Готовый перевод My Wife is a Villain Boss / Говорят, моя жена — величайший злодей: Глава 14

— Ты меня ищешь?

В одно мгновение у Хэ Яня волосы на загривке встали дыбом, а по спине побежали мурашки. Он понятия не имел, как Гу Цзяо умудрился исчезнуть у него из-под носа, как прокрался за спину, не издав ни звука, и даже не понимал, в какой именно момент его обнаружили.

Этот Гу Цзяо — просто непостижимый человек!

Обернувшись и встретившись взглядом с этими невероятно глубокими глазами, Хэ Янь изо всех сил постарался придать своему лицу естественное выражение. Сердце же его бешено колотилось, а в голове звенели тревожные звонки — он пустил в ход всё своё актёрское мастерство, лучшее за всю жизнь.

— О! Когда ты успел меня заметить?

Гу Цзяо некоторое время смотрел на него, а затем спросил:

— Ты… зачем всё это время ходил за мной?

— Ты слишком быстро шёл, — Хэ Янь приложил руку ко лбу и виновато усмехнулся. — Я звал тебя несколько раз, но ты, видимо, не слышал.

Правда?

Гу Цзяо принялся припоминать. На соревновательной арене было полно людей, шум и гам стояли невообразимые — вполне возможно, что он действительно не услышал, как кто-то его окликнул. Как только эта мысль пришла ему в голову, он тут же смутился:

— Эм, я… ты что-то хотел?

Хэ Янь бегло окинул его взглядом:

— Ничего срочного, просто подумал… у тебя очень необычная прическа. Хотел узнать, где ты её сделал?

Гу Цзяо машинально потянул за шнурки на капюшоне, стягивая ткань так, что его миловидное личико оказалось в обрамлении, словно лепестки подсолнуха, и заикаясь, спросил:

— П-правда? Тебе… нравится мои волосы?

Хэ Янь сделал выражение лица настолько искреннее, насколько это было возможно:

— Конечно. Я сразу выделил тебя из толпы, у тебя очень красивые волосы.

В этот момент он не совсем лгал: хотя Гу Цзяо не снимал капюшон, прядки волос на его лбу под лучами солнца выглядели особенно красиво и легко притягивали чужие взгляды.

Впервые кто-то похвалил волосы Гу Цзяо. Его уши тихонько покраснели, он прикусил губу и пробормотал:

— Спасибо. У меня это… от природы. Я даже не знаю, где можно сделать такую укладку.

На самом деле, он подумывал перекрасить волосы в черный, но из-за чудовищной нехватки денег пришлось отказаться от этой затеи.

Напряжение, которое до этого витало в воздухе, мгновенно рассеялось, и атмосфера стала даже гармоничной. Однако Хэ Янь не спешил терять бдительность: кто знает, не притворяется ли Гу Цзяо?

Его язык был словно намазан медом, он расхвалил Гу Цзяо с ног до головы, а в конце добавил:

— Твои серьги-гвоздики тоже хороши. Это обсидиан, да? Сейчас на Главной Планете сложно найти обсидиан такой чистоты. Есть ссылка на продавца?

— А, это… этого тоже нет, — Гу Цзяо очень застеснялся. Поскольку он почти никогда не снимал капюшон, мало кто замечал его серьги, и после такого внезапного потока похвалы от Хэ Яня ему почти захотелось подарить собеседнику такую же пару. К счастью, разум взял верх, и он не совершил опрометчивого поступка. — Это… подарок от семьи, вещь с планеты Гуу, так что… ссылки быть не должно.

— Вот оно что, какая жалость.

Хэ Янь был одет не в форму академии, а его выговор был знаком Гу Цзяо, и тот проникся к нему большой симпатией.

— Ты тоже с Главной Планеты? Из какой ты академии? Как тебя зовут?

Хэ Янь ответил быстро, улыбаясь:

— Меня зовут Хэ Янь, я из Федерации. Но я не участник соревнований. А ты?

Гу Цзяо честно представился. Они были так близки по духу, что он решил: Хэ Янь вполне может стать ещё одним его другом, поэтому набрался смелости и пригласил того пообедать вместе.

Получить возможность находиться вблизи от объекта слежки — Хэ Янь, конечно же, не мог желать большего. После короткого общения он понял, что Гу Цзяо не играет, а действительно обладает чистой натурой и совершенно не подозревает его.

Гу Цзяо купил ещё одну порцию рисовых шариков в сиропе и пододвинул Хэ Яню:

— Попробуй, я только что попробовал… очень сладко.

— Благодарю.

Для Хэ Яня Гу Цзяо был объектом задания, чьё доверие требовалось завоевать любыми способами, а для Гу Цзяо Хэ Янь мог стать ещё одним другом, которые давались ему с таким трудом. Он вложил всю свою искренность в общение с ним.

Они сидели друг напротив друга, уплетая шарики, и вскоре разговорились так легко, словно были старыми друзьями, знакомыми целую вечность.

Гу Цзяо рассмеялся от шутки Хэ Яня и только собирался что-то ответить, как его оптический компьютер внезапно завибрировал — пришел видеозвонок.

У Гу Цзяо был только один контакт, и когда Хэ Янь увидел на экране яркую надпись господин Шэнь, его естественная улыбка тут же застыла.

Гу Цзяо принял вызов, и в его глазах вспыхнула радость:

— Господин Шэнь!

Хэ Янь затаил дыхание, вслушиваясь. С той стороны экрана раздался мягкий, тихий голос, подобный дуновению свежего ветра, но от него Хэ Яня мгновенно бросило в ледяной погреб.

— Цзяоцзяо, с кем это ты болтаешь?

Сердце Гу Цзяо пропустило удар.

На планете Гуу семья называла его Цзяоцзяо; когда он прибыл на Главную Планету, Су Сюэ тоже стала звать его Цзяоцзяо. Он привык к этому прозвищу, но произнесенное устами Шэнь Юэцина, оно заставляло его сердце биться чаще, а самого — теряться.

Он замялся, его лицо горело так, будто вот-вот пойдет пар, а взгляд он не решался поднять на экран:

— Г-господин Шэнь… я… я ем, рисовые шарики в сиропе…

Шэнь Юэцин молчал. Он подпер подбородок одной рукой, прикрыв глаза, и с невозмутимым видом наслаждался замешательством юноши, а в выражении его лица сквозила полуулыбка.

Внезапная волна чувств была слишком сильной, и Гу Цзяо изо всех сил пытался успокоиться, делая вид, что ведет себя невозмутимо, и встретил взгляд Шэнь Юэцина.

— Кхм… я тут обедаю с другом.

— Другом? — Шэнь Юэцин едва заметно повел глазами, в его тоне невозможно было распознать эмоции. — Когда ты успел завести друга? Я его знаю?

— Его зовут Хэ Янь, мы познакомились совсем недавно, — сказал Гу Цзяо и развернул экран, чтобы представить Хэ Яня господину Шэню, но место напротив него оказалось пустым.

— Э?

Гу Цзяо опешил. Он огляделся по сторонам, но нигде не увидел Хэ Яня — лишь дымящаяся миска с рисовыми шариками продолжала источать сладкий аромат.

— Похоже, твой новый друг не особо искренен, — голос Шэнь Юэцина прозвучал холодно.

Гу Цзяо инстинктивно попытался найти оправдание:

— Возможно… у него случилось что-то срочное, и он ушел. Ничего страшного.

Но что могло быть настолько срочным, чтобы даже не успеть попрощаться? Гу Цзяо почувствовал разочарование. Хэ Янь внезапно появился и так же внезапно исчез, и мечта завести друга вдруг разбилась.

Впервые он сам пригласил кого-то пообедать, и человек так странно сбежал. Гу Цзяо начал прокручивать в голове их недавний разговор: неужели он сказал что-то не то и обидел собеседника?

Гу Цзяо не умел скрывать свои чувства. Несмотря на попытки скрыть огорчение, Шэнь Юэцин сразу видел всё насквозь: он снова расстроился из-за кого-то постороннего.

— Не грусти, — произнес Шэнь Юэцин. — Дело не в количестве друзей, а в их искренности.

Гу Цзяо подумал, что в этом есть смысл.

Шэнь Юэцин посмотрел на него и вдруг улыбнулся:

— На самом деле, тебе нет нужды знакомиться с кем-то ещё, ведь мы уже друзья.

Фу Синь, ожидавший рядом распоряжений, едва заметно дернулся — он уловил подтекст своего господина: «Тебе достаточно меня одного».

Гу Цзяо подтекста не понял, он лишь решил, что господин Шэнь прав. Не каждый может принять его без тени сомнения, как это сделал господин Шэнь, и он уже достаточно счастлив, что у него есть такой друг.

Его подавленное настроение начало теплеть.

Когда связь прервалась, Фу Синь наконец получил возможность доложить ситуацию:

— В шестом секторе говорят, что вестей о том, кого вы ищете, нет. Однако они поймали лазутчика, который намеренно выпустил Висельника в Долине Заходящего Солнца. Сейчас человек доставлен в темницу и ждет вашего решения.

Не дожидаясь, пока он закончит, Шэнь Юэцин вздохнул. Он подпер подбородок рукой, постукивая подушечками пальцев по щеке, и перевел взгляд на большую плюшевую собаку, сидевшую на кресле напротив.

— Цзянь Инянь не выдают, зато решили отделаться какой-то никчемной жизнью, — он слегка нахмурился, в голосе звучало раздражение. — Я что, похож на попрошайку?

Его эмоции казались стабильными, но Фу Синь, прослуживший ему много лет, уже понял, что это значит. Он нерешительно произнес:

— Но у нас пока нет доказательств измены шестого сектора.

Шэнь Юэцин:

— Разве нужны доказательства?

Фу Синь умолк.

Для Шэнь Юэцина достаточно было возникшего подозрения, чтобы обвинение стало свершившимся фактом. Ему было всё равно, произойдет ли ошибка: для него все люди в мире были лишь гниющим мясом и сухими костями, в том числе и он сам.

Жизнь не имела значения, смерть была не страшна.

— В этот раз… вы снова лично возьметесь за дело?

Такие масштабные «зачистки» Шэнь Юэцин никогда не доверял другим. Бушующая психическая энергия постоянно точила его изнутри, искушая ступить в бездну крови и убийств.

Он никогда не сопротивлялся, потому что сам был рожден в глубине этой бездны.

Жизни были подобны кровавым цветам, распускающимся на другом берегу реки забвения; прекраснее всего в них был отчаянный вой перед самым увяданием, и для Шэнь Юэцина это обладало притягательностью, сравнимой с наркотической зависимостью.

Но в этот раз у него были дела поважнее.

— Оставь пока, — сказал Шэнь Юэцин. Он провел пальцем по ушам игрушки, и хотя выглядел спокойным, в глубине его глаз затаилось недовольство. — Подготовь корабль, отправляемся на Космическую станцию Тяньма.

— Бах!

Соперник отлетел за пределы арены, судья быстро подошел, чтобы объявить результат матча.

— Победитель — Чжань Ян!

Федеральная Академия разразилась аплодисментами и ликующими криками. Чжань Ян сплюнул кровавую слюну; в голове отдавалась тупая боль от истощения психической энергии, но осознание того, что он успешно прошел в полуфинал, наполнило его глаза торжеством.

Это был шанс, вырванный из рук тысяч участников отборочного тура. Он действовал уверенно, а такие, как Гу Цзяо, попавшие сюда по квоте, и в подметки ему не годились.

Стоило ему вспомнить, как дед твердил не нарываться на неприятности с Гу Цзяо, как его охватило раздражение.

С чего бы это?

У Гу Цзяо ни силы, ни связей, он просто ничтожество, умеющее гадить исподтишка. Почему он должен его бояться?

Хотя в прошлый раз не удалось разоблачить его истинное лицо, Чжань Ян не отчаивался, ведь полуфинал — это шанс, который сам идет в руки.

Он не верил, что на глазах у тысяч людей, в присутствии стольких влиятельных особ, Гу Цзяо посмеет снова использовать свои грязные приемы.

http://bllate.org/book/30169/3676145