— Тот самый... у меня вопрос, мистер Кредитная Карта.
Сюй Синцяо несколько раз пытался заговорить, но пламенные и восторженные речи золотоволосого юноши всякий раз прерывали его на полуслове. Волей-неволей ему пришлось вытянуть собственный рукав из хватки блондина и прервать того жестом:
— Простите, а в чём именно заключается суть этой работы? Неужели... просто охранять это Кладбище?
Блондин выглядел совсем юным, в его словах и манерах сквозила та нерастраченная юношеская лёгкость, что давно угасла в уставших офисных работниках, из-за чего суетившийся и вертевшийся в рабочей среде Сюй Синцяо казался на его фоне удивительно зрелым и невозмутимым.
— О нет, что там охранять-то, после того как это место выкупили, сюда вообще никто не заглядывает.
Блондин презрительно махнул рукой.
Камень, висевший на сердце Сюй Синцяо, наконец рухнул вниз.
Слава богу, слава богу, это не охрана могил. Я же говорил, каким бы богатым ни был человек, он не станет маяться дурью и платить такие огромные деньги только ради того, чтобы кто-то стерег безлюдный и глухой угол, куда даже туристы не захаживают.
— Охранять тебе предстоит вон то...
Сюй Синцяо проследил за взглядом блондина и посмотрел в указанном направлении.
Условия в домике и правда были спартанскими: лишь пара простейших предметов мебели да едва теплящийся, то и дело пропадающий сигнал Wi-Fi, однако для Сюй Синцяо, который годами скитался с места на место в поисках дешёвого жилья, это казалось вовсе не таким уж убогим.
В конце концов, пусть эта комнатушка и была крошечной, в ней имелось панорамное окно — о нём Сюй Синцяо так долго мечтал, но никак не мог позволить себе купить квартиру с такой роскошью.
Блондин указывал как раз в сторону панорамного окна.
Солнечный свет проникал сквозь гигантское стекло, принося с собой пятнистые отсветы и мерцающие тени листвы. Лёгкий утренний ветерок приносил прохладу, напоенную влажным ароматом земли, и обдавал свежестью так, будто где-то рядом, прямо у самого уха, мерно дышал сам живой лес.
Всё вокруг было просто великолепно.
За исключением памятника, на который указывал блондин.
Такое огромное панорамное окно, такое чудесное солнце, такой живописный вид...
Какой же гений додумался водрузить надгробную плиту прямо перед окном, да ещё такую здоровую, что она наглухо загораживает весь оконный проём?!
Что это за дизайн такой?
Вся фишка в том, чтобы каждый вечер распахивать окно и любоваться луной плечом к плечу с каким-нибудь уважаемым человеком, зарытым в земле, верно?
Сюй Синцяо не понимал, но Сюй Синцяо был глубоко потрясён.
Куда сильнее его потрясло то, что молодой человек с золотыми волосами на голове лучезарно улыбнулся, указывая на ту самую плиту, и произнес:
— Тебе нужно всего-навсего сторожить эту могилу. Круглосуточно, в любую минуту и секунду — просто беречь это место, и всё.
— Никакого графика с девяти до шести, никаких отметок на проходной, можешь хоть весь день проспать в комнате — это не имеет значения. Главное — оставаться рядом с этой могилой и не уходить далеко.
— ...
— ...
— ...Ст-сторожить эту могилу?
Сюй Синцяо вытаращил глаза.
Всего три месяца посидеть у этой могилы — и он станет рублевым миллионером?!
Спасите.
Что за сюжет, который побоишься увидеть даже в самом сладком сне!
Всё, что блондин говорил дальше, Сюй Синцяо уже не слушал: в его голове крутились лишь фразы «никакого графика с девяти до шести», «никаких отметок на проходной» и «миллионная зарплата».
Что это значит для простого работяги?
Это значит — высыпаться каждый день до упора, никаких переработок, никаких фальшивых улыбок и никакого общения с доставучим начальством! Это искушение возвращения домой, перед которым не устоит никто — ни стар, ни млад!
Сюй Синцяо сорвал с глаз солнцезащитные очки, которые надел перед выходом из машины, чтобы скрыть счастливую улыбку, скрестил руки, изображая ледяное равнодушие, и с глухим стуком рухнул на колени прямо перед опекуном, намертво вцепившись тому в ноги.
— Да к черту тридцать миллионов, братишка! Хоть триста тысяч, хоть тридцать! Даже если покойник из этой могилы вылезет, я сам загоню его обратно и занесу на место!
— Не... не надо так усердствовать! — Блондин до смерти испугался столь внезапного маневра и битый час безуспешно пытался оторвать Сюй Синцяо от собственной ноги, пока наконец сам не рухнул на колени рядом. Уровняв с Сюй Синцяо рост, он взмолился: — Зори меня Ро Ле, братуха! Ты единственный кандидат на эту работу, хватит конкурировать и задирать планку, оставь бедным выпускникам хоть какой-то шанс выжить!
Вот так они и сидели на коленях друг перед другом — щедрый спонсор и его новый работник, глядя друг на друга полными искреннего чувства глазами, после чего дружно отвели взгляды.
Сюй Синцяо думал: вот же богатый и помешанный дурачок.
Ро Ле думал: вот же работяга-трудоголик, всех готов за пояс заткнуть.
— Понял вас, шеф Ро, будьте спокойны! Я непременно буду добросовестно охранять это Кладбище и не позволю упасть на него ни единой пылинке.
Сюй Синцяо изобразил жест клятвы, тут же вскочил на ноги и вимером бросился в домик за тряпкой, намереваясь отмыть плиту до зеркального блеска.
Жажда заоблачной зарплаты гнала его вперед настолько быстро, что он не расслышал последние невнятные слова Ро Ле:
— Ну... возможно, в процессе твоей вахты с этой могилой приключится какая-нибудь маленькая неприятность. Впрочем, всё это сказки да суеверия стариков... всерьез их воспринимать не стоит, ничего страшного не случится... наверное.
Ночь укутала лес глубокими тенями, горный ветер заунывно зашелестел в ветвях.
Постоялец в домике спал сладко и безмятежно.
Если прислушаться, можно было услышать, как во сне он ворочается, чмокает губами и бормочет себе под нос:
— Не отбирайте мои деньги, пошли вон! Всё это моё! Хе-хе, столько денег, и все мне...
Снаружи лился серебристый лунный свет, освещая чисто вытертую нефритовую стелу.
Нефритовый камень мягко отсвечивал бликами, жутковато подсвечивая клубящуюся перед ним мутную дымку.
Туман выполз из-под основания стелы, сделал круг вокруг могилы, словно на мгновение не сообразив, где находится. Затем он перевел взгляд на освещенное изнутри окно, принюхался, уловив в воздухе какой-то запах, немного подумал и бесшумно вплыл внутрь.
Дымка, втягивая носом ароматы воздуха, добралась до самой кухни, попутно тычась то туда, то сюда, словно с детским любопытством разглядывая всё вокруг. К сожалению, туман еще не обрел плоть живого человека, двигался он несколько неуклюже и в один прекрасный момент смахнул со стола баночки и склянки, а в следующий — задел стоявшие на тумбе вещи, которые с грохотом рухнули на пол, усыпая всё вокруг обломками. Туман протянул руку, пытаясь их подобрать, но предмет выскользнул из его ладони и со свистом упорхнул прочь.
http://bllate.org/book/29883/3637913
Готово:
