Готовый перевод Wanderer's Mountain Song / Перелётная птица: Песнь уходящего дня: Глава 9

Цзи Наньфэн прервал движение, с которым мыл чашку, развернулся к нему и промолчал.

Янь Оу поднял голову, снова сверился с временем и принялся хладнокровно подсчитывать: Сейчас половина шестого вечера. Пока мы соберем вещи, пока поужинаем — будет уже семь. Даже если ехать до Шанхая без остановок, это займет минимум пять часов. И это не считая времени на отдых в пути. Даже если мы будем меняться за рулем, приедем мы не раньше полуночи, а в это время врачи в амбулатории уже не работают.

Цзи Наньфэн, однако, уцепился за совсем другую деталь: Тебе не придется вести машину. Я поеду один, а ты просто поспишь в салоне.

Янь Оу промолчал. Он лишь спокойно смотрел на Цзи Наньфэна — это был их привычный способ общения. В моменты, когда их мнения расходились, кто-то один всегда замолкал первым, и так они ждали, пока оба остынут, чтобы потом спокойно решить возникшую проблему.

Вот почему они никогда не ссорились — оба были мастерами коммуникации.

Спустя мгновение Цзи Наньфэн сдался. Он признал: Я просто хочу поскорее отвезти тебя туда. Чем быстрее, тем лучше.

Ты сейчас не очень-то рассудителен, Цзи Наньфэн, — спокойно и невозмутимо произнес Янь Оу. — Я знаю, что ты делаешь это ради меня, но ты вчера всю ночь работал, почти не спал. Если ты еще пять часов просидишь за рулем, твой организм не выдержит, а в таком состоянии на дороге легко попасть в беду. Нам нет нужды спешить именно в эту ночь.

Цзи Наньфэн взглянул на него сверху вниз и, казалось, заколебался.

Заметив это, Янь Оу с улыбкой обвил руками его шею, подался вперед и чмокнул Цзи Наньфэна в щеку, отбросив всякую серьезность: Жена, ты должен беречь себя. Если ты слегнешь, что же мне тогда делать?

Янь Оу прекрасно понимал: с того самого момента, как Цзи Наньфэн вернулся и первым делом полез в душ, а потом принялся усердно пить имбирный чай, который терпеть не мог, он боялся одного — чтобы Янь Оу не простудился. В такой критический момент, если они оба свалятся с болезнью, это станет настоящей катастрофой.

Цзи Наньфэн с обреченным вздохом склонился и ответил на поцелуй, идя на уступки: Хорошо, тогда я сегодня отдохну пораньше, а завтра на рассвете мы отправимся в путь.

Договорились, — сказал Янь Оу. — Слушаюсь свою жену.

Для них, вечно кочующих по всему миру, привычка собирать вещи в любой момент была уже в крови. Помимо необходимых предметов гигиены и одежды, Янь Оу захватил с собой фотоаппаратуру, а Цзи Наньфэн — свои художественные принадлежности.

Точно так же, как и в будни, когда они бесчисленное количество раз переезжали с места на место ради новой выставки или поиска живописных видов, им требовались не только еда, кров и транспорт, но и инструменты, чтобы запечатлеть красоту.

Сборы прошли быстро. Они, как обычно, сообща похлопотали на кухне, и вскоре на столе дымился ужин.

Янь Оу весь день ничего не ел, поэтому даже обычные полезные зеленые продукты казались ему вкусными. А вот Цзи Наньфэн, сидевший напротив, хоть и продолжал по привычке с улыбкой подкладывать ему еду, явно был не в духе и не испытывал аппетита — тарелка перед ним оставалась нетронутой.

Янь Оу перевел взгляд и подвинул Цзи Наньфэну тарелку со свининой в рыбном соусе, которую приготовил сам: Жена, попробуй, пожалуйста, не пересолил ли я? Боюсь, что переборщил с солью.

Цзи Наньфэн попробовал кусочек и серьезно оценил: По-моему, в самый раз.

Янь Оу рассмеялся: Тогда ешь побольше.

Видя, как Янь Оу старается отвлечь его и накормить, Цзи Наньфэн перестал витать в облаках и принялся послушно есть.

Янь Оу украдкой наблюдал за его длинными изогнутыми ресницами, и на сердце стало тяжело. До того как он рассказал Цзи Наньфэну о своей болезни, он чувствовал ровно то же самое: опустошенность, глухую тоску и растерянность. Но стоило ему открыться, как весь этот груз перекочевал с его плеч на плечи Цзи Наньфэна.

Он мог выплеснуть свои эмоции на Цзи Наньфэна, но что насчет самого Цзи Наньфэна? Такой молчаливый и упрямый, кому он может выговориться о своих тревогах и давлении?

Пока Янь Оу предавался этим мыслям, Цзи Наньфэн уже начал убирать со стола. Янь Оу поспешил ему на помощь, и, закончив с делами, они перешли к своему любимому послеобеденному времени.

Обычно после ужина они отправлялись на прогулку в близлежащий парк или сквер, либо вместе ухаживали за цветами в саду. Если же шел дождь, как сегодня, и выйти было нельзя, Цзи Наньфэн переносил мольберт на балкон, они откупоривали бутылку вина, включали музыку и предавались беседам за рисованием.

Но сегодня Цзи Наньфэн просто стоял у окна, глядя на проливной дождь. Янь Оу понял, что настроения рисовать у него нет, и предложил: Жена, посиди со мной наверху, помоги отредактировать фотографии, у меня еще несколько штук осталось.

Цзи Наньфэн очнулся от своих мыслей и спросил: Разве тебе не стоит как следует отдохнуть?

А разве работа над снимками не лечит? — улыбнулся Янь Оу. — Это как исправлять картину, приносит огромное удовлетворение.

Оба они были классическими трудоголиками, которые считали работу своим хобби; если они хоть день ничего не создавали или не обдумывали, им становилось не по себе. А поскольку голова Цзи Наньфэна все равно была забита всякой всячиной, он согласился подняться вместе с ним.

Боясь, что тот снова по привычке засидится допоздна, Цзи Наньфэн, едва они вошли в комнату, приказал Янь Оу первым делом идти в душ: Дверь не закрывай, через пять минут чтобы был готов.

И хотя оба понимали, что дверь остается открытой из опасения, как бы Янь Оу снова не стало плохо в ванной, этот неисправимый шутник, распахнув халат, поддразнил его: Моя жена и сегодня заглядывается на мою красоту.

Глядя на эту беспечность, Цзи Наньфэн не мог не улыбнуться. Он поспешно набрал воду и буквально втолкнул внутрь этого «павлина», который, поправляя халат, вовсю красовался перед ним.

Он знал, что Янь Оу пытается его развеселить, и подумал: какой же он никчемный, если даже его больному супругу приходится о нем заботиться.

Они оба не хотели волновать друг друга, но именно эта бережность и желание защитить партнера стали узлом, который каждый из них не мог развязать в одиночку.

Как только прозвенели пять минут, эта «птица» выпорхнула наружу. Не теряя времени, Янь Оу, широко распахнув халат и расставив руки, налетел на Цзи Наньфэна, словно гигантский хищник, и повалил его на кровать.

Он любил так баловаться, и Цзи Наньфэн уже привык к этому. Под смех Янь Оу он ловко перевернулся и, не теряя времени, прижал его руки к подушке.

http://bllate.org/book/29918/3642304