— Я никогда не ел людей, тебе не нужно бояться.
Услышав это, Чжай Чиюань наконец выдохнул.
— Приведи своего друга, что остался снаружи, у меня есть много вопросов, которые я хотел бы вам задать.
— О чем именно ты хочешь спросить? — насторожился Чжай Чиюань.
Горный дух некоторое время мялся, а затем произнес:
— Ну, пожалуй... о том, какие лакомства сейчас популярны в Мире Людей, ну и о всяких байках из мира боевых искусств.
Лицо Чжай Чиюаня исказилось, в его голосе прозвучало искреннее изумление:
— Ты хочешь спросить только об этом?
— О? А разве у тебя есть какие-то более любопытные истории, которыми ты готов поделиться? — тон собеседника был до крайности ленивым, что полностью разрушало в воображении Чжай Чиюаня прекрасный образ Горного духа.
Затем, приложив недюжинные усилия, Чжай Чиюань затащил внутрь потерявшего сознание Сяо Линьцю. Увидев это, Горный дух выпалил:
— Дела плохи.
Уложив Сяо Линьцю на землю, Чжай Чиюань вытер пот со лба:
— О чем ты говоришь?
— Ни о чем, просто думаю, что раз он получил такие тяжелые раны, значит, пришлось ему несладко.
— В пещере есть чистая вода? — спросил Чжай Чиюань.
— Разумеется. Тебе нужно пройти до самого конца, повернуть направо, затем налево, а потом еще раз налево, там и будет, — ответил Горный дух.
Чжай Чиюань нахмурился:
— Разве это пещера? По-моему, это самый настоящий перекресток.
— На самом деле есть способ проще.
— Какой?
Горный дух помолчал, словно набивая себе цену, и лишь когда Чжай Чиюань с досадой цыкнул, нехотя произнес:
— Я могу переместить воду к вам.
Стоило ему закончить, как по пещере разнесся звук раскалывающегося камня. Трещина в земле протянулась прямо к ногам Чжай Чиюаня, образовав желоб, а вслед за этим послышалось журчание воды — из глубины пещеры хлынул нескончаемый поток живительной влаги.
Закончив с обработкой ран, Чжай Чиюань обессиленно повалился на землю. Раны Сяо Линьцю начали постепенно затягиваться, окутываясь мягким золотистым сиянием. Эта картина заставила Чжай Чиюаня и Горного духа одновременно издать возгласы изумления.
Прошло немало времени, прежде чем раны на теле Сяо Линьцю полностью зажили, а его сознание стало возвращаться.
Опавший сухой лист упал ему на лицо, и Сяо Линьцю медленно открыл глаза. Прежняя боль исчезла, он быстро сел, оглядывая незнакомое место.
— Ты наконец очнулся! — сказал Чжай Чиюань.
Сяо Линьцю спросил:
— Это... где мы?
— Это место — моя обитель, — первым ответил Горный дух.
— Кто? Кто это говорит? — Сяо Линьцю в испуге подскочил и завертелся по сторонам.
— Ты не увидишь его, он — Горный дух этих мест, — пояснил Чжай Чиюань.
Услышав это, Сяо Линьцю выдохнул с облегчением: если бы обитатель этих мест действительно хотел с ними расправиться, он бы не пришел в себя так легко.
— Сяо Линьцю, — Горный дух помолчал, совершенно не смущаясь ошеломленного вида юноши. — Духовная сила в тебе мне очень знакома.
Не дожидаясь нового вопроса, он продолжил:
— Если я не ошибаюсь, это Небесный Цянь.
Сердце Сяо Линьцю сжалось от сомнений: откуда этот дух узнал о его способности? Мин Ихун тоже упоминал, что в нем сокрыта эта мощь, но так и не объяснил, что же такое Небесный Цянь на самом деле.
Заметив растерянность Сяо Линьцю, Горный дух пояснил:
— Небесный Цянь — одна из божественных сил Бога-Творца, она необходима для поддержания жизни во всех существах. Но есть у нее один изъян: Небесный Цянь — это единство жизни и смерти. Однако я вижу, что на тебя разрушительная сторона пока не влияет. Возможно, причина в том, что ты уже объединил в себе другую силу Бога-Творца — Дикунь, либо же твоя смерть все еще дремлет в глубине твоего тела и пока не пробудилась.
— А что будет, если она пробудится? — спросил Сяо Линьцю.
Горный дух небрежно бросил:
— Если пробудится, то, разумеется, все вокруг отправятся вместе с тобой в могилу.
— Как же так? — сердце Сяо Линьцю болезненно сжалось.
— А почему бы и нет? Глупый ребенок, это же высшая сила Бога-Творца, никто в мире не способен ей противостоять.
Услышав это, Сяо Линьцю поспешно спросил:
— Тогда мне не нужно такое! Есть ли способ избавиться от этой силы?
— Эй! Тех, кого выбирает Небесный Цянь, во всем мире не сыскать! Разве ты не должен радоваться? К тому же, я лишь предполагаю — а что, если ты научишься контролировать ее так хорошо, что она не пробудится никогда? — принялся уговаривать Горный дух.
Сяо Линьцю перевел дыхание и тихо сказал:
— ...Надеюсь на это.
— Кстати, с того момента, как ты вошел, я ощущаю исходящий от тебя холод. Ты случаем не поддался пению демонов реки и не позволил им затуманить свой разум?
Сяо Линьцю машинально покачал головой, но тут же кивнул:
— Я слышал пение со дна реки...
— Вот и всё, те, чей разум одурманен демонами реки, легко поддаются крайностям — гневу или скорби. Но сейчас видно, что ты постепенно берешь контроль над собой, а то, что сердце ощущает некоторую пустоту — это нормально, — невозмутимо ответил Горный дух.
В памяти Сяо Линьцю мгновенно всплыл образ Мин Ихуна. Отбросив оковы эмоций, он оглянулся назад и неожиданно понял, что тот силуэт казался ему таким одиноким и печальным.
Он потряс головой, пытаясь отогнать мысли о нем, и спросил Чжай Чиюаня:
— Кстати, а где госпожа Ло Сян?
Чжай Чиюань приоткрыл один глаз:
— Когда у вас там поднялся шум, она велела мне оставаться на месте, а сама пошла посмотреть. Думаю, сейчас она уже встретилась с господином Мином.
Не успел он закончить, как приподнялся и добавил:
— Ты так и не ответил на мой вопрос: что там произошло? И откуда у тебя эти раны?
Сяо Линьцю долго молчал, а затем ответил:
— Он сказал, что мое сердце должно войти с ним в резонанс, чтобы спасти его соплеменников.
Он вспомнил слова Мин Ихуна, которые всплыли в памяти: Мои соплеменники уже превращены в часть Иньяо, я должен вернуть их, а затем найти то, что послужило средством для этого превращения.
Сяо Линьцю не понимал, почему сила их резонанса была способна не только разорвать прочные оковы Иньяо, но и сберечь души народа Синчжу от исчезновения. Но сейчас он не мог вновь смотреть на горы трупов и реки крови, не мог слышать мольбы умирающих. Возможно, Мин Ихун был прав, но сердце Сяо Линьцю просто не позволяло ему пережить этот кошмар.
Когда Сяо Линьцю закончил рассказ, молчаливый до этого Чжай Чиюань замялся, не зная, как утешить друга. Он понимал его смятение — подобное он сам чувствовал, когда однажды был на пороге смерти и видел, как родители плачут над ним, коря себя.
Тревога, беспокойство и необоснованное чувство вины разъедали душу, пока всё окончательно не померкло.
— Почему здесь такая тяжелая атмосфера? — тихо произнес Горный дух. — Может, рассказать вам что-нибудь веселое?
— Благодарю за доброту, — Сяо Линьцю выдавил улыбку.
— Да что вы! — казалось, собеседник остался очень доволен. — Хм... Чжай Чиюань говорил, что у вас есть еще один спутник. Может, расскажете о нем? Я помогу вам придумать план!
Глава 12. Взгляд в прошлое, память о Цзи Вэй, Чжэнчжэн (I)
После того как Сяо Линьцю изложил всё, что произошло в Мире Демонов, Горный дух долго молчал, а затем медленно произнес:
— Вашему другу понадобится огромная удача, чтобы иметь хоть какой-то шанс на выживание.
— Что это значит? — спросил Чжай Чиюань.
Помолчав, дух продолжил:
— Если речь идет о запретных формациях, которые привыкли использовать в Мире Демонов, то это наверняка Хань Су. Раз вы говорите, что не могли найти его и даже почувствовать его присутствие — только Хань Су способен на такое. И единственный способ взломать его — это удача.
— Но ведь Хань Су создавался для защиты и предотвращения бедствий... Похоже, этот мир действительно изменился, — сокрушенно вздохнул Горный дух.
— Вы знаете, как именно можно воспользоваться удачей? — допытывался Сяо Линьцю.
Горный дух неловко усмехнулся:
— Этого я не знаю, ведь я никогда не находился под защитой Мира Демонов.
Сяо Линьцю в знак благодарности поклонился:
— Сейчас под вашей защитой находимся мы. Нам нечем вас отблагодарить, но если вам понадобится наша помощь, мы сделаем всё, что в наших силах.
— Не стоит таких громких слов. Если в будущем вы найдете время навестить меня и рассказать какую-нибудь забавную историю, это будет лучшей наградой.
Они попрощались с Горным духом и приготовились использовать Талисман перемещения, чтобы вернуться обратно. Но Сяо Линьцю не успел выйти из пещеры, как его окликнули:
— Дитя, в этом мире сложно получить всё и сразу. Подумай хорошенько, иначе та сторона, от которой ты откажешься, станет твоей вечной болью.
Сяо Линьцю растерянно оглянулся, но Горный дух больше не проронил ни слова.
Он про себя повторял: Сложно получить всё и сразу, — но так и не смог осознать истинного смысла этих слов.
Возможно, эта его наивность как раз и была тем, что окрашивало небо в нежно-голубой цвет, — эту чистоту будущий он будет ценить больше всего на свете.
Вернувшись, они увидели, что некогда разрушенное место покрылось свежей зеленью, а следы крови были поглощены новой жизнью.
Мин Ихун и остальные куда-то исчезли, но сейчас самым важным было найти способ противостоять Хань Су, о котором говорил Горный дух.
Внезапно воздух вокруг наполнился шумом. После кровавой бойни охрана Дворец Демонов стала еще бдительнее, и этот гвалт, должно быть, означал, что нарушители пойманы.
Сяо Линьцю и Чжай Чиюань прокрались на звук и, выглянув из-за стены, замерли: стражники тащили связанную женщину в главный зал. Когда она дернулась, они разглядели ее лицо.
Узнав ее, Сяо Линьцю судорожно вздохнул — связанной женщиной была Цзи Вэй!
Ведь она сама говорила ему не приближаться ко Дворцу Демонов, так почему же теперь она сделала то, что противоречило ее собственным словам?
— Отпустите меня! — кричала Цзи Вэй.
Солдаты словно не слышали ее:
— Мы же говорили тебе: придешь к Повелителю снова — умрешь. Видимо, слова наши ты пропустила мимо ушей!
— Вы, сумасшедшие, погубили Чжэнчжэн, разве этого вам мало! — исступленно вопила Цзи Вэй.
Всегда мягкая Цзи Вэй под гнетом обстоятельств вынуждена была стать стойкой, но ее сопротивление и отчаяние вызывали лишь насмешки врагов.
http://bllate.org/book/30270/3690572
Сказали спасибо 0 читателей