Ветер ранней осени трепал края школьных форм, ещё сильнее подчёркивая точеную хрупкость спины девочки.
Се Чжияо проводила её взглядом, пока та не скрылась за углом, и побежала в совершенно противоположном направлении.
От долгого палящего зноя пластиковая беговая дорожка источала неприятный запах, и в Шэньнине даже с приходом осени по-прежнему стояла духота.
Сюй Хуайань, нахмурившись, смотрела на залитый палящим солнцем стадион мысленно размышляя о том, какова вообще вероятность одолеть три с половиной круга.
Вокруг то и дело кто-то косился в её сторону, перешептываясь.
Это же она? Сюй Хуайань из второго класса?
Она, точно она. Но подумать только, неужели она будет бежать полтора километра?
Эх, судя по её виду, её наверняка, как и нас, силком загнали на дорожку?
Гудящие голоса наводили раздражение, но, к счастью, голос спортивного учителя из рупора на линии старта вовремя прервал продолжавшиеся разговоры.
Первоклассники! На беговую дорожку!
Сюй Хуайань встала в самом конце шеренги у самого края, прямо рядом с учителем, державшим стартовый пистолет.
Она повторила за остальными разминочные движения перед стартом и, закрыв глаза, глубоко вздохнула.
Сердце бешено колотилось в груди, с каждым вдохом и выдохом раскаленный воздух заполнял легкие, но тяжелый и частый стук сердца никак не утихал.
На старт!
Она открыла глаза: яркое солнце ослепляло.
Марш!
Грянул выстрел стартового пистолета.
Колонка быстро вытянулась в линию. Едва начав забег, несколько спортсменок сразу же далеко оставили всех остальных позади. Сюй Хуайань держалась в хвосте группы, стараясь сохранять собственный ритм дыхания.
На среднем экзамене сдавали двухсотметровку, и её взрывная скорость была еще куда ни шло, но вот с выносливостью дела обстояли совсем плохо — даже на уроках физкультуры норматив в восемьсот метров давался ей с трудом. Если же она собьет ритм из-за кого-то еще, то, пожалуй, остаток пути ей действительно придется идти пешком.
Прийти последней, но добежать, и прийти последней, дойдя пешком — это всё-таки разные вещи. Даже если у неё и промелькнула мысль перейти на шаг, вокруг столько людей смотрят.
Сюй Хуайань! Давай!
Сюй Хуайань! Давай!
Пробегая мимо своего второго класса, она услышала возгласы поддержки во главе с Ли Сиюань. Капли пота покатились по щекам и попали прямо в глаза, вызывая жгучую боль. Она вскинула руку и наотмашь смахнула пот, так и не успев разглядеть, кто именно сидит на трибунах и болеет за неё.
Близился к концу второй круг. Те несколько человек, что рванули вперед с самого начала, выдохлись и сбавили темп. Невесть откуда приплывшая тучка временно закрыла солнце, и стало немного полегче.
Силы убывали очень быстро. Из-за сбившегося, учащенного сердцебиения и тяжелого дыхания подступала тошнота. Сюй Хуайань прикусила кончик языка и, стиснув зубы, побежала дальше.
Как же устала... Можно ли остановиться?.. Крепко сжав зубы, она чувствовала только то, как ватных ногах пропадает всякая сила.
Хуайань.
Вдруг кто-то тихо позвал её по имени.
Она на мгновение замерла от неожиданности, подняла голову и разглядела чужие черты лица.
Края панамки девочки были низко надвинуты на глаза, поверх формы на ней была надета синяя жилетка школьного совета. Опустив голову, она смотрела на неё ясными глазами.
Я побуду с тобой.
Всего три слова упали в тишину, но подействовали на неё словно укол адреналина.
Сюй Хуайань выдавила из себя улыбку и подстроилась под чужой шаг, выравнивая дыхание и темп.
Ноги всё ещё казались ватными, воздух вокруг по-прежнему обжигал зноем, но это уже почему-то не казалось таким невыносимым.
В тот момент, когда она пересекла финишную черту, онемевшие ноги окончательно отказались её держать. Сюй Хуайань качнулась, подкосившиеся колени подогнулись, и она стала заваливаться вперед, но ожидаемой боли не последовало — кто-то протянул руки и крепко обхватил её за туловище.
От этого толчка панамка слетела с головы, а на красивом лице девочки выступил тонкий слой пота от удушливой жары.
Се Чжияо отступила на два шага назад, возвращая равновесие, и крепко прижимала её за талию. Тяжелое дыхание Сюй Хуайань щекотало ей ухо; глаза Се Чжияо слегка потемнели. Поддерживая её, чтобы она стояла ровно, та тихо произнесла:
— Пройдись круг, дай себе прийти в себя, хорошо?
После бега резко останавливаться вредно для организма, особенно для тех, кто никогда в жизни не бегал на длинные дистанции.
В голове у Сюй Хуайань гудело. Она кое-как кивнула, упершись ладонью в плечо Се Чжияо, превозмогая подступающую к горлу тошноту, и с закрытыми глазами позволила вести себя вперед.
Немного оправившись, она открыла глаза и огляделась, заметив, что спутница увела её подальше от беговой дорожки.
— Лучше? — с беспокойством глядя на неё, спросила Се Чжияо. Она отвела её в тенек под дерево, достала из кармана жилетки бутылочку снаружи Хуосян Чжэнци, отвинтила крышку и протянула ей. — Боялась, что ты получишь тепловой удар, сходила в медпункт за этим.
Медпункт находился у общежитий, и чтобы добраться туда со стадиона, нужно было пересечь учебный и лабораторный корпуса. Поди знай, у кого она выпросила жилетку, чтобы сойти за работающего на соревнованиях волонтера — и гадать не надо было, что этот путь она тоже проделала бегом.
Сюй Хуайань взяла бутылочку, нахмурилась и послушно выпила лекарство, после чего промолвила:
— Разве я не просила тебя отдохнуть? Тебе же завтра еще эстафету бежать.
— Пробежать такую малость — пустяки, — Се Чжияо трогательно улыбнулась краешками губ. — К тому же, кто знал, что некая особа на словах собиралась просто дойти шагом, а на деле обязательно станет упрямиться?
Она присела на корточки, заглядывая ей в глаза на уровне лица, и уже собиралась что-то сказать, как вдруг услышала шаги за спиной.
Это была Цзян Шань.
Обе переглянулись и в глазах друг друга увидели неподдельное удивление.
Я... прости. — Глаза Цзян Шань покраснели, она прикусила нижнюю губу и склонила голову перед сидевшей на земле девушкой. — Я не должна была вписывать твоё имя без спроса... Прости...
Пока Сюй Хуайань бежала сама, она этого не замечала, но со стороны было отчетливо видно, как на последнем полуторакруге силы были полностью на исходе. Если бы не Се Чжияо, которая вовремя появилась рядом и помогла выдержать темп, Сюй Шань, пожалуй, упала бы еще до финиша.
Именно в тот момент в душе Цзян Шань растаяла и рассеялась последняя капля былого упрямства.
Заставлять человека, никогда не бегавшего на длинные дистанции, преодолевать полтора километра в такую погоду — настоящее издевательство. И хотя изначально у неё не было никаких злых умыслов, случись с Сюй Хуайань что-то серьезное, вину с себя она бы не смыла.
Се Чжияо посмотрела на неё, потом перевела взгляд на Сюй Хуайань, поджала губы и ничего не сказала.
По характеру она была мягкой, но на этот раз действительно разозлилась. Однако право ответить на это всё же принадлежало Сюй Хуайань, поэтому ей оставалось лишь наблюдать со стороны.
http://bllate.org/book/29931/3644062
Готово:
