Готовый перевод Today I'm Fine / Сегодня всё в порядке: Дневник непутевого доктора: Глава 1

В этот раз сложно было отыскать виллу с подобной отделкой.

Высокие балки образовывали сплошную белую стену, на самой макушке которой висело огромное полотно с текстом на каком-то неизвестном языке. Ниже, в ряд, располагались три масляные картины, в чьих авторах было трудно разобраться: полотна изображали принимающих крещение верующих, источая некий налет религиозно-нравоучительного поучения.

С первого взгляда могло показаться, что хозяин дома — человек религиозный и строго соблюдающий правила приличия.

...Если бы не молодой человек в полуголом виде, распластавшийся на диване в стиле барокко.

Яо Си прижался всем телом к обивке, его руки были связаны за спиной, а белая рубашка едва-едва прикрывала самые интимные места — впрочем, эту несчастную сорочку так безалаберно измочалили шелковыми лентами, что от первоначального вида не осталось и следа.

Ли Ююй замер на месте, пытаясь распутать узел на теле Яо Си, но ленты, по всей видимости, были изготовлены на заказ: вреда они особого не причиняли, зато обладали потрясающей цепкостью. Ума не приложим, по какой хитроумной схеме их завязали, но развязать узел не получалось хоть убей. Поразмыслив пару секунд, Ли Ююй извлек из медицинского чемоданчика маленькие ножницы и, щелкая ими словно при разделке огромного мохнатого краба, в несколько мгновений разрезал путы — ленты со стуком упали на пол.

Закончив со стрижкой, Ли Ююй пару секунд оглядывал пациента:

— Где болит?

Голос Яо Си едва сочился сквозь нить:

— Болит везде.

— ...А сильнее всего где?

— Наверное, в правых ребрах.

Ли Ююй продезинфицировал собственные руки и, действуя предельно осторожно, перевернул лежащего на диване парня на спину, неотрывно следя за тем, чтобы рубашка не соскользнула и не оскорбила общественную нравственность.

Убедившись, что Яо Си устроился удобно, Ли Ююй кончиками пальцев приподнял краешек сорочки и внимательно осмотрел область упомянутых правых ребер — всё было в абсолютном порядке, ни единого изъяна, ровная и чистая кожа.

Ли Ююй слегка надавил правой рукой в двух местах — на ощупь всё было самым обыкновенным, однако Яо Си издал столь преувеличенный вопль, словно его ударило током.

Ли Ююй испуганно замер на полпути, выждал немного и нажал снова. Яо Си незамедлительно ответил еще более пронзительным воплем.

...Прям какая-то игрушка-крикун с кнопочным механизмом.

Будь на месте Яо Си кто-то другой, Ли Ююй, пожалуй, на мгновение и растерялся бы, но к нему он уже давным-давно привык. Подобные лишенные всякой эстетики вопли Ли Ююй слышал не меньше нескольких раз.

Вмиг сообразив, в чем дело, он вернул эту кричащую игрушку в исходное положение, обернулся и поинтересовался у дворецкого:

— Где господин Цюй?

Дворецкий шагнул вперед и сноровисто отрапортовал:

— Хозяин отлучился по делам. Если возникнут любые вопросы, я передам всё слово в слово. Скажите, каково состояние господина Яо в настоящий момент?

Множество терминов пронеслось в голове Ли Юyя, выстраиваясь в очередь на отбор.

В конце концов Ли Ююй остановился на самом осторожном:

— Похоже на ушиб мягких тканей. Я осмотрю его еще внимательнее, будьте добры, помогите подготовить горячие полотенца.

Как только дворецкий плотно закрыл за собой дверь, Ли Ююй ткнул Яо Си пальцем в правое плечо:

— Ушли.

Это прикосновение подействовало сродни чудесному исцелению: Яо Си тут же вернулся к жизни и сел, а рубашка соскользнула с его плеч. Ли Ююй проявил завидную расторопность и тут же набросил её обратно.

Яо Си подтянул сорочку и процедил с недовольством:

— Не мог придумать диагноз посмертельнее? Ушиб мягких тканей звучит как-то мелко.

Любуясь изящными линиями шеи Яо Си, Ли Ююй беспомощно ответил:

— На тебе нет ни единой царапины, так что развернуться мне попросту негде.

Яо Си поджал губы:

— И где только Цюй Минъе выучился таким штучкам? Болища невыносимая, а ни единой улики не осталось.

Ли Ююй с готовностью подобрал с пола обрезки шелковых лент:

— Если тебе так приспичило притвориться больным, прими сегодня вечером получасовой холодный душ и не суши волосы. Завтра будет двадцать процентов шансов подняться с температурой — куда эффективнее, чем симулировать перелом.

Глаза Яо Си хитро задвигались, взвешивая перспективы подобного плана, и через мгновение он произнес:

— Можно и подумать. Температура, конечно, та еще мука, но всё же лучше, чем терпеть издевательства Цюй Минъе.

С этими словами он перевел взгляд на Ли Юyя:

— Медик из тебя никудышный, зато соображаешь живо.

Не меняя выражения лица, Ли Ююй скатал ленты в комок:

— Благодарю за комплимент.

Ли Ююй был семейным врачом.

И как верно заметил Яо Си, врачом с самыми заурядными способностями.

В эту профессию он попал исключительно по воле судьбы. Пару лет назад, когда бывшего президента подвергли импичменту, несколько сенаторов сошлись в ожесточенной схватке, а влиятельные семьи бросились делить стороны, обстановка накалилась до предела, порождая бесчисленные происшествия на каждом шагу. В те дни бросивший учебу Ли Ююй просиживал штаны за игрой в «три в ряд» в никому не нужном захудалом медицинском кабинете. Дождливой ночью в дверь ломился сбежавший из машины похитителей некий молодой господин с жесточайшей лихорадкой — Ли Ююй раздобыл статус спасителя жизни ценой трех жаропонижающих таблеток.

Сначала всё казалось лишь причудливым стечением обстоятельств, но на деле это оказалось спусковым крючком, перевернувшим всю его жизнь. Вернувшись домой, этот молодой господин заработал тяжелое посттравматическое стрессовое расстройство и наотрез отказывался доверять кому бы то ни было — кроме собственного спасителя. Стоило ему лишь слегка испортить желудок, как он тут же требовал вызвать Ли Юyя. Ли Ююй охотно соглашался: в конце концов, речь шла всего-то о выписке простенького рецепта, а платил тот просто фантастические деньги.

Мало того, молодой господин познакомил Ли Юyя со своими многочисленными приятелями. Поначалу Ли Ююй трепетал от страха, опасаясь, что кто-нибудь раскусит его полудипломное прошлое, однако вскоре заметил общую черту у всех обращавшихся к нему клиентов: все они преследовали сугубо личные цели. Большинство прятало возлюбленных от посторонних глаз, а потому им была важна не столько высокая квалификация, сколько конфиденциальность — приходилось полагаться на того, кому доверяешь.

За спиной Ли Юyя не стояло никаких влиятельных сил, он никогда не задавал лишних вопросов, не болтал лишнего, являлся по первому зову и не роптал — в подобных обстоятельствах он оказался безальтернативным выбором.

http://bllate.org/book/30231/3685291