Дед похлопал Янь Хуна по руке и произнес: Наш маленький Хун похож на Цзинцзин, такой же умный.
При упоминании матери у Янь Хуна слегка защемило в глазах.
Янь Хуна окинул взглядом комнату и спросил: А где Ляо Шуан?
Дед ответил: Твоя младшая сестра ушла к маме, вернется третьего числа.
После развода дяди единственный ребенок остался на его попечении.
В этот момент из кухни вышел Ляо Дун, поставил тарелку с виноградом и спросил: Сколько твой брат сейчас зарабатывает в месяц?
Янь Хуна: Я не знаю.
Ляо Дун цыкнул языком и недовольно протянул: Дом, в котором он живет, такой хороший и большой, наверняка денег у него куры не клюют. Да еще и тебя перевел в другую школу, не может быть, чтобы он за год меньше нескольких сотен тысяч заколачивал.
Янь Хуна страшно не любил этого дядю, который с малых лет был тем еще шалопаем. Тот регулярно названивал сестрам Ляо Цзин и Ляо Дань, вымогая деньги, а после развода даже пытался спихнуть двоюродную сестру на воспитание Ляо Цзин. Янь Цзяньцзюнь тогда не согласился, и только после этого дед с Ляо Дуном уступили.
Ляо Дань легонько шлепнула Ляо Дуна и бросила: Твой дядя шутит. С этими словами она поднялась: Пойду посмотрю, готова ли еда, которую мама готовит на кухне.
В гостиной тут же остались только представители четырех поколений одной семьи. Маленький Ян сидел на диване и увлеченно смотрел телевизор, дед о чем-то глубоко задумался, а Ляо Дун сидел на диване, ковыряясь в телефоне. Янь Хуна же уставился на Счастливых овец в телевизоре и погрузился в свои мысли.
Раньше дед не особенно хорошо к нему относился. Сам Янь Хуна жил всего в десятке с лишним километров отсюда — каких-то десяти минутах езды на мопеде. Однако за весь год, не считая бабушки, которая иногда тайком пешком приходила навестить его с пакетиком нехитрых гостинцев, дед и Ляо Дун почти не показывались.
Хун. Когда Янь Хуна погрузился в раздумья, Ляо Дун с улыбкой окликнул его.
Чего? — отозвался Янь Хуна.
Да ничего, дядя просто так позвал, нельзя разве? — Ляо Дун улыбался так дружелюбно, но Янь Хуна находил эту улыбку отвратительной.
Он до сих пор помнил, как в шестилетнем возрасте Ляо Цзин поссорилась с Янь Цзяньцзюнем и привезла его с Лю Бомином к деду. Из-за денег разгорелся скандал, и тогда Ляо Дун ткнул пальцем в лицо Ляо Цзин и потребовал, чтобы она катилась отсюда вместе со своими прицепами.
Дед же сидел за обеденным столом, выпивал и молчал, а бабушка с застывшим отупением на лице просила брата и сестру не ссориться.
Обед был готов быстро. Прохлопотавшая весь день бабушка усадила Янь Хуна рядом и принялась расспрашивать об учебе и здоровье, а Ляо Дань тем временем накладывала всем еду.
К еде в доме бабушки Янь Хуна привыкнуть не мог: ему вечно казалось, что всё слишком острое, даже в рисе чувствовался жгучий привкус. По сравнению с легкими, простыми блюдами, которые готовила бабушка по материнской линии, Янь Хуна гораздо больше хотел отведать стряпни своей бабушки.
Но эту еду больше никогда не удастся попробовать.
Зимой темнеет рано. Янь Хуна помог Ляо Дань убрать со стола на кухне, немного поболтал с дедом и Ляо Дуном, после чего бабушка принялась застилать для него постель.
Расстилая кровать, бабушка заговорила: Это одеяло еще твоя мама покупала к своей свадьбе. С тех пор столько лет хранили, красивое ведь?
Глядя на ярко-красное свадебное одеяло с вышитыми на нем неразлучниками, Янь Хуна через силу усмехнулся и произнес: Красивое, бабушка.
Бабушка улыбнулась: Мой крошка сынок, если нравится, мы тебе его на свадьбу отдадим.
Янь Хуна: …
Мам, с чего бы молодежи такое нравилось? — Ляо Дань вошла в комнату с подушкой в руках и принялась помогать матери застилать постель.
Не нравится? — бабушка сгорбила спину и спросила: — Ну так у меня же еще несколько постелей найдется.
Отдай Шуан Шуан, — предложила Ляо Дань.
Эта паршивка Шуан Шуан тоже воротит нос, — бабушка перешла на местный диалект. — Говорит, мол, целыми днями у меня… вкус дурацкий.
Янь Хуна: …
В доме бабушки было четыре комнаты, так что на четыре поколения как раз приходилось по отдельной комнате.
Приняв душ, Янь Хуна решил пощелкать еще парочку экзаменационных вариантов, прежде чем забраться под красное одеяло и поиграть в телефон. Но не успел он даже запустить «Три в ряд», как получил сообщение от Лю Бомина.
Лю Бомин: Дома холодно?
Болтливый кот: Немного.
Лю Бомин: Как здоровье у бабушки с дедушкой?
Болтливый кот: Вполне неплохо.
Лю Бомин: Хорошо. Дома уроки не забывай делать, в игры не играй.
Болтливый кот в ответ отправил смайлик с жестом окей.
Приходили сообщения и от других друзей, Янь Хуна по очереди всем ответил, заодно обсудив с Лу Шэнъанем завтрашнюю вылазку погулять.
Не было еще и шести утра в канун Нового года, когда бабушка разбудила Янь Хуна и усадила за стол перед шестью огромными, величиной с чашку, тарелками рисовых шариков с начинкой из коричневого сахара в сладком супе.
Покончив с завтраком, все семейство отправилось в деревню — воскурить благовония предкам рода Ляо.
К тому времени, как с благовониями и свечами было покончено, перевалило за девять часов. По возвращении в поселок Ляо Дун скрестил руки на груди и заявил, что идет резаться в маджонг, а дед собрался порыбачить.
Ляо Дань с бабушкой собрались в деревню собирать мандарины и спросили Янь Хуна, не хочет ли он пойти с ними. Янь Хуна думал о встрече с Лу Шэнъанем и идти отказался, так что матери с дочерью оставалось только взять с собой маленького Яна и отправиться в путь.
Янь Хуна плотно запахнул пуховик и минут десять прошагал по сельской дороге до поселка. Написав Лу Шэнъаню, что он выдвигается, парень поймал на обочине мопед и поехал в среднюю школу, расположенную в соседнем поселке.
Воздух в маленьком городке был чистым, но холод стоял куда пронзительнее, чем в Чэнчжоу. Тем более что день выдался пасмурным, из-за чего ветер на спусках и подъемах разил не хуже ножа.
Двадцать минут спустя Янь Хуна, испытавший все прелести поездки на открытом всем ветрам транспорте, слез с мопеда. Его красивое лицо раскраснелось от холода, и если бы не надетые под низом теплые штаны, бедняга Янь Хуна просто не вынес бы этого испытания.
Расплатившись тридцатью юанями, Янь Хуна пошел по склону к воротам средней школы.
Средняя школа Хэцяо сохранила стиль десятых годов двадцатого века: желтые ворота, стены, увитые диким виноградом, который цеплялся за постройки прошлой эпохи, и опавшие листья камфорного дерева, устилающие длинную каменную галерею.
Янь Хуна до сих пор помнил, как во времена учебы в средней школе они с Лу Шэнъанем бегали и дурачились в этой галерее.
Хун! — раздался с улицы знакомый окрик.
Янь Хуна поднял глаза и увидел стройного Лу Шэнъаня, который с баскетбольным мячом в руках бежал к нему легкой трусцой. Издав залихватский свист, Лу Шэнъань с сияющей на красивом лице улыбкой спросил: Давно ждешь?
Только минутку, — ответил Янь Хуна.
Хотя в старшей школе они учились в разных учебных заведениях, их трехлетняя дружба со времен средней школы оставалась крепкой. Лу Шэнъань, чей рост составлял метр восемьдесят один, обнял Янь Хуна за плечи и увлек за собой на территорию школы: Идем в баскетбол играть?
Янь Хуна умел играть в баскетбол, но до уровня Лу Шэнъаня не дотягивал. С улыбкой он поинтересовался: Мы что, прямо сегодня пойдем играть?
Вот закончим играть, я угощу тебя обедом, а во второй половине дня позову Ян Хана и остальных, и пойдем рубиться в игры в компьютерный клуб, — ответил Лу Шэнъань.
Разве ты не идешь обедать домой? — удивился Янь Хуна.
Ты же с таким трудом выбрался сюда, мама знает и даже велела мне проводить с тобой побольше времени, общаться и учиться друг у друга. К тому же праздничный новогодний ужин еще не скоро.
Развлечений в поселке было немного, и для подростков лучшим времяпрепровождением оставался поход в компьютерный клуб. Услышав слова Лу Шэнъаня, Янь Хуна не стал отказываться и с улыбкой шагнул на территорию школы.
Мать Лу Шэнъаня работала учительницей в этой средней школе, и ее служебное жилье находилось прямо на территории, так что охранник даже не стал их останавливать.
Каждый раз, когда Янь Хуна приезжал сюда, он с удовольствием шел в школу, чтобы поиграть в баскетбол с Лу Шэнъанем, благодаря чему и обзавелся этой подтянутой, красивой мускулатурой.
Баскетбольных площадок в школе было несколько. На пластиковом покрытии стадиона уже кто-то занимался, поэтому парни направились к площадке за учебным корпусом.
Этот корт располагался как раз между двумя учебными корпусами. Когда Янь Хуна учился в средней школе, он был невысокого роста и во время игры в баскетбол вечно бегал за мячом, из-за чего проходящие мимо школьники неизменно подшучивали над ним. И каждый раз выручал именно Лу Шэнъань — он пасовал мяч другу и давал ему возможность полноценно поиграть.
В преддверии праздников в школе царила тишина: кроме редких парочки таких же любителей покидать мяч, здесь почти никого не было.
Не прошло и нескольких минут игры, как обоим стало жарко. Янь Хуна скинул куртку, оставшись в тонкой черной толстовке и спортивных штанах, и эффектно заложил мяч в корзину с трех шагов.
Лу Шэнъань свистнул и одобрительно крикнул: Красиво!
Перекидывая мяч из одной руки в другую, Янь Хуна с улыбкой отозвался: Так себе.
Лу Шэнъань сдернул через голову толстовку и, оставшись в одной футболке, взмыл вверх к щиту: Как учеба в Чэнчжоу? Сильно устаешь?
Перехватив мяч, Янь Хуна совершил обманный маневр с ведением и забросил мяч сверху. Запыхавшись, он ответил: В выпускном классе везде одинаково, устаешь до смерти. А Лю Бомин вообще помешался, вечно записывает меня на какие-то дополнительные курсы.
Лу Шэнъань, чеканя мяч, проговорил: Моя мама ничем не лучше, грозится отправить меня в родную деревню пасти овец, если я плохо сдам экзамены.
Как здорово, — светлая кожа Янь Хуна покрылась легким румянцем от пота, а между бровей залегла складка. — Сейчас в моде экологичный образ жизни, в городах повсюду висят лозунги в поддержку низкоуглеродного передвижения. Если у тебя получится хорошо разводить овец, глядишь, еще и звание передовика производства получишь.
Лу Шэнъань: …
Несколько месяцев не виделись, — с улыбкой произнес он, — а язык у тебя все такой же острый.
Это мое скромное мнение, скромное, — отмахнулся Янь Хуна.
Откатав утреннюю тренировку, Янь Хуна позвонил Ляо Цзин, предупредив, что пообедает вместе с одноклассником, а затем они с Лу Шэнъанем перекусили лапшой на улице и вместе с парой ребят из средней школы отправились в интернет-кафе.
Хотя компьютеры в поселковом клубе были самыми обычными, запустить League of Legends они вполне тянули.
Несколько старшеклассников закупили снеки, напитки и сигареты, заняли забронированные места и уселись. Лу Шэнъань протянул пачку сигарет и предложил: Давай курнем по одной для кайфа.
Янь Хуна оттолкнул его руку: Не хочу никакого кайфа.
Одноклассник Цзоу Юаньхан выглянул из-за монитора и со смешком на местном диалекте подколол: Хун, привыкший к богатой жизни, наверняка не станет курить Хуангошу, поди ему подавай Куанцзай.
Янь Хуна: …
Лу Шэнъань заложил сигарету за ухо и поспешил сгладить неловкость: Он вообще не курит, забыл что ли?
Один из парней отозвался: В прошлый раз отец принес пачку твердых Куанцзай, и правда отличные сигареты, очень мягкие.
Лу Шэнъань: Мой папка на днях купил твердые Куанцзай Пинъань, на мой взгляд так себе. Вот накоплю денег, попробую тонкие Сяояо.
Янь Хуна уже зашел в игру и бросил: Знали бы вы раньше, что вам нравятся тонкие Сяояо, я бы прихватил парочку блоков из комнаты Лю Бомина.
По залу интернет-кафе пронесся единый вздох изумления, и авторитет Янь Хуна в глазах ребят заметно подрос.
Лу Шэнъань посмотрел на него горящими глазами и выдал: Брат Хун, в следующий раз не забудь сдержать слово перед младшими братьями!
Янь Хуна натянул наушники и невозмутимо ответил: Обязательно не забуду, непременно!
Включай катку! Запускай!
Окончив игровую сессию, все разошлись по домам. Янь Хуна поймал мопед и вернулся в поселок Хэцяо, но едва переступил порог дома, как почувствовал неладное.
Ляо Дун сидел на диване с озабоченным лицом, дед бездумно листал ленту в телефоне, а бабушка с Ляо Дань по-прежнему хлопотали на кухне над праздничным ужином.
Ближе к вечеру Ляо Дуну пришло смс, после чего он шепнул пару слов деду, и тот отправил маленького Яна в комнату играть в телефон.
Ляо Дун налил себе чаю и заговорил: Хун, твой брат вернется завтра, в первый день нового года?
Янь Хуна: Не знаю. Он только вчера сдал экзамены и ушел на каникулы.
Дед покрутил в руках пульт и произнес: Сяо Чжо человек занятой, вы с братом должны помогать друг другу в повседневной жизни.
http://bllate.org/book/30180/3677233
Готово:
