Цзян Мосюэ сохранял невозмутимое выражение лица и в ответ лишь переспросил: О чем я должен был сказать?
Отношение Цзинь Вэя на самом деле было очевидным. Общаясь со своими друзьями, он намеренно или нет, но старался держаться от него подальше. Цзян Мосюэ прекрасно видел, что Цзинь Вэй не желает иметь с ним близких отношений.
И не только Цзян Мосюэ это заметил — даже обычно беспечный Се Шилин подметил: Действительно странно. Я уже пару раз встречался с доктором Цзинем, он совсем не похож на такого человека. Даже если он знает, что студент проявляет к нему интерес, не стал бы так демонстративно игнорировать его. Я читал школьный форум, там говорили, что доктор Цзинь очень мягкий человек и даже утешал тех, кому пришлось столкнуться с неудачей в признании.
Что между вами произошло? — Янь Лоу, очевидно, лучше умел ухватить суть дела.
Цзян Мосюэ вспомнил о встрече с Цзинь Вэем в баре вчера вечером, но не стал ничего рассказывать, лишь бросил: Ничего особенного. Пойдемте.
***
Цзинь Вэй только вернулся в кабинет и не успел даже сесть, как получил сообщение от Цзян Мосюэ.
.: О вчерашнем вечере, я никому не расскажу.
Цзинь Вэй приподнял бровь. Хотя оказаться застигнутым студентом в такой ситуации было неловко, не слишком ли Цзян Мосюэ накрутил себя?
Он отложил телефон и взглянул в окно. Погода сегодня стояла паршивая: небо затянуло тучами, казалось, вот-вот начнется дождь. Подумав, что в такой обеденный перерыв его никто не потревожит, он решил, что можно спокойно поспать.
Когда он проснулся, за окном уже лил дождь. Барабанящие по стеклу капли и сгустившиеся сумерки делали комнату темной. Он включил свет в кабинете и, машинально потянувшись за телефоном, вспомнил, что не ответил Цзян Мосюэ. Наскоро напечатал: Спасибо тебе, студент.
После обеда в кабинете психологической консультации было пусто — в такую погоду мало кто станет без дела шляться по кампусу. Цзинь Вэй наслаждался редким моментом тишины.
Он листал личные дела студентов. В кабинете царил покой, никто не отвлекал, лишь за окном не переставая шумел дождь.
Поэтому, когда внезапно раздался стук в дверь, Цзинь Вэй даже удивился. Он поднял взгляд и машинально произнес: Входите.
В дверях показался человек. С него текла вода, весь коридор был мокрым. В одной руке гость держал пакет, в другой — зонт. Его одежда и волосы насквозь пропитались дождем — в такую ливень прийти сюда в сухом виде было просто невозможно.
Цзинь Вэй лишь на миг замер, но тут же вернул себе прежний теплый и радушный вид. Он отложил бумаги и спросил: Студент, у вас что-то случилось?
В большинстве случаев Цзинь Вэй называл всех студентами. Это помогало поддерживать дистанцию и избегать недопониманий: в конце концов, если пациент начинает испытывать чувства к своему психологу, это ни к чему хорошему не приводит.
Цзян Мосюэ не нравилось это подчеркнуто вежливое отношение, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Ничего не ответив, он просто прошел внутрь и протянул пакет Цзинь Вэю: Твоя одежда, я ее постирал.
Цзинь Вэй опустил взгляд, затем взял вещи. Спасибо.
Цзян Мосюэ остался стоять на месте, не собираясь уходить.
Дождь на улице усилился, а Цзян Мосюэ уже промок до нитки. Цзинь Вэй, разумеется, не был настолько бессердечным, чтобы выгнать его обратно под ливень. Он поднялся, налил в одноразовый стаканчик теплой воды и поставил перед ним: Присядь.
Цзян Мосюэ кивнул и сел напротив.
У меня здесь нет полотенец. Это всего лишь куртка, не стоило так спешить и нести ее в такой дождь. — Цзинь Вэй протянул ему несколько бумажных салфеток.
Цзян Мосюэ принял их, но оставил лежать на ладони, не делая попыток ими воспользоваться. Он ответил: Дело не только в одежде. Я пришел увидеть тебя.
Взгляд Цзян Мосюэ был прикован к Цзинь Вэю — спокойный, но пугающе жгучий.
Он всегда говорил прямо, но Цзинь Вэй предпочел не принимать его слова всерьез. Лишь усмехнулся: Ну, увидел? Как дождь утихнет, иди обратно. Не забивай себе голову всякой ерундой.
Сегодня здесь больше никого нет, и до конца твоего рабочего времени еще далеко, — вдруг произнес Цзян Мосюэ, опустив глаза.
М-м, и что с того?
Цзинь Вэй слушал его, слегка кивая, не понимая, к чему тот клонит.
Это значит, что я тебя не беспокою и не отвлекаю от работы, — пояснил Цзян Мосюэ.
Только теперь Цзинь Вэй вспомнил, что действительно говорил ему нечто подобное. Впрочем, он сам уже почти забыл об этом, а вот Цзян Мосюэ запомнил очень хорошо.
Делать было все равно нечего, да и в таком состоянии Цзян Мосюэ действительно стоило поговорить. Это входило в обязанности психолога. Взгляд Цзинь Вэя стал серьезнее: Хорошо. Давай начнем с того, о чем ты хочешь со мной поговорить?
Цзян Мосюэ едва заметно нахмурился. Он не хотел, чтобы Цзинь Вэй видел в нем лишь пациента, и не собирался обсуждать какие-то проблемы. Он просто хотел прийти и увидеть этого человека. Просто смотреть на Цзинь Вэя было достаточно.
Цзинь Вэй никогда не смог бы понять этого чувства.
Конечно, он не понимал мыслей Цзян Мосюэ. А когда тот молчал в ответ на вопрос, ситуация становилась утомительной. Психолог — не бог, и если пациент наотрез отказывается открываться, сделать что-либо трудно.
Честно говоря, с таким подходом к ухаживаниям, если бы другой человек не запал на его внешность, Цзян Мосюэ никогда бы никого не добился.
Дождь не прекращался весь вечер. Цзян Мосюэ так и просидел в кабинете все это время. Когда Цзинь Вэй спросил, нет ли у него занятий, он лишь кратко ответил: Нет.
Король диалога, не иначе.
Цзинь Вэй решил оставить его в покое и вернулся к своим делам. Около четырех часов дня телефон на столе внезапно зазвонил, нарушив тишину кабинета своим настойчивым звуком.
Цзян Мосюэ перевел взгляд на экран: звонил Чжоу Шипэй. При виде этого имени его глаза слегка потемнели.
Цзинь Вэй взял телефон, поднялся и вышел в комнату отдыха, чтобы ответить.
Цзян Мосюэ не последовал за ним, а остался сидеть в кабинете. Он следил за временем: Цзинь Вэй вернулся из комнаты отдыха только спустя целых полчаса.
http://bllate.org/book/30125/3671014
Сказали спасибо 0 читателей