— О, Гермиона, ты видела, что это за хорек?! — Рон с крайним неудовольствием уставился в спину удаляющемуся Драко, а затем повернулся к своей девушке, чтобы пожаловаться.
Гермионе совершенно не хотелось продолжать обсуждение этой темы.
— Гарри, кажется, я ошиблась, — сказала она.
— В чем? — Гарри явно не успел за внезапной сменой темы.
— Я ведь говорила вам вчера, что Малфой вернулся в школу, скорее всего, чтобы попросить тебя о помощи. Но, судя по его поведению сегодня, я, похоже, глубоко заблуждалась, — Гермиона, которую называли самой умной ведьмой своего поколения, моргнула. — Я совсем забыла, что семья Малфой — это чистокровная аристократия. Их гордость просто не позволит им просить о помощи своих врагов, пусть даже и бывших.
Гарри слегка нахмурился:
— Ты хочешь сказать, что Малфой вернулся в школу исключительно ради сдачи ЖАБА? И он совсем ничего не собирается предпринимать по поводу завтрашнего суда над родителями?
— Да. Я даже думаю, что он, возможно, вообще не появится на завтрашнем заседании.
Если бы Драко сейчас услышал эти слова Гермионы, то, как бы он ни презирал маглорожденных волшебников, он был бы искренне поражен ее удивительной проницательностью. Ей хватило всего лишь мимолетного разговора, чтобы в общих чертах восстановить картину происходящего, причем угадав почти всё до мельчайших деталей.
— Значит, Гермиона, ты хочешь сказать, что Малфой просто будет смотреть, как его отец попадает в Азкабан? — глаза Гарри округлились.
— С этим ничего не поделать, Гарри, — Гермиона взглянула на часы, а затем на лежащие перед ней книги и, начав собирать их, добавила: — Он не может сделать слишком много. Даже если он такой же герой войны, как и мы, его положение слишком отличается от нашего. Я слышала, он уже подал прошение в Министерство магии с просьбой не привлекать детей к ответственности за преступления Пожирателей смерти. Но мне кажется, ситуация очень шаткая, ведь репутация Факультета Слизерин всегда была подпорчена, а после этой войны — тем более.
— Гермиона, ты хочешь сказать, что учеников Факультета Слизерин тоже могут судить? — Рон задумчиво нахмурился. — Но разве профессор Макгонагалл не настаивала на том, чтобы они оставались в Хогвартсе до конца учебного года?
Гермиона покачала головой:
— Да, Макгонагалл настаивала на этом, и Министерство магии дало добро. Но что будет после окончания учебного года? Это была лишь отсрочка на несколько месяцев.
Гарри внезапно всё понял. Факультет Слизерин состоял в основном из потомков Пожирателей смерти, а если и не из прямых потомков, то из их родственников. Если Министерство магии проявит жесткость, их действительно могут судить всех вместе. Хотя в ходе решающей битвы они заняли относительно нейтральную позицию, так было далеко не на протяжении всей войны, да и их родители были Пожирателями смерти...
— Как ты думаешь, какой исход будет самым худшим? — спросил Гарри.
— Расформирование факультета, — вздохнула Гермиона. — Если суд затронет так много людей, под давлением общественности и Министерства магии Хогвартс может просто закрыть Факультет Слизерин.
У Рона глаза полезли на лоб, рот распахнулся, и он забормотал:
— Рас-расформирование? Гермиона, ты что, шутишь? Традиции четырех факультетов Хогвартса существуют уже тысячу лет!
— Я лишь сказала о худшем варианте, — Гермиона раздраженно закатила глаза. — Директор Макгонагалл ни за что не допустит подобного, поэтому я думаю, что наиболее вероятный исход — это суд над теми, кто был слишком тесно связан с Пожирателями смерти, их отчисление из школы, а в худшем случае — заключение в Азкабан.
— О, это уже достаточно плохо, — пробормотал Рон.
— Рон, ты что, изменился? — Гермиона с удивлением посмотрела на него. — Разве ты всегда не был не в восторге от Слизерина?
Они ведь то и дело ссорились, иногда доходило и до драк.
— Брось, Гермиона, я до сих пор терпеть не могу Слизерин, — Рон развел руками. — Но это не значит, что я хочу, чтобы их отчисляли или сажали в Азкабан. В конце концов, поступки родителей не имеют прямого отношения к детям, разве не так? Взгляни на этого хорька — у каждого могут возникнуть такие мысли.
— Наконец-то ты стал взрослее, Рон.
Гарри молча слушал разговор своих друзей. Кризис Факультета Слизерин? Его взгляд сместился вправо, на пустое место, где только что сидел Драко. На душе было очень неспокойно. Он противостоял Факультету Слизерин почти шесть лет, всё это время не прекращались споры, а вражда между Гриффиндором и Слизерином длилась куда дольше.
Если Факультет Слизерин действительно подвергнется таким суровым наказаниям, что станет с факультетом, чья репутация и так была не из лучших? Слухи всегда имеют свойство становиться только хуже. И, как сказал Рон, он совсем не хотел, чтобы слизеринцев отчисляли или бросали в Азкабан.
Может ли он что-то сделать? В силах ли он что-то предпринять?
Он знал: его влияние сейчас куда выше, чем у Министерства магии. Если он будет настаивать на вмешательстве в судебный процесс над Пожирателями смерти, Министерство обязательно уступит. Но, как он говорил во время недавнего разговора с профессором Макгонагалл, после окончания войны ему следовало вести себя тише, проявлять осторожность в словах и поступках. Столь громкое вмешательство в дела Министерства было бы крайне неразумным.
Но неужели ради собственного будущего он должен допустить гибель всего Факультета Слизерин? Если он так поступит, чем он будет отличаться от тех, кого сам больше всего презирает? Сможет ли он после этого смотреть в глаза своим родителям, крестному, Римусу?
Глубоко вздохнув, Гарри собрал свои вещи и сказал Гермионе и Рону:
— Гермиона, Рон, возможно, завтра я возьму отгул.
— Отгул? Что случилось? Ты плохо себя чувствуешь? — с беспокойством спросила Гермиона.
— Я хочу пойти в Министерство магии.
— Ты собираешься просить за Слизерин? — Гермиона сразу поняла, что у него на уме. — Но, Гарри, послушай меня, это не то дело, в которое ты должен вмешиваться. Пойми, ты все еще ученик, семикурсник Хогвартса, который даже не сдал ЖАБА!
Гарри грустно усмехнулся:
— Я знаю, Гермиона. Но если бы это была ты, смогла бы ты оставаться в стороне и спокойно сидеть в школе?
Гермиона осеклась.
— Но, Гарри, ты правда думаешь, что эта стая змей из Слизерина оценит твою доброту? — нахмурился Рон.
— Я не жду, что они будут мне чем-то обязаны, — вздохнул Гарри. — Я просто хочу это сделать, это не даст мне потом жалеть о содеянном. Честно говоря, если я ничего не предприму, я буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Поэтому я просто делаю то, что считаю нужным.
— Хорошо, Гарри, — наконец кивнула Гермиона. — Ты же знаешь: если ты что-то решил, я поддержу тебя. Нужно, чтобы мы пошли вместе с тобой просить разрешения у профессора Макгонагалл?
Благодарно улыбнувшись ей, Гарри перевел взгляд на Рона.
Тот обреченно пожал плечами:
— Ладно, дружище, я знаю, что отговаривать тебя бесполезно. К тому же, я уже сказал: я не настолько ненавижу Слизерин, чтобы желать им Азкабана.
— Спасибо вам, — улыбнулся Гарри.
http://bllate.org/book/29995/3653141
Готово:
