Готовый перевод My Husband Is Finally Dead / Ух ты, твой муж наконец-то умер: Глава 10

После сдачи крови результаты анализа пришли быстро. Доктор Шао взглянул на бланк, и выражение его лица наконец смягчилось:

— Ну, тогда это легко решить.

Кэ Люй замер:

— Легко решить? Разве только что вы не говорили, что у него всё очень серьезно?

— Я думал, вы не справляетесь с периодом течки из-за недостаточной совместимости феромонов, — доктор Шао пододвинул бланк анализа к Кэ Люю, и его тон стал намного непринужденнее. — Но степень вашей совместимости достигает невероятных 99,99%. В таком случае даже лекарства принимать не нужно, вам достаточно просто как следует успокоить его своими феромонами.

Он тут же добавил, поспешно уточнив:

— Впрочем, все же лучше поскорее поставить метку. Постоянно облегчать состояние феромонами — тоже не выход.

Выслушав это, Кэ Люй почувствовал невероятную абсурдность происходящего и внезапно рассмеялся.

Такой строгий медицинский предельный показатель, как 99,99%, на практике ничем не отличался от 100%.

Как могло случиться, что вещь, которую среди миллиона человек не сыщешь и для одной пары — стопроцентная совместимость феромонов между альфой и омегой, — произошла именно с ним и женатым омегой?

Вдруг Вэнь Юань снова неконтролируемо прижался к Кэ Люю, и его пушистая макушка потерлась о тыльную сторону ладони альфы.

Выражение лица Кэ Люя напряглось, он отдернул руку и произнес с недобрым выражением:

— Соблюдай дистанцию.

Доктор бросил на него взгляд, чувствуя некоторое недоумение:

— У вас такая высокая совместимость феромонов, что его тянет к вам от природы. Вы, альфы, должны как следует заботиться о физическом состоянии омег.

От природы?

Взгляд Кэ Люя помрачнел.

В его памяти промелькнули прошлые события. Все те нелепые, неуместные попытки, постоянное нарушение границ и проверка его терпения... в этот момент стерлись под воздействием этих трех слов.

Оказывается, это от природы.

Он вовсе не собирался изменять за спиной.

Брови Кэ Люя нахмурились еще сильнее,

и он снова презрительно усмехнулся:

— Что за бред вообще творится.

Доктор Шао откашлялся и вновь сурово предостерег:

— Это же суженая судьбой пара, каких поискать в миллионе. Береги своего омегу.

Кэ Люй выпалил:

— Он не мой омега.

Доктор: — ?

Кэ Люй добавил:

— Он омега моего друга.

Доктор: — Ась?!

Не успел доктор высказаться, как альфа почти грубым движением взвалил омегу на плечо и унес.

Долго глядя вслед стремительно удаляющейся фигуре, доктор лишь спустя время пришел в себя:

— Елы-палы...

Вот это сплетня попалась на ночном дежурстве.

Кэ Люй стремительно шагал вниз, а в голове у него проносились бесчисленные причины, чтобы просто бросить этого человека где-нибудь.

Вот только он не знал, куда именно его лучше выбросить.

Он запихнул омегу на заднее сиденье Майбаха Exelero.

Стоило двери отсечь проклятые феромоны омеги, как Кэ Люй обессиленно прислонился спиной к дверце автомобиля.

Щелк —

Альфа зажег сигарету.

Он почти не курил, но сегодня было исключением.

Остатки совести заставили его бросить взгляд на состояние омеги в салоне.

Через автомобильное стекло он увидел Вэнь Юаня, уже достигшего пика периода течки.

Омега лежал на сиденье на боку, и жар, терзавший его тело подобно палящим муравьям, волнами пробегал туда-сюда, заставляя его в беспокойстве ворочаться и менять позу.

Растрепанная одежда прилипла к телу, обнажая полоску мягкой и тонкой талии, которая легко терлась о спинку сиденья, температура которой была гораздо ниже человеческой тела. Жесткие швы обивки царапали нежную кожу и плоть омеги, оставляя красные следы, похожие на следы от тугих веревок...

Почувствовав боль, омега глухо стонав отдалился от спинки сиденья и снова перевернулся — под поясницей на мгновение мелькнула пара изящных ямочек на пояснице, обращенная к Кэ Люю.

Казалось, ему все еще было очень жарко.

Вэнь Юань вдруг плотно прижался к автомобильному стеклу, отделенный от Кэ Люя всего лишь одним окном, и в растерянности начал рвать на себе одежду, жаждая освободить каждый дюйм своего пылающего тела.

Его карие глаза наполнились влагой, зрачки слегка дрожали, когда он смотрел на альфу.

Он поднял руку и ударил по стеклу — ледяная поверхность помогла омеге вернуть крошечную крупицу рассудкова, чтобы позвать на помощь. Сдавленные, едва не разгрызенные зубами всхлипы и стоны вновь донеслись из-за дверцы машины.

Омега метался, словно загнанный зверь, и невыносимые муки вместе с бьющимся в истерике телом заставляли его отчаянно бороться...

С глухим стуком он ударился о стекло.

Альфа распахнул дверь автомобиля.

На него пахнуло волной феромонов, и в объятия рухнул омега.

-

На бежевом шерстяном ковре в беспорядке валялось несколько пуговиц, а рядом затерялся зажим для галстука с инкрустированным синим бриллиантом — оба они наполовину утонули в мягком ворсе.

Теплый свет потолочных ламп люкса струился мягким сиянием, а панорамное окно отражало живописную картину.

Хрупкое тело омеги почти утонуло в диване, тяжело вздымаясь. На фоне темной обивки его кожа казалась белоснежной, а из-за течки приобрела розоватый влажный оттенок, который при свете ламп стал еще заметнее.

Он приоткрыл глаза, его светло-чайные зрачки дрогнули, и взгляд устремился прямо на стоящего перед ним альфу.

Это лицо ежесекундно напоминало Кэ Люю:

чьим омегой является этот человек.

Альфа снял кольцо с указательного пальца левой руки, скинул верхнюю одежду и одной рукой набросил ее на это лицо.

Вэнь Юань вздрогнул всем телом, его не выносящий ни малейшего раздражения организм резко затрепетал, он приподнял бедра и вцепился мертвой хваткой в руку Кэ Люя так сильно, что костяшки пальцев побелели, но он не разжал пальцев.

Альфа нахмурился и инстинктивно попытался высвободить руку, но услышал, как Вэнь Юань сквозь слой ткани тихо позвал:

— Господин Кэ...

Веки Кэ Люя тяжело опустились, это невнятное бормотание проникло прямо ему под кожу, заставив замереть на месте.

Жар от дыхания сквозь промежутки между пальцами не рассеивался, обдавая ладонь волнами тепла, и прежде чем альфа успел отреагировать,

Вэнь Юань снова пролепетал дрожащим голосом:

— Помогите мне...

Дыхание Кэ Люя перехватило — сказать, что на него совсем не повлияли переполняющие комнату феромоны, было бы ложью.

Омега перед ним выглядел донельзя жалко: на нем осталось всего несколько застегнутых пуговиц, остальные беспорядочно рассыпались по дивану, а одна и вовсе застряла прямо на груди Вэнь Юаня.

Каждый глубокий вдох заставлял его тело легко содрогаться, и эта пуговица скатывалась все ниже, причем крошечное ощущение щекотки в этот момент казалось бесконечно преувеличенным.

Омега судорожно вздрогнул и издал жалобный стон. Он невольно потерся лицом о ладонь Кэ Люя, пока серебряная пуговица не соскользнула к выступающим косточкам таза чуть ниже живота.

Сделав круговое движение, она замерла.

Вэнь Юань обеими руками еще крепче обвился вокруг предплечья альфы и тихо всхлипнул:

— Умо... умоляю...

Последнее слово застряло в горле, не издавая звука, и тогда Кэ Люй одной рукой зажал омеге рот — он не хотел слышать больше ни единого звука.

Через слой ткани Кэ Люй чувствовал, как кончик носа омеги тычется в щель между пальцами, жадно и жалобно скуля, словно маленький зверёк.

Он принюхивался, исследовал, изо всех сил пытаясь получить хоть каплю успокоения от феромонов альфы.

Но этого явно было недостаточно.

Кэ Люй крепко зажал лицо омеги, вдавливая его наполовину скрытое под одеждой лицо вглубь дивана, чтобы заглушить последние всхлипы Вэнь Юаня.

Густые и невероятно агрессивные феромоны мгновенно взорвались в носовых проходах омеги, и тот в панике широко раскрыл глаза, первым делом ощутив дикую боль.

Железы жутко болят.

Лицо болит.

Рот тоже болит.

Каждая пора, куда вторглись феромоны, кричала от боли!

— Мхм!

Сердце Вэнь Юаня бешено заколотилось, грудь тяжело вздымалась. Эти феромоны хлынули слишком быстро и неистово, проникая в каждый уголок его тела без малейшего намека на успокаивающую мягкость.

Омега отчаянно вцепился обеими руками в руку Кэ Люя, оставляя кровавые следы от предплечья до тыльной стороны ладони, изо всех сил пытаясь вырваться из плена...

Однако рука Кэ Люя оставалась стальной, ничуть не ослабляя хватку, и он снова и снова безжалостно подавлял раздражающие жалобные стоны Вэнь Юаня.

И всё же стопроцентная совместимость брала свое: даже при столь грубом воздействии жар, вызванный течкой Вэнь Юаня, начал постепенно утихать, а его сопротивление с каждой секундой слабело.

Тем не менее, движимый природной зависимостью от альфы, он продолжал судорожно обвивать предплечье Кэ Люя, отказываясь разжать руки.

Убедившись, что состояние Вэнь Юаня стабилизировалось, Кэ Люй достал инъектор с быстродействующим блокатором и ввел препарат в железы омеги, чтобы предотвратить повторный приступ в ближайшее время.

Напряженное тело медленно обмякло, безвольно раскинувшись на диване, и дыхание тоже выровнялось.

Только тогда Кэ Люй отпустил его. Омега, почувствовав исчезновение этого присутствия, по инстинкту уткнулся носом в оставленную на нем одежду и тяжело задышал, словно чудом уцелевший после катастрофы.

Альфа поднялся на ноги и окинул взглядом учиненный в комнате беспорядок, а затем перевел взгляд на омегу в самом его эпицентре.

По его белоснежной шее стекали капли прозрачногопота, стекая вбок, кончики ушей сильно покраснели, а несколько прядей волос намокли и безвольно прилипли к лицу.

С каждым вдохом его мягкий живот вздымался и опускался, время от времени судорожно подергиваясь.

Феромоны на верхней одежде быстро выветрились, и Вэнь Юань недовольно издал глухой стон.

В глазах Кэ Люя сгустилась еще большая тьма, и он окончательно отвернулся.

Щелк —

В ночи вспыхнула еще одна сигарета.

-

Ослепительный солнечный свет заставил спавшего на диване Вэнь Юаня проснуться, и он растерянно сел.

В его сердце закрался вопрос: где это он?

Не успел он прийти в себя, как раздался звонок в дверь, и приятный голос донесся из коридора:

— Уважаемый гость, вы будете продлевать номер?

Ах да, он же в отеле.

Он быстро отозвался:

— Н-нет, не буду.

— Хорошо, сэр, для вас зарезервирован завтрак "шведский стол", можете спуститься в холл.

Вэнь Юань действительно проголодался, да и доктор говорил, что после течки организму требуется хорошее восстановление.

Немного придя в себя, он поднял руки и потер лицо, но тут же скривился от резкой боли — все лицо ныло. Более того, все его тело ломало, словно после разбора на запчасти, и подняться оказалось невероятно трудно.

http://bllate.org/book/29972/3649111