макушке.
Инь Си соскочил с места, уворачиваясь:
— Мелкая пакость, смотри у меня, сожгу.
— Хм, а я не боюсь! — журавлик преследовал Инь Си, норовя клюнуть в нос.
Поскольку Инь Си был намного крупнее бумажной птицы и вечно получал от этой крохи тычки, он просто перестал двигаться, застыв в противостоянии с журавликом. И когда та снова пошла в атаку, он разомкнул губы и прихватил птичью голову зубами:
— Мелкая пакость, то-то же будешь меня клевать.
Ощутив прикосновение на кончиках собственных пальцев, Гу Чжи залился краской и взмахнул рукой — бумажный журавлик рассыпался на мириады искрящихся точек и растаял в воздухе. В соседней комнате Инь Си сдул светящиеся точки перед собой, открыл дверь и вышел к покоям учителя.
— Учитель? — изнутри донесся глухой стук. Инь Си моргнул, толкнул дверь и увидел, что учитель стоит на полу босиком.
— Учитель, откуда вы только что упали? — Инь Си приподнял одну бровь, глядя на наставника. Звук падения был довольно тяжелым.
— Тебе послышалось, это звук магического артефакта, — Гу Чжи обулся, а затем произнес: — Раз не тренируешься, зачем пришел?
— Да так, ни за чем, — с абсолютно серьезным видом ответил Инь Си, не признаваться же ведь, что ему просто разонравилось заниматься. — Просто подумай я: если достигну поздней ступени Золотого Ядра, они ведь больше не захотят брать меня играть.
Словно я не знаю, как ты задираешь соучеников внука, подумал Гу Чжи, но разоблачать Инь Си не стал:
— Это не повод. Какой ты уже взрослый, а всё в игры играешь.
— Просто продолжай культивировать, никто в секте слова не скажет, раз уж я твой ученик, — Гу Чжи завел руки за спину, излучая естественную властность.
Пойманный с поличным Инь Си без церемоний вошел в комнату и уселся на стул:
— Учитель, а что, если другие увидят, как быстро я развиваюсь, и тоже захотят стать вашими учениками? Что тогда делать?
— Я больше не буду брать учеников, — ни секунды не колеблясь, ответил Гу Чжи. Он взял Инь Си лишь потому, что первоначальное предложение взять ученика от имени учителя было решительно отвергнуто Главой секты (разумеется, сейчас Глава секты об этом жалел, но об этом умолчим).
— Но я бы хотел младшую сестренку или младшего брата, — Инь Си моргнул. — Учителю неудобно возиться с обучением? Так ученик возьмет это на себя!
Новичков, способных попасть во внутренние врата, было до обидного мало, никакой свежей крови.
Гу Чжи испытал чувство, будто старший сын требует у родителей братика или сестренку. Возражения крутились у него на языке, но стоило вспомнить, что все ровесники Инь Си в секте были уже пяти-шестисотлетними стариками, как он понял, что ему и впрямь не помешал бы компаньон:
— Как судьба распорядится.
— Благодарю учителя, — Инь Си с улыбкой поднялся и сложил руки в приветствии, а затем добавил: — Кстати, учитель, ведь это необязательно должен быть человек, верно?
— Веди себя смирно, а не то Глава секты схватит тебя и пустит на пилюли! — рассердился Гу Чжи. Какое же наказание на его голову свалилось в виде этого ученика!
Два месяца спустя Инь Си полностью закрепил свое состояние и успешно достиг поздней ступени Золотого Ядра. Глава секты теперь смотрел на него совсем иначе: с момента формирования ядра прошло всего десять месяцев, а он уже на поздней ступени! Нужно держать ухо востро, как бы старший брат в один прекрасный день не пустил паренька на лекарства.
Раньше Инь Си тоже любопытствовал насчет скорости своего развития и спрашивал Гу Чжи. Тот отвечал просто: «Ты мой ученик, разумеется, отличаешься от остальных». В конце концов, пока за спиной стоит Первый старейшина, никто не смел тыкать пальцем в скорость культивации Инь Си, так что парень пустил всё на самотек.
В Секте Линъюнь Гу Чжи был далеко не единственным старейшиной. Второй и Третий старейшины также обладали силой Стадии Разделения Духа и с первого взгляда поняли, что Инь Си уже достиг поздней ступени Золотого Ядра и ждет лишь стабилизации основы и подходящей возможности, чтобы трансформировать ядро в зародыш. Глаза у них едва из орбит не вылезали от зависти.
— Инь Си, — окликнул его седовласый заклинатель с бородой до пояса, тщательно ухоженной и аккуратной. Лицо его выглядело как у мужчины средних лет, от него веяло истинной бессмертной костью и легким налётом книжной учености.
— Третий мастер-дядя, — Инь Си почтительно поклонился, а про себя подумал, что из четырех братьев-наставников Глава секты был самым младшим, но выглядел старейшим, тогда как трое старших с каждым годом молодели, а его собственный учитель и вовсе смотрелся как внук Главы секты.
— Слышал, ты собираешься на Собрание Заклинателей? — Завтра они отправлялись в путь, и старшему брату стоило бы подумать, как именно он воспитывает ученика! За два месяца дойти до поздней ступени Золотого Ядра! Из старшего брата слова не вытянешь, но с этим учеником совладать должно быть проще.
На самом деле Третий старейшина слишком долго пробыл в затворе, да и к тому же много лет не вмешивался в мирские дела сект, поэтому его сведения устарели. В его памяти Инь Си остался семи-восьмилетним мальчишкой, который бегал по горам и сладко щебетал «старший брат, старшая сестра, мастер-дядя», и он никак не ожидал, что за какие-то десяток с лишним лет этот сладкий пирожок так сильно изменится.
Нынче его подбил на этот разговор Второй старейшина. Тот ведал всеми внутренними делами секты, уходил в затвор крайне редко и прекрасно знал о репутации Инь Си. К тому же два года назад на внутреннем собрании секты Инь Си проиграл — проиграл ученику Второго старейшины. Из-за этого инцидента Второй старейшина прятался от Гу Чжи целых два года, смертельно боясь попасться на глаза старшему брату и выслушивать наставления, так что подвернувшуюся возможность лично столкнуться с Гу Чжи он ловко перекинул на Третьего.
— Я отправлюсь лишь вместе с учителем, он запрещает мне подниматься на арену, — с некоторым сожалением в голосе произнес Инь Си, хотя, находясь рядом с учителем, он всегда мог выкроить момент для наставлений.
— Мм. Пусть даже не на арену, к столь грандиозному событию всё равно следует тщательно подготовиться, — Третий старейшина погладил бороду, и на несколько мгновений в воздухе повисла тишина.
— Благодарю мастера-дядю за заботу, ученик непременно хорошо подготовится, — Инь Си моргнул. Что же хочет сказать третий мастер-дядя? На самом деле Третий старейшина не любил ходить вокруг да около, он просто считал, что расспрашивать младшего о методах культивации напрямую — не совсем прилично.
— Мм, если будет время, можешь обратиться за советом к старшим братьям и сестрам, у них есть некоторый опыт, — Третий старейшина снова погладил бороду. — Вы же из одной секты, вам подобает учиться друг у друга.
Учиться друг у друга? Уголки рта Инь Си слегка дёргнулись. Его старшие братья и сестры уже обладали силой Стадии Выхода Души, а он только-только сформировал ядро — чему у них учиться? Как быстрее сформировать ядро?
— Ученик запомнит, — улыбнулся Инь Си. — Если мастер-дядя не занят, у меня к нему найдется один вопрос, не найдет ли мастер-дядя свободной минуты?
— Какой же вопрос? — Третий старейшина был весьма доволен. Тот, кто стремится к знаниям и прилежен в учебе, естественным образом быстрее продвигается в культивации.
— Не знает ли мастер-дядя, у какого из старейшин была давняя вражда с моим учителем — из тех, кто к тому же не может одолеть моего учителя? — Инь Си с надеждой посмотрел на Третьего старейшину. Он же говорил, что слишком быстрый прогресс в культивации создаст проблемы: Глава секты еще ничего не предпринял, зато другие мастера-дяди уже зашевелились. По правде говоря, на заре своей практики Инь Си действительно подумывал поделиться секретами с соучениками внука, но после того как за полгода преодолел Сердцебиение и добрался до стадии Духовного Покоя, он понял, что его собственный случай — чистой воды природный дар, и передать его кому-то другому просто невозможно.
— Э-э, это... Возможно, их уже и в живых-то нет, — запоздало припомнив, насколько ужасен был в былые годы старший брат, подумал Третий старейшина. Врагов и правда не осталось: старший брат никогда не таил обиду, а мстил прямо на месте.
— О-о… — плечи Инь Си поникли. — Благодарю мастера-дядю.
Третий старейшина кивнул, как вдруг… — Э-э… старший брат! — заметив приближающегося старшего брата, Третий старейшина от неожиданности резко дернул себя за бороду так, что аж защемило.
— Мм, — Гу Чжи, наблюдавший с пика Цяньюнь за их разговором, а также заметивший прятавшегося на вершине соседней беседки Второго младшего брата, который выслеживал обстановку, сразу во всем разобрался. Однако, стоило ему подойти ближе и услышать, как Инь Си выпытывает у Третьего младшего брата подобные вещи, как лицо Гу Чжи мгновенно почернело.
http://bllate.org/book/29863/3635747
Готово:
